Ник Тарасов – Последний протокол (страница 11)

— Предлагаю загрузить еще один пакет знаний. На этот раз — анализ людей. Это поможет тебе лучше понимать окружающих, предсказывать их действия, избегать конфликтов.

Глава 6

Я задумался. С одной стороны, такие знания были бы полезны — особенно в моей работе, где приходилось постоянно взаимодействовать с разными людьми. С другой стороны — это уже граничило с вторжением в чужую приватность.

— Я понимаю твои сомнения, — мягко сказала Зета. — Но пойми правильно — эти знания не сделают тебя телепатом. Ты просто научишься лучше читать язык тела, микровыражения лица, интонации голоса. То, чему профессиональные психологи учатся годами, ты получишь за час. Это не магия, а наука.

— Ладно, — согласился я после паузы. — Давай попробуем.

Я лег на кровать, расслабился и мысленно дал команду начать загрузку.

Процесс был похож на предыдущий — поток информации, аккуратно укладывающейся в сознание. Только на этот раз это были не технические схемы, а знания о человеческой психологии, поведении, невербальной коммуникации.

Я научился различать сотни микровыражений лица, понимать значение каждого жеста и позы, улавливать малейшие изменения в интонациях голоса. Узнал, как по расширению зрачков определить интерес или страх, как по напряжению мышц предсказать агрессию, как по дыханию понять ложь.

Целый час я провел в полутрансовом состоянии, пока Зета заполняла мою память новыми знаниями. Когда процесс завершился, я почувствовал себя немного опустошенным, но одновременно переполненным новыми возможностями.

— Загрузка завершена, — сообщила Зета. — Как самочувствие?

— Странное, — признался я, садясь на кровати. — Как будто я стал более… восприимчивым?

— Именно. Теперь ты замечаешь детали, которые раньше ускользали от внимания. Попробуй понаблюдать за кем-нибудь — увидишь разницу.

Я подошел к двери и выглянул в коридор. Как раз мимо проходила женщина лет тридцати — Ольга, если правильно помню, лаборант из медицинского отдела.

И сразу же увидел совсем другого человека.

Усталость — глубокие тени под глазами, опущенные плечи, медленная походка. Тревога — напряжение мышц лица, частое моргание, периодические взгляды через плечо. Физическая боль — она слегка прихрамывала на левую ногу, морщилась при каждом шаге.

— У нее проблемы со спиной, — подсказала Зета. — Судя по позе и походке, хроническая боль в поясничном отделе. Плюс недосыпание — минимум трое суток по три-четыре часа сна. И она о чем-то сильно беспокоится — возможно, о ком-то из близких.

Все это я увидел за пять секунд наблюдения. Раньше просто прошел бы мимо, не замечая ничего, кроме знакомого лица. Теперь же перед мной была открытая книга — каждый жест, каждое движение что-то рассказывали.

Я закрыл дверь и вернулся в комнату, чувствуя смесь восторга и какого-то шока.

— Зета, это же… это слишком много информации, — пробормотал я. — Я буду видеть каждого человека насквозь. Это неправильно.

— Понимаю твои опасения, — в голосе Зеты прозвучало сочувствие. — Но помни — знание не обязывает его использовать. Ты можешь применять эти навыки избирательно, только когда необходимо. Думай об этом как об инструменте — молоток можно использовать для строительства или для разрушения, выбор за тобой.

Она была права. Эти знания давали преимущество, но не заставляли злоупотреблять им.

Я прошелся по каморке, пытаясь привыкнуть к новому восприятию. За стеной слышались голоса соседей — раньше я не обращал на них внимания, но теперь различал каждую интонацию, каждую эмоциональную окраску.

Мужчина ругался с женщиной — судя по голосам, старый конфликт, повторяющийся уже не первый раз. Она обвиняла его в равнодушии, он защищался агрессией. Типичная семейная ссора, которая ни к чему не приведет, но выпустит пар.

Чуть дальше кто-то плакал — тихо, сдерживаясь, но слышно. Молодая девушка, возможно, подросток. Горе недавней потери или разочарование в чем-то важном.

Где-то смеялись дети — искренний, беззаботный смех, который был таким редким в Бункере.

— Мне кажется, я очень много слышу, — прошептал я. — Каждый голос, каждую эмоцию.

— Это временно, — успокоила Зета. — Первые часы после загрузки восприятие обострено максимально. Скоро мозг адаптируется и начнет фильтровать информацию. Ты сможешь контролировать, на что обращать внимание, а что игнорировать.

Я надеялся, что она права. Иначе свихнусь от этого информационного потока.

Прошло минут двадцать, прежде чем я начал привыкать к новым ощущениям. Или же Зета что-то подкрутила — непонятно, но действительно, восприятие постепенно нормализовалось — я все еще видел и слышал больше обычного, но уже мог контролировать фокус внимания.

Решил проверить навыки на практике. Вышел в коридор и стал наблюдать за проходящими людьми.

Техник Василий — идет на смену в машинное отделение. Спокоен, сосредоточен, думает о работе. Легкая боль в правом колене — старая травма.

Кладовщик Петр — несет ящик с припасами. Раздражен чем-то, мышцы лица напряжены. Возможно, конфликт с начальством.

Девочка лет десяти — дочка инженера Громова, которая всегда улыбалась мне в коридорах. Сейчас она тоже радостная, беззаботная. Бежит к кому-то из друзей, сжимает в руке самодельную игрушку.

Каждый человек был открытой книгой. Я видел их эмоции, понимал намерения, даже мог предсказать ближайшие действия.

— Это невероятно, — прошептал я.

— Ты привыкнешь, — заверила Зета. — Главное — помни о границах. Не каждую тайну стоит раскрывать, не в каждую ситуацию стоит вмешиваться.

Эйфория от новых возможностей медленно сменялась тревогой. Я понимал, что получил огромное преимущество над окружающими — почти как способность читать мысли.

Что если я начну злоупотреблять этой силой?

— Макс, — мягко окликнула Зета, явно чувствуя мое смятение. — Ты хороший человек. Я ощущаю это с момента интеграции. Ты используешь свои способности для помощи людям, а не для манипуляций. Доверься себе.

Ее слова немного успокоили, но тревога не исчезла полностью. Я закрыл дверь и вернулся в комнату, решив больше не экспериментировать сегодня.

Прошло минут сорок. Я лежал на кровати, размышляя о произошедшем за день, когда Зета внезапно подала сигнал тревоги:

— Макс, внимание. К твоей двери приближается капитан Рэйв. Судя по походке и биометрическим данным, она в серьезном и озабоченном состоянии. Готовься к разговору.

Я мгновенно напрягся и сел на кровати. Через секунду в коридоре действительно раздались тяжелые, уверенные шаги. Шаги капитана — я узнавал их даже без подсказок Зеты.

Шаги остановились прямо у моей двери.

Стук не последовал — Рэйв просто толкнула дверь и вошла, даже не дожидаясь приглашения. Ее лицо было суровым, взгляд внимательным и настороженным.

— Капитан, — я встал, стараясь выглядеть естественно.

Она молча прошлась по каморке, внимательно осматривая каждый угол. Ее взгляд задержался на радиоприемнике, который я принес из оружейной, затем скользнул по столу, где лежали инструменты и запчасти.

— Анализирую ее состояние, — шепнула Зета. — Учащенный пульс, напряжение мышц, расширенные зрачки. Она встревожена и подозрительна. Готовься отвечать на сложные вопросы.

— Макс, — наконец заговорила Рэйв, поворачиваясь ко мне. — Нам нужно поговорить.

— Слушаю, капитан, — я постарался сохранить спокойный тон.

Она достала из кармана небольшой планшет и показала мне экран с графиками и диаграммами.

— Датчики безопасности зафиксировали странные показания в твоем секторе за последние двенадцать часов. Электромагнитные всплески, аномальная активность в радиочастотном диапазоне, даже какие-то…

Она пролистала файлы и уставилась в экран.

— … квантовые флуктуации. Объяснишь?

Дерьмо. Значит, моя возня с Зетой не осталась незамеченной. Нужно было срочно придумать правдоподобное объяснение.

— Подсказываю, — шепнула Зета. — Списывай все на ремонт приемника. Покажи его как доказательство. Говори уверенно, но не агрессивно. Признай, что мог нарушить некоторые правила, но действовал из благих побуждений.

Я кивнул едва заметно и указал на стол:

— Это вероятно из-за радиоприемника, капитан. Я нашел его в оружейной — Дрейк говорил, что даже Громов не смог починить. Решил попробовать сам, экспериментировал с разными частотами и настройками. Возможно, создал помехи.

Рэйв подошла к столу и взяла приемник в руки, внимательно изучая.

— Громов действительно пытался его починить месяц назад. Сказал, что это невозможно без полной замены платы.

— Я нашел обходной путь, — объяснил я, стараясь говорить уверенно. — В сети я видел похожие устройства, изучал схемы. Кое-что запомнил и применил здесь.

Она включила приемник. Тот ожил с тихим треском, и через секунду из динамика послышался далекий голос станции Убежище-Двенадцать.

Рэйв удивленно вскинула бровь:

— Ты его действительно починил.

— Да, капитан. Не думал, что это вызовет срабатывание датчиков безопасности. Приношу извинения, если нарушил какие-то протоколы.