Ник Перумов – Война ангелов. Великая пустота (страница 24)

– Ничего, лучшего объяснения всё равно у нас нет, – усмехнулся Дик, укладываясь подле светоча. – Но это всего лишь загадка, тренировка для праздного ума, которая – прости, Клархен! – не содержит в себе ничего, что угрожало бы нам или нашей любимой Долине. Завтрашний день отведём на шшхора и на сдвиг троп, и, если в три дня не найдём ни объяснения, ни новой и явственной опасности, будем возвращаться. Всем спокойной ночи, господа мои маги!

Ричард д’Ассини был совершенно прав, однако Клара, в свою очередь, тоже не сомневалась – тут кроется нечто, потенциально очень и очень опасное.

Увы, отсутствие сомнений, как непонятно говаривал порой мессир Архимаг, «к делу не подошьёшь».

Кларисса Шварцхорн Хюммель прожгла взглядом сдвинутый на лицо бархатный берет красавчика Дика – и приказала себе спать.

В Межреальности нет понятий «утро» и «вечер» – как нет привычных суток, там всегда царит один и тот же рассеянный, перламутрово-серый полусвет, темнеют заросли хищных растений да мерцают далёкие блики живых миров. Здесь нет смены дня и ночи, хотя время, бывает, течёт по-разному в разных частях сущего, и путешествующий маг всегда имеет с собой хронометр, чтобы не попасть случайно в петлю «стоячего болота» или в «стремнину», где Великая Река вскачь несётся от будущего к прошлому.

Здесь, в этой области Упорядоченного, время текло чуть быстрей обычного. Не настолько, чтобы Клара и её товарищи забеспокоились, но всё же быстрее среднего времени Долины. И это заставляло торопиться.

Первым делом маги укрепили пробитую в пространстве тропу – чтобы спокойно вернуться к лагерю, и выступили на поиски гнезда шшхора – ловушки, куда угодил наёмный отряд Клары Хюммель.

– Согласно старым картам и описаниям, якорные точки сдвинулись незначительно, – Вильгельмина читала лекцию безмятежно, будто и не шагала неведомой тропой в компании боевых магов. – Незначительно – но несколько выше, чем дал бы естественный дрейф Межреальности.

– При этом искривления самих троп куда существеннее, – пискнул Гвидо. – Я же говорил же…

– Сдвинуть якорные точки, как мы все понимаем, далеко не так просто, как искривить наиболее выгодные конфигурации троп, – не давала перебить себя Вильгельмина. – Тропы первыми отвечают на выбросы силы; в Академии у нас, на кафедре путевождения, где я имею честь состоять, давно уже дискутируется вопрос, можно ли отличить естественный дрейф межмировых троп от искусственного, и предлагался даже математический аппарат.

– Система уравнений Бальтрезини-Мерве, – тотчас влез Гвидо. – Решается путём ввода специальных функций, описывающих поведение градиента…

– Гвидо, ты заклятием немоты давно не получал? – самым разлюбезным голосом поинтересовался Ричард. – У нас тут шшхор наскочить может, а он про градиенты болтает!

– Спокойно, милый Дик, спокойно, – проворковала Вильгельмина, беря его под руку. – Не надо так нападать на бедного мальчика. Я понимаю, дорогой, для тебя что градиент, что коэффициент – одно и то же, а единственная функция, которая тебя по-настоящему интересует…

– Гм, гм, Вилли, дорогуша…

– Хорошо, любезный Динтра, хорошо. Я умолкаю. Замечу лишь, что даже искусственная природа искривления троп не означает, что сделано это было сознательно и со злой волей…

– Погодите-погодите, – Ричард резко обернулся к старой волшебнице, вырвав у неё руку. – Здешние искривления, значит, могут быть по любым причинам?

– Конечно! – Вильгельмина подняла брови. – Вот, например, спрут-сиделец, октопус – он ведь этим и занимается, искривляет тропы так, чтобы добыча сама запрыгивала к нему в логово. Но разве это злонамеренно?.. Нет, просто такова его природа, его инстинкт.

– Так чего ж вы раньше-то молчали?! – взвился д’Ассини. – Тьфу! Каких демонов было вообще тогда сюда тащиться?! Может, это шшхор сам и устроил! Или вообще «естественный дрейф», константа – представьте себе, я такие слова тоже помню! – константа Руддера?

– Ричард, – Клара остановилась, упёрла руки в бока. – Что-то ты совсем не то говоришь, совсем не то. Уж не намекаешь ли ты, что мне, мягко говоря, опасность почудилась? Привиделась? Что я… что я струсила?!

– Ну-ну, Клара… – примирительно заворчал было Динтра, но Клару уже несло.

– Или, может, мы оба струсили с Архимагом? Его тоже паникёром назовёшь? Скажешь, мы с ним ввели в заблуждение Совет? Давай, продолжай!..

– Клара, дорогая, зачем так нервничать?.. – взволновалась Вильгельмина, но Ричард, судя по всему, тоже закусил удила.

– Да, Клара, дорогая моя Кларисса, – отчеканил он, глядя взбешённой боевой волшебнице в глаза. – Иногда – иногда! – я именно так и думаю. Потому и потащился с вами, хотя никто не звал, как ты помнишь. Вчера чуть было не поверил – когда мы «карман» с бестиями вскрыли, – что нечисто оно тут, но сейчас…

– Что, «карман» перестал казаться подозрительным? – гневно бросила Клара.

– Нет, просто всё остальное в порядке! А в Междумирье такого «подозрительного» – вагон, да вагонетка, да ещё на острие кирки, как гномы говорят!

Они стояли лицом к лицу, тяжело дыша.

– Никто не смеет подвергать сомнению мудрость мессира Архимага, – исподлобья глядя на красавчика кавалера, выдавила Клара.

Ричард только издевательски скривился.

– Когда-то давно девизом нашей Академии – и всей Долины – было «Sapere Aude»[1]. Сейчас об этом все, похоже, забыли – за нас думает мессир Архимаг, истинный Pater Familiae.

– Пустые слова, д’Ассини! – Клара сжала кулаки. – И неумные! И вот всё у тебя так – усмешечки, намеки, подмигивания – а как ответ держать, так только пустые словеса! Красивые, да пустые!

Юный Гвидо перепуганно моргал, прижимая к груди свои инструменты. Вильгельмина явно растерялась; и лишь целитель Динтра спокойно наблюдал за перепалкой, положив ладонь на плечо старой волшебницы.

– Пустые?! – возмутился Ричард. – Долина закисла, покрылась плесенью, что называется, под мудрым руководством любимого вождя!.. Мы перестали расти, мы не развиваемся, в Академии повторяют столетние зады, гильдии набивают золотом кофры, чародеи, словно сороки, тащат в гнёзда дорогие побрякушки да соревнуются в богатстве особняков! Только наша Гильдия ещё идёт вперёд, только мы, боевые маги, ещё чего-то пытаемся добиться – безо всякой поддержки со стороны мессира, если кто не заметил!..

Клара чуть не задохнулась от злости. «Под мудрым руководством любимого вождя», надо ж такое придумать!..

– Ну-ну, Ричард, дорогой, – Динтра проговорил эти совершенно обычные слова совершенно обычным же голосом, однако крылось в нём нечто такое, что кавалер д’Ассини разом запнулся и только сердито сверкал глазами.

– Ричард, дорогой. Во-первых, одно твоё предложение Совет уже принял. Как там выйдет с петициями у мадам Дотти, это ещё бабушка надвое сказала, а решение уже есть. Во-вторых, и Гильдию тебе тоже расширят. Покажешь, что болеешь за общее дело, за Долину, и утвердят тебе всё, что захочешь – испытания облегчат, интернов прибавят… а если с правильной стороны зайти, так и «особо способных» магов из обычных миров вербовать разрешат, не только в наёмники…

Динтра мурчал, словно сытый кот, мирно, неспешно, убаюкивающе. Мол, всё у тебя хорошо, достославный маг и чародей Ричард, а будет ещё лучше.

– Поэтому сейчас давайте не пыхать друг на друга, огнешары не метать, а спокойно делать дело. Мнения у нас могут быть разные, да цель у всех одна – было бы Долине лучше, покойнее, богаче. Верно, Ричард? Верно, Клара?

Клара только кивнула, не в силах промолвить ни слова. Её вспышка была слишком внезапной, слишком резкой – недостойной истинного боевого мага. Утешало только, что и Ричард вспылил. Словно и у него выплеснулось давно накопившееся.

А может, так и было?..

– Прошу прощения, – наконец проворчала она. – Ричард, извини. Сам знаешь, когда заказ исполняешь и бой, что ни день – оно куда легче, чем все эти советы с заседаниями.

Ричард нехотя кивнул:

– И ты прости, Клара. В идеях мы не сходимся, я мессира Архимага за гения всех времён и народов не держу, но так он и сам того хотел – чтобы единомыслия не было. Гильдия наша меня почтила местом главы, я отвечаю за всё – и сейчас, право же, не время надолго исчезать. Есть у нас ещё дома дела.

– Знаю. Поэтому и должны выяснить мы, что здесь происходит. Слишком уж легко отсюда к Долине подобраться; и не нам одним.

– Вот и славно, – Динтра подхватил обоих спорщиков под руки и потащил вперёд. – Выяснили отношения, и молодцы. Вот Гвидо наш что-то нашёл, давайте-ка глянем!

Пока длился спор, Гвидо справился-таки с растерянностью – и успел настроить уже знакомый амулет из кристаллов и проволочек. Амулет, как понимала Клара, выдавал короткие, отрывистые толчки силы, а потом считывал вернувшийся отклик. Или его отсутствие.

Судя по сосредоточенному виду юного «предельщика», отклик он получал весьма интересный.

– Что там?..

– Там?.. – Гвидо словно вынырнул из транса. – Там, э-э… наверное, то, о чём вы говорили, госпожа Клара. Логово шшхора. Та самая ловушка. Только она…

– Ну, что она?

– Она… как бы сказать… не работает. Просто смещение вещества, э-э… Междумирья относительно самого себя, вот смотрите, положение синего кристалла это ясно показывает…

Кларе положение синего кристалла – равно, как и алого, и изумрудного, и золотого – ни о чём не говорило, работать с измерителями такого типа она не умела. Но признание истины само по себе было приятно.