Ник Перумов – Смута. Том 1 (страница 85)
Так, под конвоем Матрёны, они и добрались до квартиры Ирины Ивановны Шульц; выглядела Ирина Ивановна и впрямь не очень, бледная, как говорится, «лица на ней не было»; Константин Сергеевич тоже был здесь, куда-то названивая по телефону.
Суетни, охов-ахов, восклицаний, всплёскивания руками и прочего хватило бы, по мнению Юльки, на добрый десяток встреч. Однако стоило ей сказать одну короткую фразу: «А я Ленина видела…», как всё разом стихло.
Игорёк долго и подробно излагал все их приключения.
– Вы у них теперь в доверии, раз выдали главную квартиру, – покачал головой подполковник. – И к тому же такие обширные планы… Поистине наполеоновские. Боюсь, что без досточтимой Веры Алексеевны Солоновой нам не обойтись. Как и без бедного Ильи Андреевича. Он, кстати, стал поправляться. Ему наконец-то лучше.
– Слава тебе, Господи! – Ирина Ивановна широко перекрестилась. – Надо мальчиков обрадовать, они очень переживали.
– Будет для вас, друзья, очень много работы, – обратился подполковник к Игорьку и Юльке. – Революционно настроенные дети, которые смогут не только прокламации из-под носа у шпиков вытащить, – это весьма ценно.
– Нам нужны даты их акции. Хотя бы приблизительные.
– Вряд ли они нам такое скажут… – протянула Юлька.
– Вам – нет. Но если будут доверять вам и вашим делам, то больше откроется и Вере Солоновой.
– Значит, дословно Владимиру Ильичу было передано… – Ирина Ивановна взяла карандаш, принялась расчерчивать какую-то схему, расписывать её строгим каллиграфическим почерком.
– Что тоннельная группа под угрозой раскрытия. Что квартира «товарища Сергея» «засвечена охранке» и надо срочно менять расположение, – отбарабанил Игорёк.
– Вот-вот. «Тоннельная группа». Эх, эх, дура-девка, всё выболтала, – усмехнулся Две Мишени. – Как будут говорить в грядущие времена и в ином потоке, «болтун – находка для шпиона». Ну или разведчика, как в нашем случае.
– Мы знаем, что эсдеки сменили тактику после арестов Бешанова и Корабельникова, – заметила Ирина Ивановна. – Это, по их мнению, должно было усыпить бдительность Охранного отделения, дать время подготовить нечто по-настоящему масштабное, огромное, что нивелировало бы все их последние неудачи. И их, и БОСРа.
– Знаете что, Ирина Ивановна? Мне кажется, что в квартирку эту стоит наведаться. Туда, где «Ленина видели».
Ирина Ивановна с сомнением покачала головой.
– Если эсдеки подняли тревогу, там, скорее всего, никого уже нет. Или остались те, кто ничего не решает и ни на что не влияет.
– А если нет? Если они все там?
– Первое, что они сделают, получив сообщения о провале надёжной, как казалось, явки, – это покинут те, где они сейчас. У них тут, как мы знаем, целая сеть.
Подполковник остановился, задумался.
– Я бы не отказывался окончательно от этой идеи. Главарей необходимо найти и…
– Мы их уже нашли один раз, – негромко возразила Ирина Ивановна. – И никто не знает, помогло это или нет. Вот Юля и Игорь свидетельствуют, что ничего не изменилось в их мире – по прошествии стольких месяцев!
– Дед говорит… – обиженно перебил было Игорёк, но Ирина Ивановна его остановила:
– Да-да, я помню. Но сколько времени может потребоваться для изменений? Год? Два? Пять? Десять? Целая человеческая жизнь? Мне кажется, что гораздо более надёжно будет встретить их там, куда они явятся сами.
Аристов помолчал, размышляя.
– Конечно, гоняться за эсдеками по всему Петербургу и окрестностям – занятие не слишком привлекательное. Что ж, попробуем иной манёвр…
– Кроме того, Константин Сергеевич, убийство безоружных…
– Они не безоружны, Ирина Ивановна. Помните, с чего всё началось? Как они отстреливались – как нам Фёдор рассказывал?
– Помню. Но то были боевики, особая группа. Товарища Бешанова нам удалось упечь в места весьма отдалённые в том числе и за это. Нет, Константин Сергеевич, нам до последнего надо оставаться теми, кто мы и есть. Не перенимать их образ мыслей. Не становиться как они.
– Если враг стреляет тебе в спину, очень… неразумно призывать его соблюдать строгие правила чести и дуэльного кодекса.
– Без сомнений, Константин Сергеевич. Но пусть это останется нашим последним резервом, не так ли?..
– Вот теперь они мне дали настоящее задание. – Вера протянула брату исписанный мелкими, но очень чёткими строчками листок.
Испытания шли своим чередом, кадеты почти не ходили в отпуска, все погрузившись в зубрёжки и «самопроверки», когда устраивали с товарищами импровизированные «экзамены» друг другу.
– Все явки сменены. Руководство партии покинуло город. Прячутся по окрестностям, как правило в Финляндии. Где точно – мне установить не удалось, к подобным секретам не допускают. А им теперь нужны верные сведения по гвардии, расположению караулов, дежурных смен и прочего. Ещё и настроения в полках хотят, «хотя бы в Туркестанском», где папа́.
– Скажем Константину Сергеевичу и Ирине Ивановне, они подскажут, что эсдекам передать!
Вера кивнула.
– Хорошо, что они знают, – вдруг призналась она. – Знаешь, словно и впрямь плечо подставили. Не так тяжело тащить теперь. Вы мне все так помогаете!.. И ты, и Петя, и ваши учителя… Повезло тебе у таких учиться. Надо мне как-то глубже к эсдекам втереться. Об облаве какой-нибудь предупредить, что ли…
– А может, и предупредим!
– Но как? Армия с гвардией в облавах не используются. Сейчас не пятый год и даже не эта зима.
– Попробуем узнать через Константина Сергеевича…
Две Мишени замысел одобрил. И спустя недолгое время на самом деле передал, что его неизвестные «друзья» в Охранном отделении отправляют сколько-то жандармских патрулей проверять «ставшие известными адреса, по которым возможно нахождение инсургентов».
Передать весть опять отправились Юлька с Игорьком. Сама Вера, по легенде, так часто и так свободно отлучаться не могла – выпускные экзамены в гимназии не шутка.
Опять пришлось тащиться через весь город, в Лесной, на единственно известную Вере (и им) явку, что оставалась действовать. Людей, там живших, – добропорядочного доктора-вдовца и его взрослую дочь-курсистку, ни в каких манифестациях и сходках никогда не участвовавшую, никаких прокламаций никому не раздававшую, – ни в чём заподозрить было нельзя.
– Умно, – с видом знатока рассуждал Игорёк. – Держат «чистую» квартиру. Которую невозможно «провалить», только если кто-то сдаст. А если и сдаст, то доказательств никаких. Присяжные наверняка оправдают.
«Двадцатка» медленно ползла по городу (благо кольцо имела как раз у Балтийского вокзала и дальше шла через весь Петербург к Политехническому институту), было время поговорить.
– И физик этот приезжает. Федя с Петей чуть не до потолка прыгают.
– Ага, представляешь, уверены, что он от нас!
– А я вот нет. Я ж у деда на работе бывал, его отдел видел. Не помню такого.
– Тю! – отмахнулась Юлька. – Ты ещё маленький мог быть. Не помнить.
– Мог, – не стал спорить Игорёк. – Но от деда бы слышал. А он о таком ни разу не упоминал.
– Всё равно, – не соглашалась Юлька. – Николай Михайлович не мог тебе дотошно всех и вся перечислять!
Игорёк только фыркнул.
– Вот поглядим на этого физика сами и разом всё поймём. Скажем ему этак: «А если не будете брать, отключим газ!» Или «Дичь никуда не улетит, она жареная», или, там, песню про зайцев…
– На зайцах непременно расколется! – авторитетно заявил Игорёк.
Так или иначе, но они добрались до конспиративной квартиры, вернее домика. Мария, дочь хозяина-врача, их явлению крайне удивилась, однако, выслушав сообщение, аж схватила их обоих за плечи.
– Вы такие молодцы! Мы пошлём весть немедля. Вижу, вам и более серьёзные дела можно поручать…
– Нам-то? Нам всё можно, – солидно сказал Игорёк. – Мы в любую дырку пролезем, в любую щель…
– Да-да, – задумалась Мария. – Надо подумать… Я передам.
И она действительно передала, потому что два дня спустя, пока Фёдор с Петей потели на очередном экзамене, от Веры Солоновой пришла короткая записка из всего лишь трёх слов:
«Я зайду вечером».
– Они готовы. – Вера сидела в большом кресле у Ирины Ивановны Шульц, комкала платочек в кулачке. – «Тоннельная группа» готова. Но они хотят дополнительной разведки. Для этого мне поручено привлечь мадемуазель Юлию и господина Игоря. Они не должны вызвать подозрения. Задача – проверить входы тут, тут и вот тут…
Она положила на стол грубовато вычерченную схему Гатчино.
– Ими обнаружены: переход из подвала дома на Люцевской, возле комендантского управления, система ходов возле Приоратского замка. Однако, как видно, до конца они не уверены; вот, всё, что пунктиром, – только лишь «предположительно». Они почти уверены в этом «предположительно», но именно что «почти». Игорь и Юлия должны пройти, убедиться, что всё открыто и чисто. А в самом корпусе должны проверить Фёдор и Петя.
– А если они не смогут? Или привлекут к себе внимание? – покачал головой Две Мишени. – Я бы на их месте рискнул.
– Опасаются после последних провалов, очень, – пояснила Вера.
– И двое детей должны их уверить в исполнимости задуманного? – задумалась Ирина Ивановна. – Что-то здесь не так. Как есть не так. Проверка? Ещё одна?