Ник Перумов – Исправленному верить (страница 111)
– Потому что я – не вор. А хозяин квартиры – мой друг, – отозвался слегка повеселевший Митя и прибавил: – Остановись где-нибудь, теперь уже можно.
– Как это – не вор?! – снова вспыхнул Гриша, сворачивая в первый попавшийся ему на пути скверик. – Ты же что-то оттуда упер! Я сам видел! Ну-ка сейчас же покажи, из-за чего мне пришлось из окна выбрасываться!!!
Действительно, хищение имущества с отягчающим взломом двери и не смягчающей нисколько травмой собственной лодыжки сложно назвать как-то иначе, чем кражей. Так что заявление Мити о его непричастности к преступным элементам привело Гришу в окончательный ступор. Он молча смотрел на товарища, хлопая глазами и беспомощно открывая и закрывая рот. Митя сдавленно вздохнул, пожал плечами и вытащил из кармана маленькую серебряную ложечку с изящной фигурной ручкой, немного потемневшую от времени, но все равно удивительно красивую своими замысловатыми формами, с чернением затейливой восточной вязью на ручке и русскоязычной номограммой «Камо» на тыльной стороне.
– Что это за хрень? – озадаченно пробормотал Григорий, глядя на подельника, как на полного идиота. – Она, что ли, старинная? Дорогой антиквариат?
Митя отрицательно помотал головой:
– Она довольно старинная, но не настолько дорогая, чтобы так из-за нее рисковать. Она, строго говоря, вообще имеет отрицательную цену. Потому что приносит своим хозяевам несчастья. А хозяева не в состоянии беспристрастно к ней относиться. – Молодой человек осторожно попытался устроиться на сиденье поудобнее и скривился от боли. – Они ее друг у друга воруют, и, похоже, уже давно…
– А ты откуда это знаешь? – В глазах Гриши зажглось любопытство.
– Мой друг, у которого мы только что были – большой любитель всяких старинных вещичек, – начал объяснять Митя. – У него вообще две страсти – антиквариат и рыбалка. Мы на рыбалке в свое время и познакомились… Впрочем, это не важно… Короче, он как-то обмолвился, что прихватил эту ложку «случайно» у какого-то эксперта по антиквариату. И вскоре после этого стал жаловаться, что у него одна за другой срываются сделки. А потом упомянул, что тот самый эксперт раньше был на грани банкротства, но в последнее время у него все наладилось.
– Ну и что? Просто совпадение! – хмыкнул Григорий.
– Я тоже сперва так подумал. Но это было еще не все. Как раз в те дни я в публичке постоянно сидел, искал информацию для диплома. А диплом у меня, как ты помнишь, по истории рекламы. – Митя устало вздохнул. – Ну я просматривал объявления в газетах конца позапрошлого века, а кроме них, там были еще всякие извещения о происшествиях и криминальная хроника… В одной заметке рассказывалось о горничной, которую обвинили в краже драгоценностей и серебряной ложки, а в другой, спустя несколько месяцев, давалось опровержение – горничная, как оказалось, ничего не крала, все ценности, кроме ложки, нашлись, и ее бывшие господа пытались ее отыскать через газету.
– Тоже совпадение, – заявил Григорий, но уже менее уверенно. Митя покачал головой:
– Слушай дальше. В подшивке за следующий год была заметка еще об одном воре, теперь уже настоящем. Его долго не могли поймать, он умудрялся проникать в самые неприступные дома – и вдруг очень глупо попался после очередной кражи. В заметке был список найденных у него дорогих вещей, предположительно краденых. Догадываешься, что среди них было?
– Тоже ложка? Серебряная? – удивился Гриша. – Это уже странно…
– Вот и я так подумал. Три случая – это уже слишком похоже на закономерность. Вот и Серафим тоже решил, что это все – случайность, а у меня слишком богатое воображение. Но проблемы у него все усиливались – то с налоговой, то с пожарной инспекцией, а недавно еще и главбух проворовался! С тех пор, как у него эта ложечка появилась. И продать мне ее он тоже не захотел – сказал, что это для него «памятный трофей». Сильно подозреваю, что все дело в этой мистической, необъяснимой тяге к ложке, иначе он бы так не упрямился – человек он вообще-то вполне разумный…
– Хочешь сказать, что эта ложка приносит несчастья? – Григорию очень хотелось снова заорать на напарника, но он вдруг почувствовал себя таким вымотанным и опустошенным, что только устало махнул рукой. – Вот уж не думал, что ты веришь в такие бредни!
– Не то чтобы верю, но… подозреваю, что, если очередной владелец будет хранить ее у себя слишком долго, это может плохо кончиться, – снова вздохнул Митя. – И мне как-то очень не хотелось бы, чтоб у Серафима продолжались неприятности.
– Значит, ты украл ложку только для того, чтобы избавить его от проблем? А почему мне ничего об этом не сказал? – Гриша вновь начал заводиться. – Почему наврал, что хочешь его ограбить?!
– А если бы я тебе правду сказал, ты бы со мной пошел?!
– А если бы нас поймали?!
Поспорив еще несколько минут, приятели переглянулись и разом шумно выдохнули.
– Ладно, поехали все-таки к врачу тебя отвезем, – сказал Григорий и повернул ключ зажигания.
– Поехали, – кивнул Митя, пряча ложку в карман. – Только сначала заверни за тот угол – там вроде бы помойка должна быть. Вот не повезет какому-нибудь бомжу, когда найдет ее на свалке! Хм, а может, расплавим ее для верности, а?
Серебряная ложка, которую он по-прежнему вертел в руках, жалобно звякнула, но друзья не обратили на это никакого внимания. Это было с ней в первый раз за ее бурную и долгую жизнь. И в последний…
В стекло водительской двери постучали:
– ГИБДД, капитан Обрященко. Прошу выйти из машины и предъявить документы…
Григорий обреченно открыл дверь и начал что-то лепетать про Митину травму, про два квартала до дома и прочую мало значащую ерунду. Митя, пользуясь возникшей заминкой, приоткрыл дверь со своей стороны и потихоньку протолкнул оба ключа в решетку водостока, удачно подвернувшуюся под днище автомобиля. Ну должно же ему было в этот день хоть в чем-то повезти! Оба ключа беззвучно канули в темноте, но тут ложка, будто агонизируя, дернулась в Митином кармане и… вывалилась из него на чугун решетки. А потом, торжествующе звякнув, провалилась вслед за ключами.
Уфф! Осталось разобраться с гаишником, что Митя и сделал без особого труда.
Солнце взошло уже по-настоящему, позолотив гладь Валдайского озерка. Митя и Серафим Ильич дружно плюнули и стали сматывать снасти. Рыба не ловилась. Ни единой поклевки за все утро, обещавшее стать уловистым, но обманувшее ожидания рыболовов.
– И ведь все как надо: давление в норме, прикорм разбросали, червяки – сущие анаконды! – посетовал Серафим, привязывая лодку к дощатому пирсу. – Ну просто невезуха какая-то!
– Да разве это невезение?! Мелочи. – Митя улыбнулся солнышку, приопустив веки, и вылез из лодки на посеревший от превратностей атмосферы настил.
– Все равно обидно, – грустно усмехнулся Серафим. – В первый раз за столько лет выбрался отдохнуть, обрадовался, что на работе все в порядке, долги все вернул, и еще на пансионат хватило. Впервые просто отдыхаю на природе. А то все работа, работа…
– Да ладно тебе! Погода отличная, тихо, спокойно… Неужто не нравится?
– Да нравится, конечно… Наверное, я еще не полностью избавился от желания заработать все деньги. Теперь вот всю рыбу хочу выловить. – Серафим засмеялся.
– Мы на вечерней зорьке свое возьмем, наша рыба от нас не уйдет, – пообещал ему Митя. – А чужого нам и не надо, верно?
– Ты на что это, Дмитрий, намекаешь? – не понял его старший товарищ. – Опять на то странное ограбление моей квартиры?
– Да какие намеки? – Митя сделал невинное выражение лица. – Это даже не ограбление было, а знак судьбы – говорил же я, что нет в той ложке счастья, одни расстройства! Статистика вещь упрямая.
– Не знаю ни про какую статистику, но чтоб я еще когда-нибудь… – негромко заворчал Серафим, но закончить фразу не успел. Из-за камышей потянулась мелкая волна, а за ней показался ее источник – надувная лодка. Одинокий спиннингист неторопливо сделал заброс и сматывал леску, переливавшуюся в лучах солнца всеми цветами радуги. Вдруг конец удилища резко изогнулся и крупно завибрировал. Через несколько секунд из воды показалась горбатая спина с растопыренным по-петушиному спинным плавником, и вскоре красавец-окунь был подхвачен в подсак и водворен в садок.
– Ого! С килограмм, наверное! – восхитился Митя.
– А ты заметил, что у него в садке делается? Полнехонек! А у нас…
– А у нас еще все впереди! – Митю не покидал оптимизм, вызванный не то долгожданным отпуском, не то счастливо разрешившейся авантюрой с похищением раритетного столового прибора. – С уловом, уважаемый! – окликнул он причалившего спиннингиста. – Э, да у вас тут на уху для всего пансионата хватит!