Ник Картер – Операция Пролив Макмердо (страница 11)

Он кивнул. — Я сделал предварительный отчет, — сказал он. «Скоро мы устроим патологоанатомическую лабораторию в кладовой, так что сегодня вечером мы сможем начать настоящее расследование».

— Значит, здесь нет готовых лабораторий? — спросил Штрауб.

— Есть, — устало сказал Тиберт. «Но мы не знаем, откуда взялась причина смерти этих двадцати семи человек. Пока мы этого еще не знаем, мы останемся здесь, в этом здании, насколько это возможно».

Никто ничего не сказал, и Тиберт продолжил: «Доктор Хоорн, Тьен Синг, Штрауб и Бейтс-Уилкокс займутся этим. Мы с остальными осматриваем всю станцию комнату за комнатой. Я хочу, чтобы все здесь было исследовано и каталогизировано.

«Но на это уйдут дни», — сказал Стальнов.

— Да, — устало ответил Тиберт. "Есть еще вопросы?"

Нет вопросов.

— Тогда давай есть быстро. Чем раньше мы начнем, тем быстрее закончим. Тогда мы можем вызвать вертолет и забрать нас отсюда, и чем скорее, тем лучше.

Глава 5

Столовая стала диспетчерской нашего поиска, как выразился Тиберт. В кладовой была устроена патологоанатомическая лаборатория, и образцы тканей, крови и костей уже были взяты для исследования у первых трех трупов. Хотя они еще ничего не обнаружили, Лана и др. Хоорн убедили, что к утру они узнают, что стало причиной смерти всех этих людей.

Между тем перед отъездом мы систематически прочесали всю станцию и осмотрели трубы отопления, водопровода, канализации и личные вещи техников и ученых, которые здесь работали. Продовольственные запасы также были тщательно осмотрены.

Мы работали группами по три-четыре человека и часто возвращались в столовую, чтобы выпить кофе или чего-нибудь поесть и сравнить свои записи.

Стальнов оказался очень хорошим сыщиком (каким он должен был быть в реальной жизни, кстати) и обнаружил в одной из комнат весьма хитроумно спрятанный мешок с марихуаной, а в другой комнате нашел научный журнал, чтобы прочитать, как рассматриваемый ученый манипулировал результатами экспериментов, чтобы они соответствовали его собственным теориям.

Тиберт конфисковал это, несмотря на протесты Стальнова.

— Миссис Штрауб и Абель могут просмотреть журнал после того, как я его просмотрю, — сказал Тиберт. — Если они решат, что в нем есть что-то, что может помочь нашему расследованию продвинуться вперед, я опубликую это. До тех пор он является собственностью правительства Соединенных Штатов Америки».

Стальнов, на мой взгляд, слишком легко дал себя убедить.

Я принял это предложение, и мы работали до поздней ночи, пока снаружи не подул ветер.

Я работал с Жаном Пьером и немцем Куртом Абелем, и в два часа ночи мы вернулись в столовую. Стальнов и Лана уже были там, сидели в углу, пили кофе и ели бутерброд.

— Нашли что-нибудь еще? — устало спросила Лана.

Я покачал головой и подошел к кофемашине, чтобы налить себе чашку кофе. Я добавил немного коньяка. Я отнес его к ее столу и сел напротив нее.

— Ты выглядишь смертельно уставшей, — сказал я.

— Конечно, — сказала она. «Устала и подавленна. Я только что немного поболтала с Элси и доктором Тен Сингом.

'Ну и что?'

Она покачала головой. 'Доктор Штрауб проводит основные тесты, но это займет несколько часов… если он вообще что-нибудь найдет».

— Эти люди все равно от чего-то умерли, — сказал я.

'Да, конечно. Но это также может быть что-то, что подвержено биологическим процессам».

'Что?'

Жан Пьер и др. Авель стояли рядом с нами. Западный немец ответил.

'Доктор Эдвардс имеет в виду, капитан Картер, что вещество, вызвавшее смерть этих людей, впиталось в их тела, а затем испарилось, не оставив следов.

Я спросил. — "Чтобы мы никогда не узнали, что их убило?"

"Конечно, это не то, что это означает," сказал Жан Пьер. «Если вы найдете кого-то, кто был зарезан, мы все равно можем достаточно точно определить, какое орудие убийства было использовано — по следам, которые оно оставило, хотя на самом деле его там не было».

— Но мы не нашли здесь ничего, что могло бы привести к этим увечьям?

"Конечно, нет," сказал Авель. Он зевнул и поставил чашку. «Это был долгий напряженный день. Думаю, я немного посплю.

— Какая прекрасная идея, — сказал Жан Пьер, когда они вместе вышли из столовой.

Я наклонился над столом к доктору Эдвардс. — Ты видела сегодня Пола?

— Он только что был здесь, — равнодушно сказала она.

— Он сказал, куда идет?

Она покачала головой, потом подняла глаза. «Он сказал что-то о топливе для генератора, которое нужно проверить».

Я долго смотрел на нее. - 'Ты уверена?'

— Нет, — нетерпеливо сказала она. Она встала. 'Я иду спать.'

— Я иду с тобой, — сказал я и тоже встал. †

Вместе мы вышли из столовой и прошли по соединительному коридору к блоку комнат, которые мы расчистили и убрали для собственного пользования ранее этим вечером.

Мы остановились у ее двери. — Не входи, Ник, — сказала она. 'Я устала.'

— Я тоже, — сказал я, целомудренно целуя ее в щеку. — Спи спокойно, я тебя завтра разбужу.

Она кивнула и вошла внутрь. Как только ее дверь закрылась, я быстро прошел в свою комнату, надел теплую одежду и выскользнул через один из аварийных выходов.

На улице было очень холодно, и ветер был намного сильнее, чем когда мы приехали. Снег дул густыми тучами, так что практически ничего не было видно.

Если я правильно помню, я видел на плане лагеря, что здание генератора было через улицу рядом с радиоантенной. До нашего дома не было и ста метров, но в такую погоду попасть туда было практически невозможно.

Сгибаясь под пронизывающим холодным ветром, я с трудом брел к административному зданию по соединительному коридору. Окна были освещены, и хотя они были запотевшими и замерзшими, я все еще мог видеть, как кто-то ходит внутри. Вероятно, это был Стальнов или кто-то из лаборатории патологии.

Я выглянул наружу и попытался разглядеть сквозь снег радиоантенну или свет внутри или на здании генератора. Однако я ничего не видел. Было темно и везде лежал снег. Путь пролегал от входной двери административного здания к зданию генератора. Если бы я только мог найти это, я бы увидел шанс попасть туда. Я должен был бы остерегаться все же. В такую погоду легко заблудиться даже на таком небольшом расстоянии.

Я шел к зданию, пока не споткнулся о что-то примерно в трех футах от входной двери. Я посмотрел, что это было. Это была веревка, наполовину засыпанная снегом. Я поднял её и провел рукой. Она направлялась к зданию администрации.

Линия? Уловка, чтобы облегчить поиск? Не нелогично, что кто-то подумал об этом в таких обстоятельствах. Люди, которые здесь работали, должны были регулярно следить за генератором, будь то дождь или солнце.

Я держал веревку на поясе обеими руками и шел по ней, медленно идя по снегу.

Там была какая-то тропинка, но из-за метели мало что было видно. Время от времени мне приходилось останавливаться, чтобы поправить веревку, прежде чем я мог продолжить. Все, что я мог видеть, была кромешная тьма, а когда я оглянулся, то не увидел даже огней административного здания. Я был один в снежном коконе.

Казалось, прошли часы, но я, наверное, не пробыл в пути и пятнадцати минут, как вдруг увидел вдалеке свет.

Я быстро подошел к нему и увидел входную дверь генераторной примерно в десяти ярдах от меня. Я открыл дверь и вошел внутрь. Дизеля громко ревели.

Это была довольно большая генераторная. Один из генераторов, привинченных к бетонному полу, работал, резервный генератор остановился.

Сейчас там никого не было, но было ясно, что недавно кто-то был. След растаявшего снега тянулся от двери, вокруг резервного генератора к большому металлическому ящику в углу. Я нащупал ручку, но дверь была заперта.

Тиберт был здесь, заглянул в шкаф и снова ушел. Возможно, фигура, которую я видел в окне, была Тибертом. Но что он на самом деле здесь делал?

Я наклонился, чтобы поближе рассмотреть замок на шкафу, когда ручка повернулась, и дверь распахнулась. Я получил удар по голове.

Я отпрыгнул назад и вытащил свой Люгер. Тиберт вышел оттуда.

Когда он увидел меня, его глаза расширились.

— Ты всегда прячешься в этом шкафу, когда кто-то приходит, Пол? — спросил я с облегчением.

Тиберт с виноватым видом оглянулся.

'Я э...'

— Что в этом шкафу? «Это что-то, что я должен знать, если кто-то начнет задавать вопросы?»