Ник Гернар – Солнце (страница 30)

Я покосился на него.

— Понимаю, на что ты намекаешь. Но не факт, что это лучшее решение. На них на всех имеются датчики состояния. Стало быть, кто-то их надел, и сейчас следит за состоянием своих пациентов. У нас нет цели зачистить эту локацию, гораздо важнее по максимуму избегать рисков. Как по мне, лучше пройти этот зал, ничего не трогая. Как думаешь, сколько тут между койками? Мне кажется, больше чем полметра. Если не торопиться и двигаться боком — вообще никаких проблем.

— А если что-то случится, и все они вдруг проснутся? — спросил Амару.

— Тогда тебе придется попотеть вместе со мной, — вздохнул я.

— Хорошо, — согласился парень.

И мы вместе вернулись к остальным.

— Что там? — с обеспокоенным видом спросил меня доктор, едва мы приблизились.

— Там… Ничего страшного, — обтекаемо ответил я. — Надо будет просто осторожно пройти через большое помещение и ничего не зацепить. Отдыхайте пока.

— После всей этой беготни я бы тут вообще сутки отдыхала, — проговорила брюнетка, не открывая полуопущенных век. — Вот только поесть бы… — мечтательно протянула она, и словно в подтверждение ее слов у кого-то в животе раздалось громкое урчание.

Началось. Скоро этот вопрос будет звучать все чаще, а у меня пока нет никаких вариантов решения проблемы.

— Где-то впереди должно быть хранилище со съестными припасами, — как можно уверенней сказал я.

В конце концов, в отличии от полумеханических многоножек существа в зале казались скорее биологическими существами с протезами и имплантами, чем гибридным сплавом, так что я почти не обманывал. Они ведь должны были что-то есть? По крайней мере, до того, как улеглись на эти столы с проводами и трубками.

— Тогда, может, пойдем уже? — оживился Ахмед.

— И правда, чего сидеть? — поддержал его красноголовый.

Ярый сплюнул в сторону.

— Женщинам дай еще отдохнуть? — строго зыркнул он на товарища. — Ты тут не один.

— Да просто жрать очень хочется!

— Не помрешь! Человек до трех суток может без жратвы обходиться. Так что не переломишься, если не позавтракаешь.

— Справедливости ради должен заметить, что речь идет скорее уже не про завтрак, а про обед, — вздохнул доктор, взглянув на часы на запястье. — Почти полдень.

— Вообще-то речь идет о выживании, — хмуро буркнул эсбэшник. — Так что можно и потерпеть.

— Ничего-ничего, все правильно он сказал, — с виноватым видом вдруг заторопилась Елизавета Анатольевна. — Чего тут рассиживаться надолго? Посидели немного, подышали — и хватит. Идти надо.

В итоге засобирались все.

И мы отправились к комнате спящих.

Заглянув внутрь, наша блондинка даже ахнула.

— Господи! Кто это?..

— Тише, — проговорил я, не оборачиваясь. — Идем прямо за мной, лучше — боком. покойно, медленно и молча. Ничего не трогаем.

И шагнул в зал первым.

Воздух здесь был другой — холодный, сухой, с привкусом озона и чего-то химического.

Мои ботинки бесшумно ступали по полу. Сзади послышалось дыхание Амару, потом — шорох одежды остальных. Я краем глаза следил за кушетками и время от времени поглядывал назад, чтобы подбодрить остальных.

Пять шагов. Десять. Двадцать.

Сзади послышался приглушённый всхлип — кажется, девушка с сиреневыми волосами случайно задела рукой металлический блок. Я замер, прислушиваясь.

И все остальные тоже замерли следом за мной.

Индикаторы на блоке мигнули, но тут же вернулись к прежнему ритму.

— Идем дальше, — прошептал я.

Постепенно мы добрались до середины зала.

Здесь лежали самые крупные представители своего вида. Кроме имплантированных конечностей у них были вживленные щитки на груди и встроенные устройства на висках.

А потом я почуял неладное.

Что-то вокруг неуловимо изменилось. Присмотревшись, я понял, что именно.

Они перестали дышать равномерно.

У одного спящего грудь начала вздыматься выше обычного. Другой начал дышать чаще остальных.

Я окинул внимательным взглядом весь зал и понял, что почти у всех сбилось дыхание.

А потом заметил, как у здоровяка прямо рядом со мной дрогнула рука.

Я отступил с дороги в узкий промежуток между койками.

— Все на выход. Быстро! — скомандовал я. — Амару, готовься!

И в этот момент весь зал вдруг громко выдохнул, и пространство вокруг наполнилось нарастающим шорохом, от которого мурашки побежали по спине.

Повсюду, насколько хватало глаз, фигуры начали шевелиться.

Медленно, будто нехотя, одна за другой. Их лица — бледные, заостренные, с пустыми глазами обращались в нашу сторону.

Пробудившись от своего сна, они начали вставать, не замечая трубок и проводов. Те срывались с фиксаторов, вырывались из портов.

В воздухе запахло чем-то едким.

И все это происходило почти в полной тишине. Только шелест, шорох и мягкие звуки искусственных ступней, нащупывающих пол. Их было слишком много. Они заполняли проходы, возникали из-за каждого блока, выплывали из полумрака дальних рядов. Они не спешили. Им некуда было торопиться — мы были в центре, а они смыкали кольцо со всех сторон.

В этот момент наш замыкающий наконец-то скрылся в проходе следом за всеми, и я встал к Амару спиной к спине.

— Погнали, — сказал я, и первым ударил в толпу дистанционным ударом.

Первые ряды проснувшихся дернулись, разлетелись в стороны, с грохотом сбивая с ног своих собратьев, и зал наполнился воплями и стоном. Зеленоватый дымок устремился вглубь зала, обжигая всех на своем пути и разъедая кожу, мышцы связки, оставляя лица без мякоти. Еще раз дистанционный удар! И еще!

Атаки Амару были тише. Он просто поднимал руки, делал едва заметное движение — и целая группа проснувшихся мгновенно засыпала снова. На этот раз — навсегда.

От криков и воплей можно было оглохнуть.

То, что происходило сейчас, нельзя было в полной мере назвать боем. Скорее, это была бойня. Мы работали как единый механизм, и зал вокруг превращался в кровавое месиво. Я бил дистанционным ударом по самым плотным скоплениям, разбрасывая тела в стороны и освобождая пространство, время от времени берясь за автомат. Амару использовал какие-то свои приемы, так что противника или просто оседали на пол без единого крика, то буквально рассыпались в пыль, то начинали убивать друг друга. Толпа накатывала волнами, протягивая руки и раскрывая оскаленные рты, но раз за разом отбрасывали ее от себя, оставляя за собой десятки, сотни мертвых тел.

Я потратил все свои запасные магазины, потому что безоглядно использовать биокоррозию в закрытом помещении было нельзя, а подпускать к себе близко этих чудаков не хотелось.

Остался только неполный последний.

Наконец, до них дошло, что прямые атаки на нас не работают. И оставшиеся в живых с криками бросились от нас прочь, пытаясь скрыться в дальних углах огромного зала.

И в этот момент откуда-то совсем поблизости донесся громкий металлический лязг. Тяжелый, гулкий, от которого завибрировал пол под ногами.

Разбежавшиеся проснувшиеся разом затихли, а через секунду мои подопечные с диким, срывающимся криком бросились обратно в зал, прямо на нас с Амару.

Увидев, что мы там натворили, девушки завизжали еще сильней. Рефлекторно дернулись обратно, но тут из прохода, тяжело переставляя заедающие металлические опоры, вышел гигант.

Он представлял собой гибрид робота с массивными лапами, сканерами на головном устройстве и маленького щуплого человечка, помещенного в прозрачную капсулу внутри металлических ребер устройства.

Но самым жутким были не его размеры, и даже не живое существо внутри колбы.

А второе лицо, выглядывающее из-под купола головного устройства.