Ник Гернар – Шут-2 (страница 33)

В отличие от Лексы. Что общего у нас было с ней, я толком и сказать не мог. Кроме хорошего секса пару раз и смешных разговоров о смысле жизни.

Так что я отправил Анне спокойное сообщение, что у нас с Данилевским все нормально, ее информация о подосланной группе принята к сведению и я благодарен ей за беспокойство.

Лексе я ответил короче.

«Спасибо за сообщение. Не переживай. И береги себя.»

Я никогда не был особо силен в эпистолярном жанре.

Данилевский проспал часов шесть, не меньше. Потом еще около часа молча лежал, уставившись в потолок — обычное дело для нового игрока. Всем интересно, на что способен его интерфейс.

А потом мой голодный желудок заскрежетал так печально и громко, что Ян удивленно обернулся.

— Я уж решил, что еще один чужой проснулся, — пошутил он, усаживаясь на полу.

— Ты недалек от истины, — проворчал я. — Чужой действительно появился и вот-вот вырвется наружу, если его не покормить. Если ты в норме, я бы предложил прогуляться за нашими припасами.

— Давай, — согласился Ян, поднявшись на ноги. — Только, полагаю, отыскать верное направление будет не так просто, как нам бы хотелось.

И мы отправились в лабиринт проходов, пытаясь вспомнить дорогу. Вопреки ожиданиям, плутали мы не так уж долго, и вскоре добрались до зала с псевдоусыпальницей.

Огромный саркофаг все еще слегка парил, подмигивая и переливаясь огнями датчиков внутри. Ян не удержался, и в первую очередь заглянул внутрь этой штуковины.

— Интересно, это что-то наподобие криокамеры? И сколько, интересно, лет в ней провел наш богомол?

— Понятия не имею, — проворчал я, переступая через частично обглоданное тело Азазеля. — Но каким бы долгим не был этот срок, время от времени процесс прерывался. Он же каким-то образом должен был воспитать своего последователя.

Проход все еще был закрыт, и я принялся разглядывать панели на стенах. Некоторые из них внешне напоминали большие кнопки, но как я не пытался на них надавить, ничего не происходило.

Ян обернулся ко мне.

— Может, это что-то сезонное? Типа берлоги для регулярной спячки?

— Мысль занятная, но вряд ли, — отозвался я, с огорчением обводя взглядом неприступный проход. — Поскольку берлога эта здесь всего одна. А костей хранителей видел сколько? Или, думаешь, накануне спячки у них проходили сезонные игры на скорость? Кто первый лег, того и тапки?

— Я думаю, что электроника здесь кажется вполне исправной, и пытаюсь понять, какова вероятность того, что у парня внутри саркофага имелся доступ к блокирующим механизмам?.. — задумчиво проговорил Ян. — Здесь ведь какие-то мониторы имеются, и датчики с подсветкой…

А вот это и правда была интересная мысль.

Я оставил свои попытки взломать стену и подошел к саркофагу. Заглянул внутрь. Присвистнул.

— Знаешь, даже если здесь есть все, что необходимо, я бы предпочел все это не трогать. Сейчас нажмем куда-нибудь не туда, и включим какую-нибудь мегадезифекцию иномирными ядами или систему вентиляции остановим. Лучше давай пока попробуем отыскать выходы в другие залы.

Ян согласился.

И мы двинулись дальше исследовать лабиринт технических тоннелей.

А между тем у меня от голода начали слабеть колени и кружиться голова. Как будто я ничего не ел больше суток. Скорее всего, это было связано с запущенным процессом трансформации опорно-двигательного аппарата — моему телу требовалось все больше энергии, а взять ее было негде.

В итоге мы около часа бродили внутри стен, прежде чем смогли отыскать люк, через который нам удалось попасть в уже знакомый холл со сводами и барельефами, где посередине мерцало и перемешивалось пространство двух рифтов. Только теперь здесь под потолком тускло горел свет, отчего зал наполнился почти потусторонними тенями.

Но выход также оказался заблокирован, будто раньше здесь и не было никакого коридора.

— Да что ж такое, — выдохнул я.

Наш спрятанный рюкзак всего в десяти минутах ходьбы по прямой, но между нами возвышалась сплошная стена.

Я коснулся ее стальной гладкости рукой.

И что теперь делать? Идти в новый рифт на подкашивающихся ногах? А есть ли гарантии, что на той стороне зала действительно начинается какая-то другая реальность? Когда я заходил туда в прошлый раз, ничего нового не увидел. Все тот же зал, и такие же барельефы на стенах.

Или заползти обратно в люк и снова плутать неизвестно сколько в поисках еще одного прохода?

От этой мысли у меня аж в висках застучало.

Ян с грустной улыбкой подошел ко мне.

— Думаешь, если ты погладишь стенку, она сжалится и откроет проход?..

И тут из-за стены до моего слуха донесся какой-то шум, а по телу прокатилась волна неприятной дрожи, будто скверное предчувствие хлопнула меня пятерней по спине.

— Назад, — прошептал я, еще даже не успев осознать, что происходит. — Назад!

Схватив Яна за локоть, я рванулся от заблокированного прохода вглубь и в сторону.

А через несколько мгновений раздался взрыв.

Взрывная волна ударила по ушам, швырнула на головы град мелких обломков. Стена, еще секунду назад бывшая сплошной преградой, теперь представляла собой рваную дыру, затянутую пылью и дымом.

И сквозь эту пыль в помещение юркнула гибкая полуголая фигура молодого мужчины с длинными волосами.

Локи?..

Похрустывая бетонной крошкой под ногами, следом за ним потянулись парни в арестантских комбезах и тактических костюмах, замотанные шарфами до самых глаз.

Люди Зоркого.

Какого черта они здесь делают?..

Я весь подобрался, готовый в любой момент вложить остатки сил в атаку.

Парни тоже не ожидали встречи. При виде нас они сбавили шаг и подняли автоматы, но тут между ними и нами, приветственно раскинув руки, вдруг встал Локи.

— Какая встреча! — воскликнул он, расплываясь в улыбке. — Зоркий, а тут твой друг! Или, вернее, друг твоей подружки. Монгол, я надеюсь, ты пристрелил парикмахера, который сделал с тобой такое? Тебя и узнать-то непросто с первого взгляда.

— Судя по тому, сколько там трупов, парикмахеров было много, — вместо меня скрипучим голосом ответил один из бойцов Зоркого, опустил ствол и стянул с носа плотно намотанный шарф. Под импровизированной маской открылось изрытое шрамами и глубокими морщинами лицо старика. — Ты убил «ангелов»? — спросил он, уставившись на меня светлыми рыбьими глазами без намека на какие-то эмоции.

— Мы, — поправил я его.

— С кем? — последовал еще один короткий вопрос.

— С божьей помощью, — усмехнувшись, ответил я.

Парни зашевелились. Снимая с себя шарфы, заворчали, поглядывая друг на друга — судя по всему, они не очень-то поверили, что мы с Данилевским могли справиться со всей толпой вдвоем. Для них ведь это были «ангелы»! Страшные, безжалостные и почти непобедимые.

— А где Михаил? Там его носилки валяются, — раздался уже знакомый мне голос, и сквозь толпу ко мне протолкнулся сам Зоркий.

Я усмехнулся.

Вот и глава группировки до первых рядов добрался, не прошло и полгода. А что, молодец. В авангард не лезет — дольше проживет.

— Улетел, — с серьезной миной ответил на вопрос Зоркого Данилевский. — На историческую родину.

Тот фыркнул:

— Сейчас тоже скажешь, что вы его?..

— Нет, вот его уложили не мы, — отозвался Данилевский, не удержавшись от кривой усмешки.

— А кто тогда? — нахмурился Зоркий.

Я тихо рассмеялся.

Настроение у меня было — говно и жрать хотелось до тошноты, а тут еще этот урод со своими тупыми вопросами нарисовался. Не пошел бы он в жопу?

— А с хера ли ты решил, что тут тебе энциклопедия, Зоркий? — выпалил я, чувствуя, как злая улыбка жжется на губах. — Тебе надо — пойди и узнай. Тут недалеко, в соседнем коридоре. Главное, свиту не забудь с собой прихватить. А то вдруг Михаил не до конца добитым окажется. Как в одиночку дерьмо свое донесешь, когда с перепугу просрешься?

Зоркий сверкнул белками глаз и рефлекторно схватился за пистолет, но между нами опять возник Локи.