Ник Гернар – Шут-2 (страница 21)

Перчатка преодолела преграду без малейшей задержки. Кровь на ней так и осталась темным влажным пятном. Не высохла, не зашипела.

Ян присел рядом. Осторожно коснулся потока кончиками пальцев, и волны заломов изменили рисунок.

— Осязанием вообще никак не воспринимается, — сообщил он. — Как будто голограмму трогаю.

— Сейчас проверим, — сказал я, поднялся и шагнул на ту сторону.

И в голове оглушительно громко прозвучал металлический голос:

Доступ к рифту XXR −15Z8L — Дом Проклятого Рода — получено

Проверка на генетическое соответствие — пройдена

Активация цивилизации рифта XXR −15Z8L — Дом Проклятого Рода — выполнена

Запущен сюжет Испытания 1 — Утраченное Хранилище.

Перед глазами мигнул и нехотя развернулся интерфейс — с таймером, иконкой вновь поступивших сообщений в чате. Миг — и острая боль пронзила висок. Картинка раздвоилась, а потом рассыпалась на пиксели, превратившись в черный экран смерти. Голос помощника внезапно изменившимся, строгим и требовательным голосом сообщил:

Сервис временно частично недоступен в связи с перегрузкой системы. Пожалуйста, завершите предыдущее испытание, прежде чем приступать к следующему.

Боль пронзила висок еще раз, словно кто-то вогнал раскаленный гвоздь мне прямо в череп. Я застонал, пошатнулся и буквально вывалился обратно.

Ян тут же подхватил меня под руку, оттаскивая от мерцающей границы пространства.

— Что случилось? Ты в порядке?..

Я не мог ответить. В ушах звенело, в глазах плавали черные пятна. Внутри черепа, там, где обычно был молчаливый фон, теперь бушевал хаос — обрывки голосов, писк нечитаемых уведомлений, давящая тишина и снова этот металлический голос, но теперь уже глухой и прерывистый, как плохая радиосвязь:

«…завершите… предыдущее… испытание… перег… система…»

— Интерфейс, — выдохнул я наконец, опираясь на Яна. — Он… ожил. Ненадолго. И тут же сломался. Получил какую-то системную ошибку.

Ян помог мне отойти к стене, и я опустился на холодные плиты, закрыв глаза. Головная боль понемногу отступала, оставляя после себя странную пустоту и отголосок того самого сообщения.

— Что он сказал? — тихо спросил Ян, присаживаясь рядом.

— «Доступ к рифту XXR-15Z8L — Дом Проклятого Рода получен. Проверка генетическая пройдена. Активация выполнена. Запущен сюжет Испытания 1 — Утраченное Хранилище». Это стандартная формула, с которой начинается каждый новый рифт… — я открыл глаза, глядя на дрожащее, как желе, пространство в центре зала, — Другими словами, получается, что там — другой рифт. Только без самого разлома со всеми обычными атрибутами типа световых столбов и прочих эффектов.

Ян озадаченно погладил шрам над бровью. Его взгляд стал острым, аналитическим.

— Рифт без разлома? Странно. Или, может быть, свечение настолько крошечное, что мы его не воспринимаем?

— Просто мы привыкли, что где разлом, там свечение. Но кто сказал, что одно непременно должно сопровождаться другим? — пожал я плечами. — Здесь зато другой эффект наблюдается.

— Тоже верно, — подумав, согласился Ян. — Получается, у нас есть рифт. Внутри помещения, построенного явно не нашей расой и не для заключенных. Может, это их вариант наших станций?

— Запросто, — кивнул я. — А еще — мой интерфейс исправен. И сама система исправна. Но здесь, в этом рифте, с текущим испытанием есть какая-то накладка, или ошибка. Что-то, от чего она сбоит и зависает.

— Пойдем в третий коридор сходим, — предложил Ян. — Может быть, нам повезет, и ты выполнишь свое задание.

Я кивнул. Забрался в рюкзак, вытащил фляжку и сделал глоток воды.

Меньше половины осталось. Надо будет пополнить запас при первой возможности.

И мы отправились по коридору обратно, на «перекресток». Выбрали там последний нехоженый вариант, повернули направо и отправились в темноту.

Третий проход оказался иным с первых шагов. Воздух здесь был густо наполнен запахом металла, резины и тления. Под ногами мягко похрустывал песок. Присев, я поднял с пола несколько засохших травинок — доказательство, что этим путем ходили гораздо чаще, чем двумя другими. Фонарь Яна выхватывал из мрака стены с покрытием, напоминающим металл. И за этой отделкой что-то размеренно, негромко гудело. Система вентиляции или какое-то другое устройство. Если бы хоть где-нибудь просматривалась щель или стык, я бы точно попытался вскрыть эту стену и посмотреть, что там. Но оно было гладким, без видимых швов, и кое-где угадывались призрачные отблески потухших индикаторов.

Мы шли молча, приглушая шаги. Коридор петлял и уводил нас все глубже с ощутимым уклоном. При этом никакого дискомфорта мы не испытывали. Головная боль и прочие радости благополучно оставили нас и больше не возвращались.

Примерно метров через сто мы оказались перед дверью из красноватого шершавого металла. Чтобы открыть ее, нам с Яном пришлось объединить усилия. Наконец, тяжелая дверь подалась вперед, впуская нас в гладко-серую квадратную комнату.

Ян первым переступил порог и замер, медленно водя лучом фонаря.

«Святая…» — прошептал он.

Мы стояли в просторном зале. Высокий потолок терялся в темноте, но его опоры — ребристые, из того же металла, что и панели — уходили вверх, словно скелет древнего исполина. Вдоль стен тянулись консоли, пульты, экраны, все покрытое толстым слоем нетронутой пыли. Некоторые поверхности были испещрены тончайшими, словно выгравированными лазером, схемами и символами, которые даже сейчас, в полутьме, слабо мерцали тусклым, выцветшим светом.

Но самое поразительное находилось вдоль дальней стены, где не было никаких устройств.

Останки.

Причем, явно не человеческие: сегментированные костяные пластины, отдаленно напоминающие экзоскелет, саблевидные длинные ребра, черепа вытянутой, почти треугольной формы с маленькими глазницами.

Собраны они были в аккуратные, почти ритуальные кучки, и каждую из них венчал череп.

Всего таких кучек я насчитал шесть.

Ян осторожно подошел к одной из них, опустился на колено. Трогать не стал, только осветил фонарем, внимательно разглядывая детали.

— А они хорошо сохранились, — сказал он задумчиво. — Едва ли им больше ста лет.

Я отошел к дальнему углу зала, где виднелась арка. Под аркой была глубокая ниша, С одной стороны этой маленькой комнатки располагалась платформа или ложе, накрытое обычным человеческим одеялом армейского типа с нашитым номером в уголке. С другой — низкий столик с несколькими предметами: большой флакон темной жидкости, небольшое электронное устройство квадратной формы и пластиковый стилус с резиновым наконечником. И несколько банок консервов.

Озадаченный, я посмотрел на дату производства.

— Похоже, менее двадцати лет назад в этой комнате жил кто-то из заключенных, — сказал я. — Спал, ел. И, вероятно, именно он сложил кости хозяев в зале так аккуратно.

Ян подошел ко мне. Осветил комнату фонариком.

— Может быть. Но его собственные кости вряд ли могли собраться в аккуратную кучку. И поскольку я их здесь нигде не наблюдаю…

Пока он говорил, мой взгляд упал на другую банку консервов, и нервный холодок пробежал промеж лопаток.

— Зато я кое-что наблюдаю.

Аккуратно двумя пальцами я поднял со столика одну из банок, на сером стальном боку у которой остался смазанный отпечаток руки.

Три пальца с одной стороны. Два — с другой.

Данилевский уставился на банку.

— Ты хочешь сказать…

— Я ошибался. Здесь жил вовсе не заключенный. И поскольку его трупа здесь нет, а катакомбы охраняют «ангелы», можно сделать вывод, что они с ним контактировали. И Михаил…

Я хотел было сказать, что предводитель «ангелов» определенно должен быть в курсе, но как только вспомнил легендарную фигуру в плаще с глубоким капюшоном, меня осенила догадка.

— А может быть, Михаил не просто в курсе? Что, если под плащом на самом деле скрывается этот самый чужак?.. — предположил я.

Мы с Данилевским встретились взглядами и на мгновение замерли, пытаясь осознать, насколько безумно звучит это предположение.

— Нет, — недоверчиво проговорил Ян. — Не может быть. Язык, манеры, повадки… Руки, в конце концов!.. Все бы заметили!

— Мы живем в мире, где люди в бегающий кусок камня превращаются и клинки из рук отращивают. Думаешь, «ангелам» есть дело до того, как у него пальцы расположены? Мне вот сейчас стало другое интересно. Может ли этот чужак быть тем самым игроком, который запустил здесь игру? Или игрок все-таки среди заключенных?

— Или вообще в каком-нибудь из черепов, — подхватил мою мысль Ян. — Ты же так нашел свой интерфейс?

Мы вышли из ниши. Вооружившись фонарем, внимательно осмотрели останки, и в особенности — черепа. Луч фонаря скользил по залу, выхватывая древние кости и артефакты. Тишина стала гнетущей. Даже равномерный гул из стен казался теперь зловещим предвестником чего-то неминуемого.

Но интерфейс мы так и не нашли.

— Значит, предположим, что он здесь, — тихо сказал Ян, когда стало ясно, что наши поиски не увенчались успехом. — Выживший чужак. Представитель другой расы. И с помощью «ангелов» охраняет это место. Или использует его сам. Зачем?

— Я думаю, все дело в рифте, — так же тихо ответил я. — Тот, что в соседнем зале. «Дом Проклятого Рода». А может, он каким-то образом с помощью «ангелов» поддерживает эту станцию в условно-рабочем состоянии. Как последний хранитель. Или страж. Внезапно тихий, скрипучий звук донесся из дальнего конца зала, за рядами пультов. Мы оба вздрогнули и замерли, затаив дыхание. Луч фонаря Яна метнулся в сторону шума.