Ник Гернар – Императрица (страница 19)

Потому что какими бы проблемными не были последствия, все они будут потом.

А если я не успею найти бункер, никакого «потом» у нас уже точно не будет.

И я сказал:

— Новая или старая кровь — не имеет значения. Потому что скоро в этом районе ничего живого не останется.

Великан дернулся. Обернулся на меня.

— Как это понимать? — угрожающе проговорил он.

— От своего начальства я знаю, что в месте, куда нас перебросили, в течении ближайших десяти часов произойдет ядерный взрыв, — решительно заявил я. — А мое начальство обычно не ошибается.

На несколько мгновений гигант застыл, будто в его мыслительной программе что-то зависло.

— Откуда сведения? — осведомился он.

— Научно-статистический метод прогнозирования Эйнштейна через анализ множества вероятностей, — ляпнул я.

Вероятно, Чо оценил бы мой творческий порыв, если бы слышал.

— И тебя с твоим подчиненным перекинули сюда, чтобы ты умер? — спросил великан.

— Нет, — ответил я. — Чтобы мы нашли способ выжить.

Тишина повисла между нами. Мертвая, как тень будущего взрыва.

А потом вдруг подобие улыбки тронуло рот моего собеседника, и он с неожиданным одобрением проговорил:

— Славный способ для воспитания сильных воинов. Ты пришел из мудрого мира, странник. Так ты сказал, ядерный взрыв?..

— Да.

Север, стоявший чуть позади, тихо перевел дыхание. Он не понимал нашего разговора, но по тону догадывался — ситуация изменилась, и разговор пошел в совсем другой, почти дружелюбной тональности.

Великан резко развернулся к своим щитоносцам и издал серию гортанных звуков, похожих на звериные сигналы. Те мгновенно оживились, словно получили электрический разряд, и бросились прочь, растворяясь в лабиринте руин.

— Ты выживешь, — заявил великан, обернувшись снова ко мне. — Я отведу тебя в убежище. Отныне ты принадлежишь старшему сержанту номер ДЗК-325, и твой подчиненный — тоже.

Какая прелесть.

У меня от злости даже дыхание на мгновение перехватило.

Но надо быть хитрей и пока что просто потерпеть.

Главное — нам покажут, где находится бункер, и даже внутрь проведут. А дальше уже разберемся.

— Сержант ДЗК-325 — это ты? — хмуро спросил я.

— Старший сержант ДЗК-325, — с важным видом поправил меня гигант. — Идите за мной.

Он протяжно свистнул, и последний выживший дикарь поспешил к своему господину, со звоном волоча в руках тяжелую цепь.

Интересно, а этому парню тоже когда-то сказали, что он принадлежит старшему сержанту?..

— У меня есть плохая новость, хорошая и еще одна плохая, — негромко сказал я буддисту, пока великан пристегивал на поводок своего верного пса. — С какой начать?

— Начни с хорошей, — озадаченно проговорил Север.

— Судя по всему, мы выживем во время ядерного взрыва, потому что этот Железяка знает, где находится бункер.

Рот Севера приоткрылся. Лицо сохранило обычную невозмутимость, только губы несколько раз беззвучно шевельнулись, словно он безуспешно пытался подобрать правильные слова.

— Теперь про плохие?.. — подсказал я ему.

Буддист с глубоким вздохом покачал головой и произнес:

— С такой хорошей других плохих уже не надо. Вместо этого я бы хотел узнать, какое отношение ты имеешь к этому миру и откуда знаешь его язык?

Глава 8

Кровь хранителя убежища

Вопрос Севера был вполне логичным. Но прозвучал он крайне странно, если учесть то главное, что он должен был услышать в моей фразе.

И тут невозмутимое выражение лица буддиста вдруг резко выцвело.

— Постой, что ты сказал? Ядерный взрыв?.. — поднял он на меня округлившиеся глаза.

— Идем! — приказал сержант, смерив нас недовольным взглядом. Потом дернул своего человекообразного пса и зашагал вперед.

— Нам двигаться надо, — вполголоса подсказал я застывшему Северу, между тем лихорадочно соображая, что теперь делать и как лучше поступить.

Верить мутанту в гремящем скафандре, который привык видеть людей голышом и на цепи — такая себе затея.

Но это лучше, чем тупо бегать по городу в поисках секретного убежища.

Шансов больше.

Об остальных я сейчас рассказывать не собирался. На всякий случай. Лучше самому сначала сходить и проверить, а потом уже…

Но как быть, если бункер расположен далеко? Три, пять часов ходу?

Надо это как-то осторожно уточнить у железного.

А еще меня здорово напрягли слова о том, что теперь мы принадлежим сержанту. Означает ли это, что мы в статусе пленников?

С другой стороны, в одной старой книге написано, что живая собака лучше мертвого льва. Никогда не был согласен с этой мыслью. Но теперь все здорово усложнилось. От моих решений зависела жизнь еще четверых человек, причем один из них — или, вернее, одна, — сама по себе совершенно беззащитна.

И тут уже не до львов.

Зря я согласился на аферу Данилевского. Мы думали, цивилизации скрываются только в нестабильных рифтах. Но это была ошибка.

Я принял неверное решение. И теперь у меня всего девять часов, чтобы обеспечить нашей группе выживание.

И ошибаться мне больше нельзя.

— А далеко нам идти до бункера? — как бы между прочим спросил я, расслабленно сунув руки в карманы.

— Бункер? — непонимающе переспросил сержант.

— Ну да. Ты же сказал, что отведешь нас в укрытие, — беззаботно отозвался я.

В глубине доспехов сержанта опять что-то зашипело и заклокотало, безуспешно пытаясь имитировать смех.

— Не укрытие, и не бункер, а убежище! — лязгнул он своими доспехами. — Бункер здесь, — кивнул сержант в сторону стадиона. — и он для солдат. Если командование сектором посчитает твою информацию заслуживающей внимания, весь личный состав контролирующей группы будет направлен сюда. Но ты — не солдат. Ты — образец. Объект исследований. И должен храниться в убежище. Твоя кровь как возможный источник новых вариантов мутаций имеет ценность для империи. Не бойся, ты не будешь голоден, и ты будешь жив. Мутаторы позаботятся об этом. Иди за мной!

И он решительно продолжил свой путь, звякая цепями и бряцая амуницией — мимо развалин длинного здания с торчащими из плит ржавыми шипами.

А у меня на губах непроизвольно начала расползаться злая улыбка.

Ну что же, вот теперь я и правда верил его словам! Они приобрели хорошо знакомый запах дерьма.

А правда — она, к сожалению, в оригинальном варианте обычно всегда пованивает чем-то некрасивым.

Образец, значит. И храниться буду в убежище.

Ну-ну. Дожидайся, сволочь.

В карманах сжались кулаки, но я продолжал шагать в прежнем темпе, как будто всю жизнь до этого где-то «хранился» и мне все нормально.