Ник Гернар – Императрица (страница 12)

И чем ближе я к ним подходил, тем тревожней мне становилось. И внешний вид станции, и протяжный скрип ворот, и даже тощая коза на пригорке с проплешиной на боку, выстриженной лишаем — все начинало казаться каким-то зловещим.

Что-то важное происходило прямо сейчас. Или должно было случиться в будущем.

Какая же дурацкая эта способность, только нервы поднимает, а объяснений никаких не дает! Может, мне ее каким-нибудь образом заблокировать самому себе?

Внутри станция была устроена стандартно: столы, стулья, колба с низенькой красно-малиновой прорехой, куда мне пришлось бы пролезать порядком нагнувшись. Дежурная бригада сопроводила нас к колбе, и вся группа один за другим вошли в рифт.

Мы с Егором, как обычно, были замыкающими.

Когда я шагнул в сияние, то почувствовал очень неприятное давление в груди.

А через пару мгновений знакомый жизнерадостно-искусственный голос сообщил:

Доступ к рифту ВЕ6−12G1N — Ущелье Проклятых — получено

Проверка на генетическое соответствие — пройдена

Активация цивилизации рифта ВЕ6−12G1N — Ущелье Проклятых — активировано

Активировано Испытание 1 — «Дыхание дракона»

Найдите вход в бункер и останьтесь в живых после ядерного взрыва.

Перед глазами появился таймер.

Восемь часов тридцать девять минут.

Нет, уже тридцать восемь.

Да твою ж мать!..

Лучше бы это были всадники…

Глава 5

Старые долги

Когда-то это местечко близ Великого Новгорода называлось Крестцы. Но выросший на его месте лагерь с чьей-то легкой руки почему-то все именовали просто Крестами.

Периода полного запустения здесь не было: городок вымирал постепенно, распадаясь на районы под названием «Котельная», «ДК» и «Туту». Последний вырос вокруг железнодорожного вокзала и был известен своими добротными ремонтными доками, точками сбыта веселящей химии, дешевыми барами и бойкими проститутками. С градоначальниками Крестам тоже везло. Торговля предметами первой необходимости была налажена на «отлично», постоялые дворы регулярно ремонтировались, так что жилые сектора до сих пор выглядели вполне прилично. Но весь остальной город неумолимо ветшал. И эта разруха, как раковая опухоль, уже начинала проникать повсюду. Она витала в вечернем воздухе, пропитанном недавно пролившимся дождем, продвигалась все дальше и глубже, пробиваясь травой сквозь трещины асфальта, выла где-то вдали голосами бродячих собак.

И как ни старался лагерь остановить процесс, ресурсов на это явно не хватало.

Побитый армейский РДВ, или разведывательный десантный вездеход, с ревом въехал на пригорок и остановился возле ремонтных доков.

Женька заглушила мотор.

Ну вот и все.

То, чего она ждала так долго, решится прямо сейчас. Ну или не решится.

На этот случай у нее на заднем сидении под старым одеялом лежал целый боевой арсенал: пара автоматов, три пистолета разного калибра, сумка с гранатами и металлический ящик, в котором лежало все необходимое для того, чтобы собрать приличную бомбу.

Все это Женька купила за один глаз Минервы на разбойничьем развале, до которого еле добралась.

Прячась по пути в чужих норах, она раз пятьсот вспомнила про «Бизона».

Надо было угнать его. Это в разы облегчило бы ей задачу.

Зачем оставила машину?..

Женька вздохнула.

Самое глупое и неблагодарное дело в этой жизни — быть кем-то наполовину.

Наполовину убийцей, наполовину сволочью. Или наполовину другом.

Она терпеть не могла таких половинчатых людей, которые сами себе казались чуть ли не героями и мучениками, а на самом деле были обыкновенными сволочами, только трусливыми. Им не хватало решимости принять свою сущность до конца.

Женька к таким не относилась. Она давно про себя все поняла и решила.

Но «Бизона» угнать не смогла. Не потому, что ей хотелось остаться для парней хоть сколько-нибудь хорошей.

Женька знала, что не останется.

По крайней мере, для Монгола так точно. И если когда-нибудь судьба их снова сведет, она не сомневалась: этот парень

без колебаний выпустит пулю ей в лоб.

Такие, как он, делят мир на «своих» и «чужих». И не прощают ударов в спину.

Плевать, что он думает.

Зато живой.

На «Бизоне» они с Егором по-любому должны были успеть убраться подальше от лаборатории до того, как туда нагрянула Белая Корона.

На этом их краткое и неожиданное сотрудничество окончено.

Женька развернулась назад, приподняла край одеяла. Задумчиво покрутила в руках классического девятимиллиметрового Волка, сунула себе под ремень, поправила рубашку и выскользнула из машины.

И расслабленной походкой двинулась к докам.

Заглянув внутрь, она увидела паутину проводов под крышей, с которых свисали пропыленные лампы, стеллажи со всяким барахлом и здоровенный егерский вездеход на двенадцать мест, похожий на невысокий танк, возле которого, размахивая руками, увлеченно и шумно спорили два механика.

— Бодрого вечера! — громко поздоровалась Женька, шагнув в яркое пятно света на деревянном полу.

— Мы закрыты! — не глядя, через плечо крикнул ей один из механиков — тот, что был покрупней и постарше.

— А я и не чиниться, — ничуть не смутилась девушка. — Мне Сан Саныч нужен.

Дискуссия вдруг разом прекратилась. В мастерской воцарилась тишина. Мужчины умолкли и, обернувшись, удивленно уставились на Женьку.

Похоже, ее разрезанная шипами и перепачканная кровью одежда, засаленные светло-русые волосы и бледное полудетское лицо в их сознании слабо вязались с образом человека, который мог бы искать Сан Саныча.

— Ты че-то напутала, — неуверенно сказал, наконец, молодой механик, вытирая руки тряпкой с пятнами машинного масла. — Тут такие не работают.

Женька усмехнулась.

— Просто передайте ему, что Зеленая приехала. И ждет его, где обычно. У меня там колеса, если что, — махнула она рукой в сторону своего РДВ, квадратный силуэт которого отчетливо проступал в густеющих сумерках. — Не присмотрите пока?

Мужчины переглянулись. Тот, что был постарше, неопределенно пожал плечами.

— Ладно, приглядим, — ответил он. — Только ты с той стороны подгони, мы ее под крышу возьмем.

— Круто, спасибо.

Пристроив машину, Женька направилась вдоль доков по пустынной дороге в бар «Черная вдова», располагавшийся в конце улицы.

Невольно вспомнилось, как она приехала сюда в первый раз. И шла по этой самой дороге, дрожа, как заячий хвост.

Как много воды утекло за эти семь лет.

— Эй, детка, а тебе спать не пора? — раздался из темного угла пьяный мужской голос, на фоне которого слышалось недвусмысленное журчание.

— Нахер пошел, — отозвалась Женька.

— А ты чё такая грубая?.. — обиделся писающий мальчик.

— Жизнь дерьмовая, — себе под нос буркнула девушка.