Ник Фабер – Обманщик Империи (страница 28)

— Жанна?

— Чего? Я жду, а то вдруг тебе в голову ещё какая гениальная мысль придёт.

— Очень бы хотелось, — тяжело вздохнул я. — Но на этом вроде всё.

— Точно?

— Точно.

— Тогда я ушла, — сказала она и повесила трубку.

Закончив разговор, я ещё некоторое время просто сидел за столом, размышляя над происходящим и пялился на лежащий на столе артефакт. Попутно старался осмыслить всё случившееся за последние дни. И мысли эти вернули меня к простому осознанию.

Я сглупил и запаниковал.

Мой план бросить всё и ехать на вокзал хоть и был в чём-то правильным, но в конце концов оказался ни чем иным, как вызванным страхом порывом. Иллюзий насчёт того, с кем связался, я не питал. Завет — это жестокие и беспринципные мясники. Всё, что ими руководит — подчинение своим лидерам. Подчинение беспрекословное. И похоже, единственное, что отделяло меня от того, чтобы попасть к ним под нож — это личность Измайлова.

Но ведь это не совсем логично, так? Сейчас обдумав этот момент, я постепенно приходил к выводу, что даже будучи аристократом, Алексей не обладал значительным весом, чтобы представлять из себя какую-то уж чересчур неприкасаемую фигуру. Тем более, что и сами китайцы не собирались тут задерживаться. Всё, что от них требовалось — найти маску и вернуть её. Всё. И если верить тем историям, которые я про них слышал, им проще было действовать, чем тратить время и просто наблюдать за Алексеем. И ни его положение баронского сыночки-корзиночки, ни работа в следственном департаменте, не стали бы достаточно страшным препятствием, чтобы отпугнуть этих людей.

Почему и зачем? Вот вопросы, которые меня беспокоили больше всего. Только вот нормальных ответов найти на них я никак не мог. Уставшие мозги банально отказывались работать.

Я забегался. Начал допускать ошибки, которые не допустил бы раньше. Поспешные и опрометчивые действия, которые вполне могли привести меня в могилу, я неожиданно для самого себя принимал за рабочие варианты. Моя промашка с телефоном только чего стоила. Если бы не ночные приключения в морге, нехватка сна и прочее, то я никогда бы не забыл зарядить его. Понятно, что всё случилось быстро и неожиданно, но будь телефон заряжен, я бы к приезду в поместье Игнатьевых уже имел бы на руках хоть какую-то инфу. А так тыкался там, как слепой котёнок.

Допускать этого больше нельзя. Нужно чёткое разграничение, иначе я увязну так, что и выбираться уже смысла не будет.

С этими мыслями я поставил стакан в мойку и направился спать. Лёг, уставившись в потолок… а сон так и не шёл. Вместо этого в голову лезли тупые и глупые мысли. В какой-то момент я вспомнил слова Жанны о торговце информацией, что каким-то чудом смог выйти из своего дела, да не просто живым, так ещё и семью завести смог.

А потом перепрыгнул на Измайлова. Что он был за человек? Какие у него были стремления в жизни? Какие планы? Чего он хотел до того момента, пока идиотская случайность не привела его на тот проклятый перекрёсток под пули китайцев? Он ведь точно знал о том, что его впереди ждёт свадьба. Будущая жена. Может он строил планы на семейную жизнь?

И что в итоге? А ничего. Пустота.

Сам я мысли о какой-то семье оставил давным-давно. Настолько, что даже точно не мог сказать, в какой именно момент принял решение, что с подобными планами нам не по пути.

Луи всегда говорил, что семья — это просто бремя, которое будет тянуть тебя назад. Гиря с цепью на ноге, от которой никак не выйдет освободиться. Старик никогда не хотел семьи. Я это осознал ещё в первые недели, когда по глупости верил в то, что у меня появился пусть и не родной, но всё-таки отец. Относился он ко мне хорошо, но стоило только заикнуться об это теме, как он моментально свирепел и начинал ругаться так, что краска со стен облезала от трёхэтажных матерных конструкций на смеси французского и русского языков.

Мало кто мог бы поверить, что Луи Лерант, незаконнорожденный сын французского маркиза и дорогой шлюхи станет в конечном итоге одним из самых известных воров в мире.

Но даже если и поверили бы, то уж точно никому бы и в голову не пришло, что он проиграется в карты, когда ставкой будет обучение преемника…

Повернул голову на подушке и посмотрел время на телефоне. Половина третьего утра, а сон так и не шёл. До момента когда мне нужно будет вставать и идти на работу под видом Алексея Измайлова оставалось всего пять с половиной часов.

Глава 14

Следующие два дня прошли в абсолютной и всепоглощающей рутине. Я приходил на работу в девять утра. Показывал пропуск, проходил через охрану. Поднимался на третий этаж, по пути заходя за стаканчиком кофе, после чего шёл к своему столу.

Около девяти тридцати к моему столу подходил Вадим с документами. Определённый мне в помощь сотрудник административного отдела департамента, вероятно, стал лучшим и самым прекрасным, что случилось со мной за последнюю неделю. Такие имелись почти у каждого в управлении. Вон, Романова сейчас как раз сидела со своими и корпела над какими-то бумагами…

— Вот ещё, ваше благородие. Здесь протокол по вашему последнему делу. Нужна ваша подпись и я потом передам его госпоже Романовой, чтобы она тоже подписала…

Да и в целом, как я узнал, момент с девяти тридцати утра до одиннадцати носил у местных лаконичное название «бумажного часа». Почему именно часа, если длился он плюс-минус полтора? А понятия не имею. Видимо, как прилипло, так и называли. В это время прошедшие через собственные процедуры административники приносили в управление кипы бумаг, с которыми требовалось работать уже нам.

А бумажек этих была целая гора.

— Обращение в суд и рекомендации по назначению наказания составите вы, ваше благородие, или…

— Передай его Романовой, Вадим. Она это дело закрывает, а я не хотел бы как-то ошибиться. Опыта у меня ещё немного…

— О, конечно, ваше благородие! Я передам ей. Так, что там дальше…

Тут и обращения, и бесконечные протоколы, и какие-то малопонятные мне аналитические справки вместе с подготовкой обвинительных заключений. Как раз с последним ко мне Вадим и подошёл. Только вот я понятия не имел, что с ними делать и сразу же отфутболил его снова к Романовой.

Через пару минут после этого подошла Марико и поинтересовалась, не хочу ли я поучаствовать в составлении заключения. Тут же получила моё категорическое заявление, что, мол, нет. Не хочу. Как я уже сказал, лавры мне за это дело не нужны. Тем более, что и у самого работы по горло. В качестве доказательства указал ей на всё ещё лежащую на моём столе стопку бумаг, которые предстояло разобрать. В ответ получил удивлённый взгляд и разумный вопрос — а чего я с ними ещё не закончил? Полтора часа уже прошло!

Угу. Может быть потому, что мне приходилось вчитываться в эти документы, дабы иметь хоть примерное представление о том, что вообще попадает ко мне в руки? В отличие от Марико или остальных, кто покончил с этими бумажками ещё до одиннадцати, я с ними сидел уже второй час и меньше их не становилось. Так что сослался на то, что в столице столько бумажной работы у меня не было. Это раз. И я не хочу допустить какую-то ошибку. Это два. В ответ получил странный взгляд со стороны Романовой. На моё счастье она развивать эту тему не стала и просто пошла к себе за стол. Ну и пусть считает меня недалёким в этом плане. Или что столичные совсем зажрались, если даже бумажную работу делать не умеют. Не страшно.

Вся эта возня с документами позволяла мне максимально растянуть время работы и не выглядеть при этом бездельником.

Правда прятать собственное незнание за макулатурой долго я всё равно бы не смог.

— Собирайся, — сказала мне Романова, проходя мимо моего стола, когда я всё ещё копался в документах. — Поехали.

— Куда?

— Куда-куда, — фыркнула она. — В суд. Сегодня предварительное слушание по нашему делу. Ты что? Постановления не получил?

Она вдруг посмотрела на гору документов на моём столе и вздохнула.

— Ладно, неважно. Пошли…

— Езжай одна, — отмахнулся я от столь заманчивого предложения. — У меня ещё работы полно…

— Измайлов! Потом со своими бумажками разберёшься…

— Марико, — перебил я её. — Зачем я там тебе нужен, а? Дело всё равно ведёшь ты. Меня к тебе Нечаев в последний момент закинул. Уверен, что ты справишься и без меня…

— Так это же ты придумал…

— Да ты бы и сама догадалась, — тут же перекрыл я её аргумент. — Там всё было на поверхности. Просто у меня был… ну свежий взгляд или ещё что. Так что давай сама. А я пока с этим закончу.

И указал на свой стол и сидящего рядом со мной Вадима. Ох, как она опять на меня посмотрела… Теперь даже не представляю, какие слухи пойдут. О том, что я ленивый? Да не, вряд ли.

К счастью это сработало и Марико отправилась в суд без меня. А я остался на своём месте, ковыряться в документах и гордо имитировать бурную деятельность. Худшим для меня исходом будет тот, в котором именно меня назначат на какое-то дело. Одного. Вот тогда да. Тогда придётся как-то крутиться, но если повезёт, то я бы этот момент хотел максимально отодвинуть. А до тех пор буду затягивать бумажную работу. Сваливать что-то на Вадима. Как-то изворачиваться.

— Измайлов! Можно тебя на секунду?

Я в тот момент как раз шёл за кофе, когда меня окликнули. Повернув голову, заметил стоящего у одного из столов Нечаева.