Ник Фабер – Обманщик Империи (страница 27)
— Ладно, опустим это, — сказал я. — Плевать мне на этих Лазаревых. Но за каким чёртом Измайловым посылать Алексея в Иркутск, да ещё и женить на…
— Стоп, что⁈ Женить⁈ — воскликнула Жанна. — В каком ещё смысле женить⁈
Зажмурился и мысленно выругался. Оно как-то само собой вырвалось. Я ведь не хотел прямо сейчас говорить. Больше вслух размышлял.
— Эй, ты там живой? Что ты имел в виду, когда сказал «женить»⁈
— Да то и имел, — проворчал я. — Дочь Игнатьева ходит в невестах у Алексея.
Сложно сказать, каких сил мне стоило не начать орать матом, когда я услышал хохот из телефона. Жанна натурально ржала в трубку. Не из-за меня. Скорее из-за абсурда всего происходящего.
— Жанна! Хватит ржать!
— Да я пытаюсь…
— Хреново получается! Я…
— Прости, не сдержалась. Поверить не могу. Свадьба! Тебя! Тебя собираются женить на графской дочке! Господи, какой сюр…
— Да хорош уже! — я натурально начинал злиться. — Мне вообще не смешно! Повезло ещё, что этой девицы нет в городе, иначе нас с ней уже бы свели и…
— Стой! — неожиданно перебила она меня. — Я поняла! Поняла!
— Что ты…
— Я знаю, о каких «особых обстоятельствах» говорил твой Платонов! Свадьба!
Её голос прямо-таки горел энтузиазмом. Вдох. Посчитал про себя десять секунд. Выдох.
— А она тут причём?
— Прости, это моя ошибка. Я ведь видела это ещё тогда, когда ты ехал в Иркутск. Пыталась разобраться, зачем Измайлова направили в Иркутск если он сам из Владивостока…
В общем, если сократить всё, что она мне рассказала, то картинка начинала сходиться. Будущие государственные служащие действительно не могли сами определять место своей службы. Нет, конечно же при достаточно успешной карьере они в конце концов обрастали связями, влиянием и знакомствами, чтобы потом получить должность именно там, где хотели. Но до этого прекрасного периода своей жизни им приходилось служить Империи там, где это требовалось государству.
Но! Как всегда имелось важное «но». Имели место небольшие, скажем так, послабления, ввиду определённых обстоятельств. Как раз одним из них и являлась будущая свадьба. Учитывая, что здесь собирались бракосочетаться дети аристократов, то в вопросе назначения обычно шли навстречу, дабы не разделять будущую семью.
— Это же логично!
— Да я и сам уже вижу, что логично. Они свели вместе Измайлова и… эту, как её…
— Елизавету.
— Да, её самую, чтобы Алексея направили в Иркутск.
— Именно! А поскольку брак пока заключён только в виде договорённости между Измайловым и Игнатьевым, о нём нет официальных документов. Потому я ничего не нашла, когда искала первый раз.
Это да. Но тут же появлялся другой вопрос. Очень простой, только вот ответ на него найти у меня не получалось. И звучал он следующим образом.
— Зачем.
— Что? — переспросила Жанна.
— Я говорю, зачем? Зачем им всё это, Жанн. Получается, что Игнатьев выдаёт свою дочь по договорному браку только ради того, чтобы Измайлова направили в Иркутск. Нахрена?
Я прокрутил в голове свой разговор с графом, но нормального ответа найти так и не смог. Сам граф тогда ничего конкретного не сказал, будучи уверенным в том, что перед ним сидит настоящий Измайлов, который и так всё знает. А сам я настолько не понимал происходящего, что ограничился максимально простыми и односложными ответами, лишь бы не подставиться в собственном неведении.
И всё-таки, что такого важного может тут быть, что Игнатьев, по сути, готов был пожертвовать будущим для своей дочурки, лишь бы посадить Измайлова в нужное кресло?
Немного обдумав эту мысль, я себя одёрнул. А с чего я вообще решил, что он чем-то жертвовал. Измайловы имели вес во Владивостоке. Обеспечены. Плюс, как сказала Жанна, у них существовали дружеские и хорошие связи с этим графским родом. То есть с точки зрения Игнатьева это вполне хорошая партия. Так мало того, ещё и поможет каким-то их личным планам.
Хотя, нет. Не так. Похоже, что именно эти планы и породили решение поженить этих двоих, а не наоборот.
И судя по всему планы эти имели, мягко говоря, мало общего с законом. А в таких делах всегда существовали определённые риски. Если и не переехать на постоянное место жительства в ящик под землю, то как минимум наблюдать следующие годы небо в клеточку.
Так в чём же всё-таки дело?
— Ты уверена, что точно ничего не нашла?
— Да. То есть, нет, не уверена, — отозвалась моя напарница. — Я тебе рассказала всё, что у меня есть.
— И что? Хочешь сказать, что ты на этом успокоишься? Жанна…
— Слушай, давай ты не будешь на меня давить! Окей? Я тут тоже, знаешь ли, не дурью маюсь! Или мне напомнить тебе, сколько мне светит за то, что я влезла в документы СДИ? Минимум десятка! Минимум!
Ну, тут Жанна определенно прибеднялась. Если когда-нибудь всплывёт хотя бы процентов десять всего, что она когда-либо сделала, то там не десять, а скорее сто десять лет светило.
— Ладно, прости. Я знаю, что ты стараешься. Но раз уж сама не нашла, то может есть люди? Из тех, кто занимается торговлей информацией? — предложил я. — У меня есть немного денег на счетах, которые я откладывал…
Говорить об этом было почти физически больно. Знал, сколько стоят услуги подобных товарищей. Если кратко, то очень и очень дорого. Торговля информацией это бизнес, который строился не только на профессионализме, но и на репутации. И чем выше и значительней она была, тем больше ценник. Но в текущих условиях я готов был попрощаться со значительной частью своих накоплений, дабы выбраться из этой ситуации. Залог за участок я практически потерял. Так зачем мне деньги, которые я копил на обустройство будущего дома, если его у меня всё равно не будет?
— Я поищу, конечно, но не ожидай многого.
— Почему? Ты же говорила, что в столице есть хороший торговец…
— Был, — с разочарованием вздохнула Жанна и в её голосе послышалось искреннее разочарование. — Но он больше этим не занимается.
В последних словах она и вовсе поникла.
— Что, мёртв? — предположил я.
— Не, просто вышел из бизнеса.
Этот её ответ мне показал смешным.
— Жанн, с такой работы просто так не уходят. Тут либо в могилу, либо…
— Не, там другая ситуация, — поспешила сказать она. — Жена. Ребёнок.
— Семья, значит?
— Ага. Да и с его связями он действительно покончил с этим делом. Я конечно попробую на него выйти, но не обещаю, что от этого будет какой-то толк.
— Ну хоть так, — посмотрел на уже пустой стакан, в который было налито молоко. Вот любил я его. В приюте ненавидел, там всегда давали какую-то порошковую дрянь, а Луи всегда покупал свежее. С тех пор и пристрастился. — А я пойду отсыпаться. Если что-то найдёшь, то сообщи мне сразу.
— Обязательно.
— Стой! Совсем забыл. Подыщи мне ещё одну квартиру…
— Это ещё зачем? Ты же говорил, что этот титулованный дядька тебе жильё с барского плеча даст.
— Да, но запасная конура никогда не помешает. И продолжай отслеживать мобильник Димы.
— Сделаю…
— Подожди!
— Что ещё?
— Узнай, есть в Иркутске кто-то, специализирующийся по альфарским артефактам.
— Это ещё зачем?
— Просто узнай, хорошо? Если мне предстоит притворяться Измайловым и дальше, то я хочу выяснить про эту чёртову маску всё, что смогу. Явно лишним не будет.
— Хорошо.
И замолчала.