Ник Фабер – Обманщик Империи (страница 19)

— Думаешь, что я сам этого не знаю, — ответил я и ощупал своё лицо. — Нужно ехать на работу.

План простой. Сидеть тихо, не привлекая к себе никакого внимания. Сегодня вторник, значит, до момента, когда наш заказчик должен выйти на связь ещё восемь дней.

И будет очень хорошо, если за это время меня не раскроют, не выследят ублюдки из Завета, я найду Дмитрия, вторую маску и свалю из Иркутска ко всем чертям.

Да, определённо это будет просто прекрасно, если всё внезапно сложиться именно таким образом… но что-то мне слабо в этом верилось.

— Жанна, есть что по Диме или его телефону?

— Нет, прости, но там глухо.

Посидев ещё немного времени и доев бутерброд с чаем, я пошёл одеваться, дабы и дальше играть свою роль прокурора-аристократа.

Дорога много времени не заняла, благо, как это не смешно, но Жанна нашла мне квартиру в каких-то двадцати минутах ходьбы от здания где располагался Департамент. Сейчас она занималась тем, что направляла заявления на перевыпуск банковских карт Измайлова. Весьма своевременно между прочим. Деньги из заначки подходили к концу, а я был не настолько глуп, чтобы рассчитывать на то, что смогу потратить свою первую зарплату.

В этот раз охрану на первом этаже я миновал спокойно и без каких-либо проблем. Просто показал им свой пропуск, прошёл через рамку металлодетектора и всё. Никаких ожиданий, проверок и прочего.

Если бы мне кто-то в прошлом сказал, что я буду столь легко заходить в подобное место, я бы сказал ему направиться прямиком в психоневрологический диспансер и провериться там. Ни один уважающий себя вор не полезет в место подобное этому.

А я, ничего. Беру, да хожу. Как к себе на работу, ага. Каждый раз, как проходил мимо охраны, по спине пробегали мурашки. Ну не должно быть это столь легко. Вот просто не должно быть и всё. Было в этом нечто неправильное.

За всю свою «карьеру» я избегал подобных мест, хотя заказы на них попадались довольно часто. Выкрасть документы. Или пробраться в хранилище улик. По словам старика, лет двадцать назад таких дел было много. Потом стало меньше. Теперь не осталось совсем. Меры безопасности улучшались. Охраны становилось больше. Да и сама по себе перспектива пролезть к людям, которые по идее должны заниматься тем, чтобы усадить тебя на постоянное проживание в помещение два на два метра с маленькой решёткой на окошке, выглядела, мягко говоря, не самой разумной.

Луи всегда говорил мне — глупец крадёт, чтобы жить. Настоящий профессионал живёт, чтобы не украсть то, за что сядет.

Мне всегда эта фраза казалась немного парадоксальной. Ведь, по сути, посадить нас можно было за абсолютно любую кражу. Но, опять же, как говорил мне Луи, когда я подмечал эту несостыковку — есть вещи, которые можно украсть, а есть те, к которым лучше не прикасаться. Даже десятиметровой палкой.

Поднимаясь по лестнице, мне очень захотелось увидеть, как бы выглядело его лицо, если бы он узнал, во что я ввязался. Уверен, что одними подзатыльниками я бы точно не отделался.

Поднялся на третий этаж и свернул по коридору, чтобы зайти в небольшую комнату отдыха, по пути в общий зал. Хотелось перехватить чашку кофе. Ночка выдалась напряженная и спать хотелось неимоверно. А так, хоть немного взбодрюсь. Да и телефон не помешало бы потом на зарядку поставить, а то со всеми этими ночными приключениями по приходу домой забыл это сделать.

— … а ты его уже видел? Мари сказала, что этот какой-то совсем дурной.

Услышав обрывок разговора, я замер у приоткрытой двери.

— Да. Романова сказала, что он тупо весь день просидел у неё в рабочке, уткнувшись в материалы по делу и ничего не делал.

— Он же вроде сын аристократа? А, ну тогда понятно, чего она так бесится.

— Ага, Третьяков ей тогда крови попил знатно. Удивительно, как она не послала Нечаева, когда он ей этого новичка слил.

— Послала, скорее всего, да что толку? Виктор сидит на своём месте, как прилипший. Его оттуда никто не спихнёт. А учитывая, как они поссорились в прошлом месяце…

М-да, а я то рассчитывал, что выглядел с бумагами в руках умно и важно. Правда ведь их читал. И не просто так, между прочим.

Сделав короткий вдох, взялся за ручку двери и резко открыл её, войдя внутрь. Как если бы сейчас совсем не стоял с другой стороны, слушая разговор.

Разумеется, стоило мне только войти, как разговор тут же прервался.

— Доброе утро, — поздоровался я с улыбкой на лице.

— О, доброе, ваше благородие, — весело и на удивление искренне поприветствовал меня один из них. — Ну, как осваиваетесь?

Второй тоже улыбался. Того, что поздоровался со мной первым, к слову, я узнал. Видел его в тот день, когда приходил сюда в пятницу. Он ещё к Платонову обращался, пока мы шли в кабинет.

— Фёдор, да? — уточнил я, тут же протянув ему руку, которую он пожал.

— А, да, — кивнул он и на его лице появилось лёгкое удивление. Видимо не ожидал, что я его запомню.

— Мы вроде виделись в пятницу.

— Да, ваше…

— Да брось, — махнул я рукой. — Давай по фамилии.

Они переглянулись.

— Ну, по фамилии, так по фамилии.

— Ребят, а где у вас кофе?

— Верхний шкафчик справа, — указал второй.

— Спасибо.

Сам я направился к указанному месту и принялся делать себе напиток. В наличии имелся только растворимый, но я просто добавил две ложки. Не то, чтобы я был прямо-таки большим фанатом этого напитка, но от бодрости, что он дарил, отказываться глупо. Или хотя бы от её иллюзии. Так что я щедро залил кипятка в чашку, докинул пару кубиков сахара и попутно слушал болтовню мужчин. Разумеется, что ничего касающегося меня там уже не было. Да и совсем уж глупо было бы ожидать, что они продолжат обсуждение в моём присутствии.

Сделав себе кофе, кивнул им, после чего вышел из комнаты в коридор. Можно, конечно, было остаться и подождать — вдруг продолжат обсуждать, но не думаю. Скорее уж оба будут думать о том, а не слышал ли я их разговор. Подобные мысли заставляют людей быть осторожнее.

Да и в целом, чего ещё я ждал?

Пройдя к своему столу в общем зале, заметил, что меня там уже ждали. Парень лет двадцати пяти. С короткими, каштанового цвета волосами и круглыми очками, которые он постоянно поправлял. Звали его Вадим Лаврентьев. Познакомились мы ещё вчера. Именно про него говорил Нечаев, когда обещал, что мне дадут помощника.

— Доброе утро, Вадим, — поприветствовал я его, подходя к собственному столу.

— Доброе, Алексей Романович…

— Потом поболтаете, — ворвался в наш дуэт третий голос. Женский. — Измайлов, поехали.

Обернувшись, я увидел подошедшую к моему столу Романову. И выглядела она, мягко говоря, нервной.

— Что-то случилось?

— Мне только что позвонили. Ребята из следственного взяли нашего домушника. Его сейчас в следственный везут…

— Отдел? — ляпнул я и сразу понял, что сморозил глупость.

— Изолятор, Измайлов. Ты что? Не выспался что ли?

— Немного.

Марико посмотрела на меня со смесью скепсиса и какого-то странного раздражения, после чего закатила глаза и вздохнула.

— Пошли. Потом свои бумажки обсудите.

— Прости, Вадим, — извиняющимся тоном произнёс я.

— Да ничего страшного, Алексей Романович…

Прихватив с собой стаканчик кофе, я направился следом за Марико. Догнать длинноногую коллегу у меня вышло только стола через три.

— Слушай, я тут кое-что обсудить хотел по этому делу.

— И что же? — ответила она, взяв висящее на спинке кресла пальто, когда проходила мимо своего стола.

— Да по поводу этого дела…

— Давай в машине, — отрезала она.

Ну, в машине, так в машине. По пути быстро в несколько больших глотков проглотил горячий кофе и выкинул стаканчик в мусорку на первом этаже.

А, вообще, странно. Чего она так торопится? Разве есть смысл нестись, как на пожар, когда подозреваемого уже взяли? Ну не убежит же он теперь, ведь так?

Машина Романовой оказалась припаркована недалеко от здания Департамента. Сев на пассажирское кресло, я даже пристегнуться толком не успел, когда она завела двигатель и тронулась с места.

— Мы куда-то торопимся? — поинтересовался я, попутно пытаясь попасть ремнём в замок.

— Да, — чуть ли не сквозь зубы ответила она. — Не хочу, чтобы это дело забрали у меня из-под носа.