Ник Алнек – Зоопарк (страница 6)

– Трой!? Откуда ты взялся?

– Ходил с братом в Зоопарк.

Мышка как-то странно посмотрела на меня, и тут ее взгляд упал на мою стрижку. Присвистнув, она сказала:

– Ого! Ты был у Ханы?

Я молча кивнул головой.

– Тебе хорошо с короткими волосами, – сказала она.

– Спасибо. А ты что здесь делаешь?

– Один знакомый попросил меня послушать, о чем будут говорить выступающие.

Сидевшие рядом люди зашипели на нас.

Прижав палец к губам, Мышка зашептала прямо мне на ухо:

– Это научная конференция.

– Научная? – стараясь говорить, как можно тише переспросил я.

– Да.

С переднего ряда к нам повернулся пожилой мужчина и сделал замечание:

– Не мешайте слушать, – строго сказал он. – Или я на вас пожалуюсь.

Мышка снова прильнула к моему уху и еле слышно произнесла:

– Вечером я загляну к тебе домой, и мы поговорим.

Я кивнул головой и, развалившись в удобном кресле, стал внимательно слушать.

Один из выступавших – мужчина пятидесяти лет с короткими русыми волосами и аккуратно подстриженной бородой, нагнувшись вперед всем корпусом, говорил хорошо поставленным голосом:

– Поймите, после катастрофы в мире расцвели мистицизм и массовые суеверия. Спустя сто лет человечество в своем большинстве стало безграмотным. Вы можете сказать, что нашим родителям было не до учебы – они помогали своим родителям заново строить этот мир. И я соглашусь с вами. Сто лет назад было не до учебы. И восемьдесят тоже. Но почему последующие поколения не блещут знаниями? Спасибо, что хоть нас с вами научили читать, писать и считать. Почему лишь небольшой процент населения мечтает об образовании в университете? Почему большинство предпочитает верить в мистику, чем в науку? Ответ очевиден: мы боимся снова изобрести страшное оружие, из-за которого чуть не погиб весь мир…

Тут его прервала женщина, сидевшая по левую руку выступавшего:

– Ганс, я согласна с тобой в том, что мы боимся снова изобрести бомбу, но не согласна в другом. Вот ты жалуешься, что в школах усеченное образование. А разве тех предметов, что изучают дети, недостаточно для достойной жизни в обществе? Математика, история, язык, география, астрономия, природознание. Этого вполне достаточно, чтобы засеять поле, вырастить урожай, сшить себе одежду…

– Нет, Эльза, – перебил женщину лысый мужчина довольно преклонного возраста. – А если ты заболеешь? Кто будет тебя лечить? Колдуны, травники или врачи? Лично я за расширение образования. Пусть наши дети познают такие дисциплины, как медицина, летное дело, химия, физика, инженерное искусство. И я благодарен небесам, что после катастрофы уцелела хоть какая-то часть компьютерных носителей, в которых мы можем отыскать всю нужную нам информацию. Почему в столице не брезгуют технологиями и образованием?

Эльза, фыркнув, произнесла:

– Пусть так, Берлин. Только помяни мое слово: наши потомки будут благодарны, что мы не подпустили их к химии или физике. Уверена, в нашем городе мы должны запретить какое-либо образование, кроме школьного. А в столице пусть делают, что хотят.

В зале раздались аплодисменты. Женщина улыбнулась и добавила:

– Теперь стоит рассмотреть вопрос, связанный с гаджетами.

– А что с ними не так? – удивился Ганс.

– По ним транслируется всякого рода гадость: мерзкие реалити-шоу, проводят торги людьми, учат сексу и многое другое. Детям доступны платформы, на которые не решаются войти взрослые. Постоянно идет реклама для любителей кибернетической модификации человеческого тела. Впрочем, не только человеческого. Все это тоже ведет к возврату грехов Старого мира. Развращенного мира.

– Но мы не можем запретить людям пользоваться технологиями, – возразил четвертый мужчина, сидевший на сцене. – К примеру, в виртуальном пространстве есть много чего полезного: дистанционный мониторинг здоровья, встреча с любым человеком, прогулка по утраченным местам Старого мира и много прочего.

– Допустим, – поджав губы, произнесла Эльза.

– Вот видите…

– Друзья, – вступил в разговор Ганс, – мы несколько отошли от темы нашей встречи. Изначально мы хотели подискутировать относительно капсулы времени. В последние годы многие обсуждают возможность создания капсулы с помощью ученых, магов и неравнодушных самородков. Перед человечеством стоит огромная задача: вернуться в прошлое и предотвратить катастрофу на нашей планете.

– Это чушь, Ганс, – заявил Берлин. – Хватит носиться с этой безумной идеей неадекватных людей.

– Когда-то я занимался науками и прошу не забывать об этом, – ответил Ганс.

– Вы можете что-то предложить человечеству? – не унимался Берлин.

– Сейчас я в процессе проработки некоторых деталей.

– В таком случае предлагаю разойтись, – заявила Эльза. – А когда Ганс проработает все детали, мы снова соберемся здесь и внимательно его выслушаем. Надеюсь, что к тому времени членов нашей группы станет значительно больше.

И женщина первой покинула зал. За ней следом стали исчезать слушавшие перепалку зрители.

Когда мы с Мышкой остались в зале одни, я поинтересовался:

– И это называется научная конференция?

– Они ностальгируют по прошлому.

– Никогда бы не подумал, что ты будешь слушать нечто подобное. Хотя ты всегда относилась к тем самым одаренным детям, кому стоит продолжать учебу в университете.

Мышка не ответила. Грустно улыбнувшись, она просто исчезла…

Эпизод 4

Мышка сдержала слово и вечером заглянула ко мне домой. Я как раз закончил кормить брата.

– Составишь компанию? – загадочно спросила она.

– Куда пойдем? – поинтересовался я.

– Хочу познакомить тебя кое с кем.

Рим тут же оживился:

– А мне можно с вами?

– Прости, малыш, детям нельзя, – ответила Мышка.

Рим насупился:

– И что я буду делать один? Мама вернется только через два часа.

– Посмотри что-нибудь на планшете, – предложил я.

– Что смотреть, если мама установила родительский контроль?

Я закатил глаза:

– Возьми мой.

– Правда?! – обрадовался Рим. – Здорово! А можно я посмотрю бои без правил?

– Смотри, – великодушно разрешил я…

Подруга привела меня на «Лодочную станцию». Раньше я никогда не бывал в этой части города, но слышал, что в этом месте собрано огромное количество плавучих средств, приспособленных под жилье: яхты, катера, лодки, траулеры и баржи. Когда-то все эти посудины плавали по Средиземному морю, а теперь стояли, припертые со всех сторон металлическими стойками или были вкопаны прямо в песок.

Когда Мышка остановилась около одной из ржавых яхт, я обомлел от ее размеров:

– Ничего себе жилище, – восторженно произнес я. – И кто здесь обитает?

– Один чел, – ответила Мышка.

– Один живет?