Нидейла Нэльте – Пленен и опасен (страница 76)
В груди наливался огненный клубок, хотелось рвать, рычать, грызть. Убивать.
Идиот. Кретин. Хотел как лучше, хотел оставить её в безопасности, даже осознавая, что рядом этот принц!
А выходит, что и не было безопасности… Теперь она будет думать, будто он бросил её. Не пришёл на помощь.
Конечно, записку она не получила. Разумеется, принц повернул всё по-своему. И, возможно, уже убедил её выйти замуж.
А может ещё хуже. Может, ему нужна Эльвин исключительно для того, чтобы шантажировать его, Эрдана. Разве умеют эти принцы любить? Нет, но интриги и политика даются им слишком хорошо.
Что он потребует? Сдать Атавию? Оставить престол Мерсу? Где теперь искать Эльвин? Разве сможет его отряд справиться с воинством Илсанта?
На помощь драконов Аш-Эр-Асана рассчитывать не приходится.
Нет слов, как он себя ненавидел. Казалось, цель уже так близко. Ничто не должно помешать.
Казалось, он всё продумал и непременно вернётся к Эльвин победителем.
А сейчас… зачем этот трон, зачем эта корона, если рядом не будет женщины с шальными глазами, которая действует на него хуже пьянящего эля!
Она никогда не простит его. Но Великий Дракон, пусть только с ней ничего не случится! Потому что тогда он сам себя не простит.
67
Мы мчались, мчались вперёд меж облаков. На какое-то время я выпала из реальности, всё стало неважным, далёким, кроме мгновения здесь и сейчас.
И нашей связи с Вишенкой. Странной, неожиданной, но постоянно крепнущей.
Я видела картины из её жизни и ощущала её эмоции. И только теперь, наверное, поняла, кого имел в виду Аш-Эр-Асан. Кто тот третий дракон.
Ответ был так близко. Вишенка ведь всегда хотела соединиться с человеком. Если бы не запрет Аш-Эра, наверное, давно нашла бы себе кого-то.
Но я радовалась, что она нашла меня. Поняла, ощутила, почему Вишенка улетела: её друг Иш-Асс обрёл своего человека. И она почувствовала себя лишней. Потому отправилась к Ферту, к которому частенько убегала с самого детства. С тех пор, как драконы прогнали его.
А потом услышала Ол-Ис. Айла вернулась домой, наверное, вскоре после того, как Араберг увёз меня. Заподозрила неладное. И они бросились на поиски.
Как же я была им благодарна! Вишенка прилетела от Ферта, Ол-Ис позвала на помощь своих необоротных братьев.
След вёл в Илсант, но они не побоялись.
Выходит… мы слились против воли Аш-Эр-Асана. Жаль, я не хотела его сердить. Снова. Пути назад мне теперь нет. Разве что…
Если мужчины не собираются уничтожать артефакт Гонред, или как там его, если их не интересует ничего, кроме борьбы за власть, значит, я сама отправлюсь на гору Соор-ин! И кстати… а вдруг Ферт сможет помочь нам справиться со шресовыми печатями, которых наплодили там маги?
Не сговариваясь, мы развернулись в нужную сторону. Вишенка подхватила мою мысль, ещё когда я только формулировала её.
Она была такой взбудораженной, так ликовала от свершения своей мечты. В отличие от меня. Для меня это стало полнейшей неожиданностью, и я не представляла, как теперь изменится жизнь.
В Атавии женщины не призывали драконов. Раньше я никогда не задумывалась об этом. Но сейчас… Возможно, пора изменить устаревшие традиции.
А может быть, я просто стану изгоем. Если ещё не стала.
Я нервно хихикнула, но из пасти раздался рык. А от Вишенки пришла тёплая волна.
Наш общий коктейль эмоций бил в голову похлеще самого ядрёного вина.
Мы вместе. Разве не это самое главное? Мы теперь можем справиться со всем! Мы сила.
Правда, моя собственная сила оказалась на исходе. Я готова была рухнуть под первое попавшееся дерево и заснуть. Слишком долгий, тяжёлый день.
Темнело. Длинные косые тени ложились на землю в красно-золотистых лучах. И упирались в серый туман.
Куда мы и влетели под сожаления Вишенки, что не можем снова стать нематериальными. Моя драконица всё ещё боялась тварей, напавших на неё тогда, когда она услышала призыв Эрдана и с присущим ей любопытством бросилась посмотреть, что происходит.
Внутри пронеслись воспоминания, фантомная боль полыхнула на месте ран.
Мы теперь станем сильнее, напомнила я. Мой огонь сольётся с её Пламенем.
Вишенка воспрянула духом.
Не уверена, что мы и правда смогли бы сразиться с тварями в нашем нынешнем состоянии. Но нам повезло. Нам предстояло пролететь совсем небольшой отросток Бесцветных земель, щупальце, выпущенное в сторону Соор-инской гряды.
Вишенка так и норовила раствориться — у меня аж в глазах темнело, когда она пыталась это сделать. Тварей мы привлечь не успели — так быстро промчались. Или их привлёк кто-то другой…
Перед глазами мелькнул Эрдан. Сейчас он для Атавии незаменим. Защитник, истинный наследник. У него наверняка всё получится. И с тварями он легко управится.
Вздохнув, я огляделась, куда это мы вырвались. Эрдан говорил, что мастер Ферт отправился к своему другу-отшельнику. И в воспоминаниях Вишенки мелькал старый деревянный домик, затерянный в лесу у подножий.
Туда мы и летели. Острый драконий глаз видел всё совсем иначе, чем человеческий. Выхватывал бегущую внизу косулю, до мельчайших подробностей деревья, прогалины. Камни на дне ручья. Мы замечали всё, что двигалось. В нос били запахи — лишь благодаря Вишенке мне удавалось различать их.
И заметить меж деревьями постройку ещё издалека.
Старик Ферт колол дрова, когда мы пошли на снижение. Приставил руку козырьком к глазам, заметив нас. Разглядел, приветственно помахал.
Только тогда я сообразила, что на мне ничего нет. Платье вместе со всем остальным упало на землю там, в далёком Илсанте. И за Вишенку я не спрячусь: она ведь исчезнет, сделается нематериальной, если вперёд выйдет моя людская ипостась?
Вишенка разделила мою панику, хотя, наверное, не должна была её понимать. Драконы нарядов не носят. Но мы же девочки…
В итоге, не меняя ипостаси, мы приземлились перед мастером Фертом и уставились на него огромными глазами.
— Что, моя хорошая? — потрепал он нас по морде.
После чуть нахмурился, присматриваясь, будто что-то чувствуя.
Мы послали ему образ одежды. Той самой рубахи, которую старик пожертвовал мне в качестве пеньюара ещё у себя в скале.
Это было… странно. Печати в голове драконицы словно превращались в мысле-образы, несли особый смысл, который мне пока сложно было перевести на людской язык.
Брови мастера Ферта удивлённо поднялись. После в глазах мелькнуло понимание. Недоверчиво прицокнув, он направился в дом. И всё продолжал изумлённо покачивать головой.
Домик оказался небольшой, но очень милый. Словно мост, переброшенный через ручей. Вокруг шла галерея-веранда, под которой в сухих местах хранились дрова. На перилах висели шкуры.
Пока я с интересом осматривалась, Ферт снова появился на пороге. В руках держал рубаху — не ту самую, но тоже старую, застиранную. Светлую льняную, без пуговиц впереди — лишь с завязками на воротнике и рукавах.
Оставил её на перилах, похлопал рукой и, улыбнувшись, вернулся в дом.
Мы с Вишенкой замешкались, потоптались на месте, не зная, как нужно обращаться. После она сообразила раствориться, сделаться нематериальной.
Покачнувшись из-за смены объёмов и центра тяжести, я попыталась шагнуть вперёд, не удержалась и свалилась на землю.
Огляделась. Слава Великому Дракону, здесь не было никого, кто мог бы посмеяться надо мной, и, проворно вскочив, я бросилась к рубахе.
Поскорее нырнула в неё, поправила, завязала и осторожно постучалась.
— Заходи! — раздалось изнутри.
Я толкнула дверь, та легко поддалась. В доме было всего две комнаты: большая кухня налево и гостиная направо, как раз над ручьём.
Окна затемняли зелёные листья деревьев, умиротворяюще журчала вода.
Старики собрались в кухне, что-то готовили в глиняной печи. Носа коснулся запах запеченного мяса, приправленного ароматными травами.
— Эльвин! — обрадовался Ферт. — Заходи! Это мой старый друг Шааб. Мы с ним ещё учились вместе, представляешь, древность какая?
Старик засмеялся, и я тоже улыбнулась. Мастер Шааб выглядел ещё старше Ферта, но взгляд оставался острым, настороженным.
— А это Эльвин. Э… наша будущая королева, надо понимать, — лукаво усмехнулся Ферт.