Нейтон Патчер – Утилизатор: Кладбище Дредноутов (страница 14)

Но погреб хранил не только это.

Оглядевшись по сторонам, Захар заметил в дальнем конце платформы приоткрытую бронированную дверь с красной полосой поперек полотна — пост дежурного офицера арсенала и караульное помещение команды заряжания.

Если дроны снаружи все еще пробивали технический лаз 12-Бис, то времени у него оставалось не так много. Рано или поздно они вызовут подкрепление или инженерных ботов-вскрывателей с тяжелыми плазменными резаками. Нужно было забрать самое ценное и найти путь к отходу — аварийную шахту перезарядки или транспортный туннель, по которому ракеты подавались на орудийную палубу дредноута.

Держа монтировку наготове, Захар зашагал по платформе к караульному помещению. Подошвы мерно отщелкивали шаг: маг-вкл, маг-выкл. В мертвом корабле каждый шаг отдавался глухим эхом в корпусе скафандра, напоминая о том, что человек здесь — лишь хрупкая песчинка органики среди сотен тысяч тонн мертвого, безжалостного железа.

Дверь поста была заблокирована в полуоткрытом положении массивной балкой аварийного упора. Заглянув внутрь, луч налобного фонаря выхватил интерьер, застывший в вечности.

Терминалы управления с потухшими экранами из толстого бронестекла. Кресло оператора с обрывками ремней безопасности. И два скафандра.

Они не были разорваны или повреждены. Древние офицеры арсенала так и остались на своих боевых постах, пристегнутые к креслам. Их легкие боевые скафандры флота серии «Штурм-Гвардия» сохранили герметичность, но время взяло свое: генераторы жизнеобеспечения исчерпали ресурс столетия назад, и тела внутри превратились в иссушенные, промороженные до абсолютного нуля мумии, скрытые под непроницаемыми зеркальными забралами шлемов.

Захар на секунду замер, опустив голову. Профессиональная этика утилизаторов запрещала глумиться над останками павших солдат. Но мародерство и утилизация на Фронтире шли рука об руку — граница между ними была тоньше лезвия мономолекулярного ножа.

На поясе одного из офицеров тускло блеснула кобура из прессованного кевлара.

Захар приблизился, аккуратно ступая по захламленному полу каюты. В невесомости вокруг него плавали мелкие обломки: пластиковые стилусы, замерзшие кристаллы какой-то жидкости, фрагменты разрушенных переносных экранов.

Его пальцы коснулись застежки кобуры. Липучка за века превратилась в труху и разошлась без сопротивления.

Из кобуры на ладонь Захара скользнул тяжелый, хищный предмет.

[Обнаружен предмет: Тяжелый офицерский плазменный пистолет «Палач-У» (Флотский спецзаказ).]

[Состояние: Идеальное (Оружие законсервировано в вакууме).]

[Характеристики:

— Урон энергетический: 180–240 ед.

— Пробитие брони: 65 мм эквивалента гомогенной стали.

— Емкость встроенного плазменного картриджа: 12 выстрелов (Текущий заряд: 100%).

— Особенности: Встроенный коллиматорный прицел с интеграцией в нейросеть / тактический дисплей скафандра.]

[Требования: Сила 12, Ловкость 10, Навык «Энергетическое оружие» не ниже 5.]

— Вот это трофей… — выдохнул Захар, чувствуя приятную тяжесть полимерной рукояти. Пистолет лег в перчатку как влитой. Предохранитель мягко щелкнул, и на крошечном боковом дисплее оружия вспыхнула изумрудная точка: картридж был полон, батарея удерживала заряд благодаря тритиевым элементам сверхдлительного распада.

С таким аргументом в руках встреча с охранными дронами переставала быть игрой в одни ворота.

Рядом, в стенной нише, Захар обнаружил металлический сейф с эмблемой интендантской службы Флота. Электронный замок был мертв, но для утилизатора с плазмотроном и монтировкой это не представляло серьезной преграды.

Через три минуты аккуратной работы с замковым ригелем крышка сейфа с металлическим скрежетом распахнулась.

Внутри лежали аккуратные пластиковые контейнеры с заводскими пломбами:

[Найдено имущество интендантской службы:

1. Армейские стимуляторы «Второе дыхание» (Регенерация выносливости, снятие болевого шока) х3.

2. Запасные энергоячейки высокой емкости для армейских скафандров (Тип «Квазар-М», емкость 50 000 мАч) х4.

3. Инженерный планшет офицера арт-батареи с полными кодами доступа к подъемникам боезапаса.]

Захар схватил инженерный планшет. Это был главный ключ к спасению. Подключив диагностический кабель своего скафандра к универсальному порту планшета, он активировал протокол считывания данных.

Экран его шлема мигнул, перестраивая тактическую карту.

[Синхронизация данных с офицерского планшета… 100%!]

[Разблокированы схемы транспортных шахт артиллерийской батареи №3!]

[Обнаружен маршрут эвакуации: Главный вертикальный элеватор подачи ракет №2.]

[Статус элеватора: Шахта открыта, подъемная платформа находится на уровне внешней орудийной палубы. Наличие аварийной лестницы: Да.]

Выход был. Не нужно возвращаться назад, в узкую мышеловку кабельного коллектора, где его поджидали взбешенные дроны. Шахта элеватора вела прямо на верхнюю палубу, к разрушенным орудийным башням. А оттуда, через пробоины в броневом поясе дредноута, открывался прямой путь в открытый космос — туда, где среди обломков погибшей эскадры, в тени колоссального двигательного пилона, был припрятан его верный разведывательный челнок «Бродяга».

В этот момент переборка караульного помещения содрогнулась от чудовищного удара.

В зале арсенала, за пределами каюты, вспыхнули багровые огни аварийных маяков. Механический, синтезированный голос корабельной системы безопасности, скрипучий и искаженный помехами веков, разорвал радиоэфир на общей частоте:

[Внимание! Зафиксировано несанкционированное проникновение в зону хранения стратегического боезапаса!]

[Активация тяжелого турельного комплекса защиты периметра через 30… 29… 28 секунд…]

[Авторизуйтесь или покиньте сектор!]

Со стороны потолка зала, с высоты сорока метров, раздался тяжелый гул оживающих сервомоторов. Исполинские спаренные автопушки турели, дремавшие в потолочных нишах, медленно опускали свои многометровые стволы, беря на прицел технологические платформы.

Захар загнал новенький «Палач-У» в набедренную кобуру, подхватил контейнеры с добычей и рванул к люку грузового элеватора.

— Спасибо за гостеприимство, командиры, — оскалился он, вбивая магнитные подошвы в настил и устремляясь в спасительную черноту вертикальной шахты. — Но утилизаторы здесь не задерживаются!

Глава только начиналась, а настоящая охота за сокровищами «Молота Громовержца» обещала стать самой прибыльной и самой опасной в его жизни.

Глава 5. Глава 5

Тяжелый взрывозащитный люк вертикального элеватора захлопнулся за спиной Захара с глухим, сдавленным скрежетом гидравлики. Буквально через долю секунды внешняя переборка содрогнулась от такой силы удара, что металл заскрипел, а вибрация прошла сквозь подошвы скафандра прямо в кости, отдаваясь противным звоном в зубах.

Тяжелая турель на потолке арсенала успела сделать первый залп. Многометровые спаренные стволы выплюнули сгустки кинетической смерти, превращая бронированную дверь в оплавленное решето, но Захар уже был вне сектора их обстрела.

В интерфейсе шлема скафандра «Гефест-М» тревожно запульсировали системные сообщения, сменяя друг друга с лихорадочной скоростью:

[Внимание! Зафиксирован высокоэнергетический удар по внешнему контуру шлюзового люка.]

[Уровень шума: 114 дБ (компенсирован аудиофильтрами скафандра).]

[Статус герметичности транспортной шахты: Аварийный. Давление атмосферы: 0.00 атм. Полный вакуум.]

[Система жизнеобеспечения переведена на замкнутый автономный цикл.]

[Запас кислородной смеси: 84% (остаток времени: 04 ч. 12 мин.).]

[Заряд силовых ячеек экзоскелета: 71%. Режим сервоприводов: Стандартный / Разгрузка несущей рамы.]

Захар тяжело выдохнул, чувствуя, как по виску стекает капля пота. В замкнутом объеме шлема пахло сухим кондиционированным озоном, синтетическим сукном термобелья и застарелым металлическим перегаром. Обычные запахи утилизатора, живущего в железе неделями.

Он зафиксировал магнитные захваты набедренных контейнеров, проверяя, плотно ли сидит в кобуре трофейный армейский крупнокалиберный пистолет «Палач-У». Тяжелая пушка приятно оттягивала правое бедро. Сталь оружейного сплава, заводская смазка вековой давности и нетронутый ресурс — на черном рынке такой артефакт древней войны оторвут с руками вместе с патронами. Но сейчас главным было другое: вытащить свою шкуру и всю набитую добычу на борт «Бродяги».

Захар включил нашлемные прожекторы.

Два мощных галогеновых луча рассекли абсолютную, первозданную тьму вертикального тоннеля.

Масштабы поражали воображение. Главный вертикальный элеватор подачи ракет №2 представлял собой колоссальную шахту правильного восьмиугольного сечения диаметром добрых пятнадцать метров. Она уходила вертикально вверх, пронзая титановый хребет линкора сквозь шесть броневых палуб прямо к внешним артиллерийским казематам. Вдоль ребристых стен, покрытых толстым слоем тысячелетней космической пыли и окалины, тянулись зубчатые рельсы магнитной катапульты и толстые пучки обесточенных силовых шин толщиной в человеческое туловище.

[Активирован модуль пространственного сканирования «Старатель v.4.12»]

[Расстояние до верхнего среза шахты (орудийная палуба №3): 186.4 метра.]

[Гравитация: 0.02 g (остаточный микрогравитационный фон дрейфующего корпуса).]

[Температура среды: -164°C.]