Нейтон Патчер – Тяжеловес: Горизонт Событий (страница 2)
— Глеб, осторожнее, — тихо предупредила Вероника, непроизвольно положив ладонь на рукоять лука. — Мой монокуляр сходит с ума. Вокруг этого ядра искривление метрики пространства достигает критических значений.
— Все нормально, — спокойно произнес Глеб. — Я чувствую его структуру. Это не магия. Это чистая физика сверхплотных состояний.
Громов протянул обнаженную ладонь к парящей черной сфере.
В тот же миг воздух между его пальцами и ядром сгустился до плотности густого моторного масла. Пространство дрогнуло. Фиолетовые прожилки на сфере вспыхнули ослепительным пламенем, и низкий гул ядра внезапно перешел в чистый, вибрирующий гармонический тон — словно зазвучал гигантский камертон, отлитый из звездного железа.
[Системное уведомление: Установлен прямой контакт с Реликтовым Ядром!]
[Резонанс гравитационных частот: 100%]
[Инициирован процесс гармонизации скрытой массы персонажа и реликтовой матрицы!]
[Входящий гравитационный импульс: 48 000 000 Дж. Конвертация в эквивалентную массу: +480 тонн!]
[Текущая эквивалентная масса персонажа: 14 980 тонн!]
Тело Глеба окутало густое, маслянисто-черное марево.
Под его сапогами гранитные плиты бастиона покрылись паутиной микротрещин, но сам Громов даже не покачнулся. Напротив, в его глазах вспыхнул холодный, расчетливый огонь металлурга, увидевшего идеальный технологический процесс. Энергия, дремавшая в древнем ядре миллионы лет, не пыталась разорвать его плоть — она искала русло, искала сосуд, способный выдержать ее колоссальное давление. И нашла его в человеке, чья воля была закалена жаром мартеновских печей и сотнями тонн принятого на щит урона.
— Невероятно... — прошептал Денис, завороженно глядя на показатели на наручном диагностическом терминале. — Он не разрушает ядро. Он замыкает его силовые линии на собственную ауру! Глеб, твоя кристаллическая решетка перестраивается!
— Смотрите на свет! — внезапно выкрикнула Вероника, отступая на шаг назад.
На вершине бастиона происходило нечто, противоречащее базовым законам оптики видимого мира.
Солнечные лучи, падавшие на плечи и нагрудник Глеба, больше не отражались от полированной стали и не создавали привычных бликов. Они плавно огибали его фигуру по плавным дугам, закручиваясь в спирали вокруг массивных наплечников. Контуры тела Громова стали размываться, словно он превратился в черную дыру человеческого роста, окруженную тончайшим, радужно светящимся ореолом.
— Оптическое преломление... — хрипло произнес Глеб, вслушиваясь в новые ощущения в собственном теле. — Гравитационное линзирование. Масса настолько велика, что фотоны искривляют свои траектории в непосредственной близости от брони.
— Ты невидим? — ошарашенно спросил Денис.
— Нет. Я — поглотитель, — Глеб сжал кулак, и радужное кольцо вокруг его предплечья сжалось в ослепительно яркую точку, после чего с глухим хлопком схлопнулось. — Любой направленный луч света, лазер или фотонный сгусток магии будет затянут в гравитационную воронку и рассеян до того, как коснется металла. Денис, это не просто броня. Это горизонт событий в миниатюре.
[Открыт новый эффект пассивного навыка «Гравитационный Ореол»: «Оптическое и Энергетическое Линзирование»!]
[Снижение урона от лучевого и энергетического оружия: 45%]
[Коэффициент поглощения электромагнитных импульсов: 70%]
[Шанс полного отклонения высокоскоростных снарядов по касательной траектории: 25%]
Вероника опустила лук, но напряжение на ее лице не исчезло. Напротив, она резко вскинула голову, прижимая ладонь к гарнитуре сенсорного монокуляра.
— Глеб... Прекрати тест. Быстро!
— Что случилось? — Громов разомкнул контакт с ядром. Черная сфера с тихим щелчком вернулась в исходное положение между демпферами, а искривление пространства вокруг его доспехов плавно сошло на нет.
— Твоя вспышка гравитации... Она сработала как маяк в абсолютной темноте, — голос девушки дрогнул, чего с ней не случалось со времен битвы за Железный Каньон. — В верхних слоях стратосферы. Те возмущения, о которых я говорила... Они синхронизировались.
Глеб мгновенно подошел к краю парапета и поднял взгляд к небу.
Небо над Базальтовой Гаванью оставалось ясным, но теперь даже невооруженным глазом можно было заметить странные аномалии. Высоко в зените, на границе с открытым космосом, лазурный цвет атмосферы начал выцветать, приобретая зловещий, мертвенно-пепельный оттенок. Облака, мирно плывшие над хребтом, внезапно замерли, а затем начали выстраиваться в правильные концентрические кольца — так ведет себя вода на поверхности пруда, когда в глубине просыпается нечто чудовищное.
Затем пришел звук.
Это не был гром или грохот обвала. Это был низкочастотный, всепроникающий гул, от которого задрожали кости, а глубоко под землей тревожно взвыли аварийные сирены геотермальных комплексов Гавани. Птицы, гнездившиеся в расселинах скал, с диким криком сорвались с карнизов и тысячами бросились вниз, в глубокие ущелья, пытаясь спрятаться от невидимой угрозы, нависшей над миром.
[Внимание! Зафиксировано глобальное возмущение гравитационного поля планеты!]
[Источник: Геостационарная орбита сектора 7]
[Класс угрозы: Экзистенциальный (Космический масштаб)]
[Тензор кривизны пространства превышает критический порог в 400 раз!]
Денис судорожно бросился к контейнеру, защелкнул крышку и активировал защитные контуры. Его лицо побелело, а руки в тяжелых рукавицах мелко подрагивали.
— Мать честная... Глеб, что это за чертовщина? Это не может быть Люциан, мы лично размазали его цитадель по камням!
— Это не Люциан, — тихо, но отчетливо произнес Глеб. Его пальцы привычно и крепко легли на рукоять «Монолита», вогнав нижний край щита еще глубже в треснувший гранит. — Люциан был всего лишь мелким наместником, воровавшим крохи древних технологий. Настоящие хозяева этих игрушек наконец заметили, что их сторожевой пес перестал выходить на связь.
— Совет Архитекторов... — выдохнула Вероника, и ее пальцы на тетиве лука побелели от напряжения. — Легенды не врали. Они действительно существуют. И они пришли зачистить сектор.
В вышине, прямо над Базальтовой Гаванью, ультрамариновая синева небес треснула. Ослепительная, безжалостная вспышка разорвала стратосферу, знаменуя начало новой войны, в которой камни и сталь должны были столкнуться с абсолютной мощью космического диктата.
ГЛАВА 02. ОРБИТАЛЬНАЯ ТРЕВОГА
Небо над хребтом Железных Клыков не просто потемнело — оно раскололось, словно перекаленный лист высоколегированной броневой стали под многотонным гидравлическим прессом.
Сначала по лазурному куполу стратосферы побежали ослепительно белые, ветвящиеся трещины черенковского излучения. Воздух на километровой высоте мгновенно наполнился резким, царапающим горло запахом паленой изоляции, озона и перегретого газа. Затем, с чудовищным звуком, напоминающим одновременный скрежет сотен сталкивающихся тектонических плит, ткань пространства надо всей провинцией разорвалась на пять колоссальных геометрических секторов.
Из пылающих гиперпространственных разломов медленно начали выползать они.
Боевые дредноуты Высшего Совета Архитекторов.
Их было пять. Пять исполинских боевых кораблей класса «Архимед», каждый длиной более четырех километров. Их корпусы, начисто лишенные каких-либо обтекаемых или аэродинамических форм, представляли собой строгие многогранники из матово-серого зеркального композита, не дававшего ни единого солнечного блика. Сама геометрия этих левиафанов отрицала природу: идеальные прямые углы, срезанные фаски плоскостей и абсолютная, математически выверенная симметрия. По граням скользили тонкие нити лазурной энергии, а на плоских носовых срезах зияли черные колодцы тяжелых рельсотронных орудий — калибра, способного пробивать континентальные литосферные плиты до жидкой магмы.
Они заняли расчетную геостационарную орбиту прямо над Базальтовой Гаванью. Солнце, только что поднявшееся над зазубренным гребнем хребта, оказалось намертво перекрыто исполинской тенью флагмана. На весь базальтовый каньон опустились мертвенные, ледяные сумерки.
В тот же миг персональный интерфейс каждого разумного жителя сектора запылал кроваво-красными строками системных предупреждений:
[Внимание! Зафиксировано прямое вмешательство Высшей Управляющей Корпорации!]
[Сектор 7 официально объявлен зоной критического системного сбоя и карантина нулевого уровня!]
[Суверенный статус самоуправляемой Базальтовой Гавани аннулирован декретом Высшего Совета Архитекторов!]
[Активирован протокол глобальной принудительной синхронизации физического движка!]
Базальтовая Гавань замерла в ледяном оцепенении. Звон тяжелых кирок на нижних жилых ярусах оборвался. Пневматические молоты кузниц смолкли, выпустив в воздух шипящие струи пара. Рабочие, торговцы, ремесленники и бойцы территориального ополчения десятками тысяч высыпали на открытые смотровые террасы, в шоке задирая головы к чудовищным стальным островам, нависшим в зените.
В воздухе повисла звенящая тишина, прерываемая лишь надрывным, монотонным воем аварийных сирен, установленных на сторожевых башнях еще во времена первой осады синдиката.
Вероника медленно опустила свой составной лук. Ее лицо в сгустившемся полумраке казалось высеченным из мрамора. Сенсорный монокуляр, подключенный к ее зрительному нерву, непрерывно проецировал на сетчатку правого глаза бесконечные каскады расчетных телеметрических данных: