Нейтон Патчер – Нейро-Алхимик: Абсолютный Синтез (страница 4)

Раздался оглушительный треск, похожий на залп батареи тяжелых орудий.

Монолитная скала треснула по естественным кристаллографическим плоскостям. Десятки тонн острейших кварцевых глыб, раскаленных докрасна, с ревом обрушились вниз, прямо на головы замерших Аудиторов.

Сенсоры Инквизиторов среагировали мгновенно. Их глефы закружились, создавая защитные щиты декомпиляции:

[Уничтожение падающего объекта... Уничтожение...]

Они успели стереть в труху первые пять валунов. Но физическая масса обвала была слишком велика для их вычислительных потоков. Шестидесятитонная масса раскаленной породы просто раздавила их защитные экраны грубой кинетической силой. Системные щиты захлебнулись, не успевая обрабатывать тысячи отдельных осколков, падающих под действием гравитационного движка сервера.

Раздался металлический визг, треск сминаемого композита и глухой грохот обрушения.

Пещеру заволокло густой белой пылью и кварцевой крошкой.

— Кира, ледяные сети, сейчас! — выкрикнул Артур, сквозь пелену пыли заметив, как среди обломков зашевелились серебристые силуэты.

Кира среагировала безупречно. Вместо стандартных стрел она вскинула портативный ручной гарпун, заряженный зачарованным ледяным тросом из жил полярного кракена. Стальной крюк вонзился в завал, и морозная магия мгновенно связала раскаленные обломки и поврежденные тела Инквизиторов в монолитный ледяной кокон, замедляя их системные таймеры восстановления.

Артур бросился вперед.

Двое ведомых Аудиторов были полностью раздавлены многотонными глыбами — их полированные торсы превратились в сплющенные листы металла, сквозь которые сочилась синяя светящаяся жидкость — машинный эфир. Их индикаторы жизни мигали на нуле:

[Аудитор-02: Критическое повреждение структуры. Инициализация самоликвидации...] [Аудитор-03: Критическое повреждение структуры...]

Но ведущий Аудитор был еще жив. Его нижняя половина тела была погребена под пятитонным кристаллом кварца, левая рука оторвана, зеркальная маска расколота надвое. Однако в его уцелевшем манипуляторе все еще слабо мерцало лезвие глефы, а из разорванной груди било ослепительное бело-голубое пламя обнаженного логического процессора.

— Обнаружен... обходной маневр... через косвенное кинетическое воздействие... — хрипел динамик Инквизитора, модулируя механический голос. — Ошибка занесена в реестр... Корректирующий патч будет отправлен... на центральный сервер...

— Не будет, — холодно произнес Артур.

Он опустился на одно колено перед поверженным конструктом. Его правая рука, затянутая в перчатку из драконьей кожи, легла прямо на пульсирующий вычислительный узел Инквизитора.

[Внимание: Попытка прямого контакта с системным артефактом класса «Ядро Архитектуры».] [Опасность поражения логическим током!]

Артур проигнорировал предупреждение. Перед его внутренним взором развернулась сложнейшая матрица связей — не просто программный код, а физико-магическая структура, скреплявшая этот искусственный конструкт.

Это не было обычной материей. В основе ядра Инквизитора лежал чистый, структурированный эфир — фундаментальная энергия мира «Элизиума», загнанная создателями в жесткие математические рамки формул и запретов.

— Вот как вы устроены, — прошептал Артур, и его зрачки сузились, сканируя бегущие цепочки данных. — Вы не создаете энергию. Вы лишь ограничиваете ее. Вы берете дикий первородный эфир мира и принудительно упаковываете его в таблицы стандартных элементов: медь, железо, лечебная мазь, огненный шар... И все, что не влезает в вашу примитивную таблицу, вы объявляете ошибкой.

— Мы... порядок... — захрипел конструкт, пытаясь дотянуться обрубком руки до лица Артура. — Без реестра... мир утонет в хаосе нестабильности...

— Без вашего реестра мир наконец-то станет настоящим, — отрезал Артур.

Он активировал свой ключевой навык, направив импульс не на распад химических связей, а на разрушение информационной оболочки ядра:

[Применен навык: Молекулярный Распад — Деструкция Логической Матрицы.] [Затрачено маны: 3 500 единиц.]

Раздался тонкий хрустальный звон. Защитный контур ядра раскололся, словно яичная скорлупа. Серебряный металл Инквизитора мгновенно потерял свой неземной блеск, став тусклым, пористым шлаком. А в руке Артура остался лежать сияющий пульсирующий кристалл размером с грецкий орех, переливающийся всеми мыслимыми и немыслимыми оттенками спектра.

[Получен уникальный трофей: «Первичное Логическое Ядро Аудитора Архитектуры» (Качество: Мифическое / Исходный Код).] [Свойства: Содержит неформатированный первородный эфир высокой плотности. Внимание: Предмет не имеет системной цены и не может быть продан NPC-торговцам.]

Кира подошла ближе, тяжело опираясь на лук, и заглянула через плечо Артура. Ее дыхание перехватило:

— Что это такое?

— Это сырье, Кира, — Артур поднял кристалл на уровень глаз. Внутри прозрачных граней бушевала первозданная буря чистого света, еще не знавшего никаких законов физики или игровых ограничений. — Это ответ на вопрос, как победить «Гелиос» и его «Чистый Код».

Он поднялся на ноги и повернулся к глубинам грота, где в полумраке мерцал сапфировый октаэдр его квантового ретортера.

— Они думают, что победили, потому что стерли стандартные зелья из инвентарей игроков. Но они сами принесли нам ключ к следующей ступени эволюции. До сих пор вся алхимия этого мира топталась на одном месте: мы смешивали готовые ингредиенты, подчиняясь таблицам Системы. Трава маны плюс дистиллированная вода равно зелье маны. А если попытаться сделать что-то сверх меры — получаем бан или пепел.

Артур сжал ядро в кулаке, чувствуя, как сквозь перчатку пробивается чистая, ничем не скованная мощь.

— Но если взять первородный эфир прямо из ядер их Инквизиторов и пропустить его через квантовый ретортер под давлением магматического горна... мы сможем синтезировать субстанции, которых никогда не было в проекте «Элизиума». Вещества с отрицательной плотностью. Материю, которая падает вверх. Энергию, которая не подчиняется системным скриптам урона.

Кира посмотрела на растерзанные обломки трех элитных конструктов шестьдесят восьмого уровня, затем снова на Артура.

— Ты собираешься объявить войну самой Архитектуре сервера?

— Нет, — Артур холодно усмехнулся, пряча ядро в герметичный контейнер. — Войну объявили они, когда ворвались в мою мастерскую в Аэросе. А я ученый, Кира. Моя задача — провести фундаментальный эксперимент и доказать, что законы природы всегда сильнее любых искусственных алгоритмов.

Он повернулся к выходу из пещеры, где над кипящим кратером Магма-Прайма вставало багровое, тяжелое солнце нового дня.

— Готовь ретортер к развертыванию. Сегодня мы начнем синтез Первородного Эфира. И пусть «Гелиос» подавится своим чистым кодом.

Глава 03. Синтез Первородного Эфира

Глубокий гул, исходивший из недр вулкана Магма-Прайм, отдавался в подошвах сапог ритмичной, размеренной дрожью. Здесь, на узком базальтовом выступе над бушующим морем жидкого рубина, температура воздуха колебалась у отметки в семьдесят пять градусов. Любой неподготовленный игрок без зачарованного снаряжения получил бы здесь фатальный тепловой удар за пару минут, но Артур Клайн чувствовал себя в этой стихии как в родной лаборатории.

В центре расчищенной площадки грота возвышался развернутый из сапфирового октаэдра квантовый ретортер.

Его массивный корпус из метеоритного железа тускло поблескивал в багровых отблесках кипящей лавы. Десятки тончайших хрустальных капилляров, охватывающих центральную сферу из синтезированного адамантитового стекла, были подключены напрямую к термальным коллекторам — самодельным зондам из жаропрочного титана, опущенным в бурлящий лавовый желоб. Вулкан служил гигантской природной динамо-машиной, поставляя тераватты концентрированной тепловой энергии, необходимой для того, чтобы взломать жесткую субатомную решетку виртуальной материи.

Кира сидела на ящике с огнеупорными инструментами, аккуратно затачивая наконечники стрел алмазным бруском. Ее чуткие уши улавливали малейшие шорохи остывающего шлака, а взгляд то и дело возвращался к герметичному свинцовому контейнеру, где покоилось трофейное ядро Аудитора Архитектуры.

— Ты уверен, что эта штука не сдетонирует? — негромко спросила она, перекрывая глухой рев лавовых гейзеров на дне кальдеры. — Системные ядра не предназначены для того, чтобы их кипятили в ретортах. Когда мы сбивали боссов в рейдах «Олимпа», их ядра просто растворялись в луте в виде готовых сфер опыта или камней усиления. Никто в здравом уме никогда не пытался содрать с них защитный код и использовать как первичное химическое сырье.

— Никто не пытался, потому что игроки привыкли мыслить рамками готовых интерфейсов и подсказок разработчиков, — ответил Артур, тщательно калибруя оптические линзы квантовой камеры и выверяя угол преломления лазерных призм. — Обычный игрок видит выпавший предмет и нажимает кнопку в меню. Но движок «Элизиума» изначально построен на глубокой физико-математической эмуляции квантовой реальности. Создатели игры взяли за основу строгие уравнения термодинамики и квантовой электродинамики, а затем натянули сверху декоративный купол из уровней, классов и цветных полосок здоровья.

Артур коснулся пальцами сенсорной панели, разворачивая в воздухе объемную голографическую проекцию трофейного кристалла: