Нейтон Патчер – Нейро-Алхимик: Абсолютный Синтез (страница 6)

— Она действительно падает вверх... Но, Артур, как именно эта ртуть поможет нам в битве? Инквизиторы не остановятся. Когда они поймут, что отряд Аудиторов уничтожен, сюда явятся боевые манипулы с осадными орудиями.

— Эта субстанция — наше абсолютное тактическое превосходство, — Артур мягко улыбнулся. — Кира, принеси сюда самую тяжелую деталь нашего походного лагеря.

Девушка недоуменно вскинула бровь, подошла к дальнему ящику с кузнечным инструментом и с глухим кряхтением выволокла на середину площадки монолитную наковальню из вороненой стали. Металл ударился о базальтовый пол с тяжелым гулом, высекая снопы искр.

— Триста двадцать килограммов зачарованного титан-железа, — сказала она, утирая пот со лба. — Мы с трудом загрузили ее в пространственный мешок в Аэросе.

Артур подошел к наковальне, держа в пальцах тончайший кварцевый капиллярный дозатор, внутри которого мерцала крошечная капля Антигравитационной Ртути размером не больше булавочной головки.

Он поднес кончик иглы к полированному рогу наковальни и выдавил микроскопическую каплю.

Серебряная пленка мгновенно впиталась в поверхность металла, растекаясь по его микротрещинам тончайшим узором призрачных светящихся вен.

Наступила секунда абсолютного безмолвия.

Затем трехсоткилограммовый стальной исполин плавно, без малейшего скрипа или вибрации... оторвался от пола.

Наковальня поднялась на уровень груди Артура и замерла в воздухе, словно воздушный шарик, наполненный гелием. Артур протянул руку и легким касанием мизинца толкнул монолитную глыбу. Наковальня плавно заскользила по воздуху, повинуясь слабейшему импульсу, словно находилась в глубоком космическом вакууме.

Кира отшатнулась, прижав ладонь к открытому рту.

— Это... нарушает фундаментальный код мира. Любое заклинание левитации жрет тысячи единиц маны мага каждую секунду!

— Заклинание магии Воздуха создает искусственный восходящий поток ветра, — спокойно растолковал Артур, покачивая зависшую наковальню в воздухе. — А здесь мы изменили фундаментальную метрику массы самого объекта. Отрицательная гравитационная масса капли ртути полностью нейтрализовала притяжение трехсот килограммов стали. Для сервера этот предмет сейчас весит ровно ноль граммов. Более того — он создает вокруг себя восходящий градиент.

Артур повернулся к входу в грот, где над бушующей кальдерой Магма-Прайма вздымались в раскаленное небо неприступные кристальные пики.

— Представь, что мы можем сделать теперь. Мы сможем поднять в воздух колоссальные производственные мощности. Построить алхимический горн прямо над открытым жерлом вулкана, где температура достигает миллионов градусов, а доступ врагам закрыт кипящей лавой. Мы сможем покрыть твои стрелы микродозами ртути — и они получат бесконечную дальность полета без снижения траектории, пробивая силовые щиты за счет гравитационного разрыва.

Кира подошла к парящей наковальне, осторожно коснулась холодного железа, и на ее губах появилась хищная, дерзкая улыбка опытного ликвидатора.

— Значит, мы перестаем прятаться по пещерам?

— Мы начинаем строить воздушную крепость, — твердо ответил Артур.

В этот момент в глубине грота раздался сухой, пронзительный треск.

На портативном терминале внешней связи, подключенном к аппаратному шлюзу капсулы в реальном мире, замигал тревожный багровый сигнал.

Это не было игровым сообщением. Это был биологический маяк тревоги из съемной квартиры в Восточном секторе мегаполиса. Датчики внешнего периметра зафиксировали направленное сканирование подсети: корпоративные ищейки холдинга «Апекс-Био» только что нащупали шлюз его конспиративного оптоволоконного канала.

Глава 04. Нейро-разгон

Резкий щелчок аварийного десинхронизатора вырвал сознание Артура из раскаленных глубин Магма-Прайма с силой гидравлического удара.

Мир вспыхнул белой сеткой артефактов и тут же схлопнулся в холодную, сырую темноту съемной квартиры. Артур судорожно вдохнул ртом спертый воздух комнаты, закашлявшись от едкого запаха озона и перегретой изоляции кабелей. Металлический привкус питательного геля в горле вызвал приступ тошноты, но времени на адаптацию не было.

На полумрачном столе яростно пульсировал красный диод аппаратного криптокоммутатора.

Артур сбросил с головы легкий нейрошлем, выдернул из локтевой вены катетер физраствора и босыми ногами встал на холодный линолеум. Тело казалось чужим, отяжелевшим, словно гравитация Земли после невесомости Антигравитационной Ртути давила на плечи свинцовой плитой.

Он подошел к настенному монитору и с размаху опустил ладонь на оптическую клавиатуру.

[Внимание: Зафиксирована попытка несанкционированного перехвата трафика на узле шлюза #409.] [Источник атаки: Корпоративный маршрутизатор службы безопасности «Апекс-Био».] [Глубина сканирования: 4-й уровень сетевой модели.] [Оставшееся время до триангуляции физического MAC-адреса капсулы: 47 часов 12 минут.]

— Быстро же вы взяли след, господа безопасники, — пробормотал Артур, и его пальцы заплясали по клавишам, запуская каскадные скрипты циклической подмены маршрутов.

На мониторе замелькали строки команд. Артур активировал пакет распределенных прокси-серверов, разбросанных по заброшенным промышленным серверам в орбитальных колониях и на океанских платформах. Пакеты данных закружились в сложнейший лабиринт ложных эхо-запросов, выиграв еще двое суток запаса.

Но это была лишь отсрочка. Корпорация «Апекс-Био» не бросала расследований. Потеря монополии картеля «Олимп» в Аэросе стоила их тайным инвесторам сотен миллионов кредитов реальной валюты. Если ищейки придут сюда с ордером или просто с группой зачистки в серых бронежилетах без опознавательных знаков, запертая железная дверь съемной квартиры не продержится и двадцати секунд.

Единственный путь к выживанию в реальности лежал через абсолютную победу в виртуальности.

Если он успеет совершить прорыв в технологии Абсолютного Синтеза, подчинит себе ресурсы парящего вулкана и взломает гегемонию ИскИна «Гелиос», он сможет выйти на прямой контакт с советом директоров международной комиссии по виртуальным правам. Статус независимого цифрового архитектора мирового масштаба сделает его физическую ликвидацию юридически невозможной. Но для этого нужно было сокрушить Архитектуру в самой игре.

Артур подошел к небольшому сейфу в углу комнаты, достал пару ампул концентрированного витаминного комплекса и шприц-пистолет, введя препарат прямо в шейную артерию. Сердце застучало ровно и мощно, разгоняя кровь по уставшим сосудам.

Затем он решительно шагнул обратно к капсуле.

— Сорок семь часов, — произнес он вслух, опуская бронированную крышку ложемента. — Значит, в «Элизиуме» у меня есть почти две недели субъективного времени. Этого должно хватить.

[Инициализация экстренного обратного погружения...] [Синхронизация нейронов: 100%.] [Возвращение в координаты точки Магма-Прайм: Сектор 14-Кристалл.]

***

Багровый свет раскаленного грота вернулся мгновенно, словно Артур лишь на секунду моргнул.

Перед ним все так же невозмутимо парила в воздухе трехсоткилограммовая наковальня, покрытая серебристыми прожилками Антигравитационной Ртути. Кира стояла у входа в пещеру с натянутым луком, контролируя воздушное пространство над кипящей кальдерой. Услышав звук его дыхания, она резко обернулась.

— Ты отключался? — в ее голосе прозвучало напряжение. — Твой аватар застыл почти на пять минут. Я думала, тебя выбило ошибкой сервера.

— Корпоративные сканеры в моем реальном секторе, — коротко ответил Артур, подходя к верстаку. — Служба безопасности «Апекс-Био» уже сканирует подсеть района. У меня меньше двух суток реального времени, прежде чем они найдут физическое местоположение капсулы.

Кира помрачнела. Для нее, как для профессионального игрока высшего эшелона, реалии корпоративного давления не были новостью. Она знала дюжину талантливых мастеров, чьи учетные записи были заморожены, а сами они исчезали из сети после того, как переходили дорогу крупным инвесторам.

— Значит, мы форсируем темп? — спросила она.

— Нам придется прыгнуть выше головы, — Артур развернул контрольную панель квантового ретортера. — Чтобы масштабировать синтез материи с отрицательной массой и начать выплавку конструкций для воздушной платформы, мне нужно проводить термоядерные квантовые реакции непрерывно. Но есть критическая проблема.

Артур вывел на экран график последней трансмутации:

— Посмотри на этот пик. Когда частицы Первородного Эфира сталкиваются с тяжелыми ядрами ртути при давлении в пятнадцать тысяч атмосфер, время полураспада нестабильных изотопов составляет тридцать микросекунд. Человеческий мозг через стандартный нейроинтерфейс реагирует за пятьдесят-семьдесят миллисекунд. Это в две тысячи раз медленнее, чем требуется! В прошлый раз мне просто повезло: реакция пошла по самостабилизирующемуся пути. Но при синтезе жидкой плазмы или нестабильного эфира малейшая ошибка в полмикросекунды приведет к аннигиляционному взрыву, который сотрет половину этого вулкана.

— Система обычно компенсирует человеческую задержку авто-помощником крафта, — заметила Кира.

— «Гелиос» заблокировал авто-помощник для всех нестандартных реакций! — Артур сжал кулак. — Протокол «Чистый Код» отключил скрипты авто-коррекции. Если рецепта нет в реестре, ты варишь вслепую, рассчитывая только на собственную моторику и скорость мышления. Мой мозг должен работать с частотой серверного процессора.