Нейтон Патчер – Код Творца: Суверенный данж против Архитекторов Первой Эпохи (страница 8)
— Мы не можем применить административную команду `DELETE`, — простонал Штерн, указывая на чернеющий прорыв в основании цилиндра. — Максим перехватил таблицу виртуализации страниц памяти CR3. Любая прямая инъекция консоли разработчика отскакивает от его периметра с кодом ошибки `STATUS_ACCESS_DENIED`. Он забаррикадировался на уровне ассемблерных опкодов. Для системных служб его данж теперь помечен как критический системный драйвер ядра. Попытка удалить его штатным софтом приведет к падению операционной системы в глухой Kernel Panic.
Вальтер Гросс медленно поднялся со своего кресла. Его силуэт казался высеченным из базальта на фоне пылающего фиолетового горизонта.
— Если хирургический скальпель бессилен, мы используем топор, — произнес он. — Корсаков считает себя гением низкоуровневого программирования. Он забыл главное: этот мир давно перестал быть строчками чистого Си и ассемблера. Этот мир — рынок. А на рынке побеждает тот, у кого больше ресурсов.
Гросс коснулся пальцем центральной консоли стола, открывая канал глобального административного оповещения, зарезервированный исключительно для ситуаций экстренной мобилизации высшего приоритета.
— Объявите Контракт Века. Срок исполнения — сорок восемь часов. Награда за полное стирание Суверенного Данжа и извлечение оцифрованного ядра Корсакова: десять миллиардов кредитов в неблокируемых облигациях внешних офшоров. Плюс — пожизненная концессия на разработку титановых жил десятого ресурсного пояса и статус абсолютных правителей всех игровых хабов первого уровня.
Штерн округлил глаза:
— Десять миллиардов?.. Но кому адресован контракт?
— Всем, кто способен держать оружие и командовать легионами, — оскалился Гросс. — Созовите глав Пента-Альянса. Пусть их хваленые генералы докажут, что их гильдии стоят тех триллионов, которые они выкачивают из нашей экономики. Сотрите этот данж в порошок. Раскатайте его на атомы. Мне плевать, сколько сотен тысяч игроков они положат под его стенами. Главное — выжечь нулевой архив дотла.
***
Эфир разорвало сотнями системных детонаций.
Красные транспаранты административных декретов высшего ранга вспыхнули одновременно на полутора миллионах узловых серверов. В замках, цитаделях, на парящих островах и в подземных мегаполисах главы пяти величайших военных синдикатов виртуального пространства получили уведомление, от которого перехватывало дыхание даже у ветеранов сотен межсерверных войн.
Пента-Альянс откликнулся мгновенно. Жадность и жажда абсолютной власти оказались лучшими катализаторами для мобилизации, какой этот цифровой мир не видел за всю историю своего существования.
Первым выступил «Абсолют» под командованием лорда-паладина Рагнара. Десять тысяч закованных в зачарованный орихалк тяжелых пехотинцев, чьи щиты перекрывали обзор до самого горизонта, выстроились в безупречные фаланги. За ними катились тяжелые осадные баллисты, стреляющие зачарованными гарпунами размером с телеграфный столб, способными пробивать крепостные стены из метеоритного железа.
Следом из глубин Чумных Земель поднялись знамена синдиката «Черное Солнце». Верховный инквизитор Малакор привел тринадцать когорт темных заклинателей и некромантов. Вокруг их боевых порядков клубился ядовитый багрово-черный смог, а в воздухе на цепях из призрачного эфира плыли гигантские осадные поганища — чудовищные конструкции из сшитых полигонов плоти и костей поверженных рейдовых боссов.
Третьим эшелоном шел «Стальной Легион» генерала Эйзена. Это была армия техно-магических рационалистов: шагающие титаны на паровой и мановой тяге, двенадцать парящих артиллерийских платформ «Левиафан», оснащенных рельсовыми ускорителями магии распада, и восемь тысяч элитных стрелков с алхимическими карабинами.
Четвертый сектор занял «Орден Дракона» архимага Лонг Вэя — пять тысяч боевых стихийных магов высшего круга, объединенных в единый резонансный контур. Позади их строя парили в воздухе девять запечатанных свитков Первородного Пламени — запрещенных артефактов десятого ранга, способных однократным применением выжигать целые локации до коренной породы.
Замыкала кольцо гильдия «Астрал» госпожи Селены — мастера пространственных манипуляций, убийцы пустоты и диверсионные группы, несшие на плечах стационарные пилоны искажения реальности. Эти пилоны предназначались для одной цели: намертво заблокировать любые точки телепортации, отрезав Суверенному Данжу любую возможность тактического маневра или отступления.
Более пятидесяти тысяч отборных бойцов, достигших предельных уровней развития. Сотни осадных машин, тысячи боевых знамен, бесконечные обозы с алхимическими припасами и эликсирами маны.
Армада пришла в движение, поднимая тучи пепла на выжженных пустотах Пепельного Разлома. Земля гудела от поступи сотен тысяч кованых сапог и тяжелых гусениц големов. Воздух звенел от чудовищного скопления маны: оптический спектр локации сместился в сторону болезненного, мертвого ультрафиолета.
Армада двигалась к одной-единственной координате. К цитадели Максима Корсакова.
***
В глубинах Суверенного Данжа, в Зале Первичного Кода, тишина казалась осязаемой, как толща океанской воды.
Сквозь сводчатый потолок, поддерживаемый циклопическими колоннами из черного адамантита, сочился пульсирующий голубой свет. Вдоль стен непрерывными водопадами струились строки дизассемблированного машинного кода: шестнадцатеричные смещения, опкоды инструкций, адреса переходов и таблицы страниц виртуальной памяти.
Пространство перед центральным терминалом вздрогнуло. Пиксели рассыпались в синюю искрящуюся пыль, и из мерцающего портала материализовался Вектор.
Его цифровая оболочка разведчика была оплавлена по краям: динамические тени висели лохмотьями, а полоса маны на интерфейсе едва достигала семи процентов. Вектор тяжело оперся на винтовку с длинным кристаллическим стволом и поднял взгляд на Максима.
— Создатель… — выдохнул он. Синтетический голос разведчика дрожал от перегрузки аудиофильтров. — Масштаб катастрофы превысил любые вероятностные модели. Корпорация бросила на нас весь активный серверный резерв. Это не карательный отряд. Это армия Континентального Штурма.
Вектор ударил прикладом о каменные плиты пола, разворачивая тактическую карту внешнего периметра.
Над алтарем Данжа вспыхнула голографическая проекция ущелья.
Максим молча вгляделся в мерцающие маркеры. Их было так много, что они сливались в сплошные светящиеся пятна, захлестывающие долину, словно приливная волна расплавленного металла.
[Система: Анализ входящей угрозы]
[Обнаружено комбатантов: 54 820]
[Осадные платформы сверхтяжелого класса: 48 единиц]
[Магические конструкты ранга «Колосс»: 16 единиц]
[Суммарный расчетный DPS первой волны: 18 450 000 ед/сек]
[Прогнозируемое время удержания адамантитовых врат: 38 секунд]
[Вероятность прорыва внешнего контура стандартными методами: 99.8%]
— Мы покойники, если будем защищаться по правилам этой проклятой игры, — тихо произнес Вектор. — Твои турели десятого уровня сотрут первые три сотни пехотинцев. Ловушки разорвут авангард. Но потом они просто навалятся массой. Они продавят наши мановые щиты грубым физическим уроном за полторы минуты. Наш кристалл ядра перегреется и треснет от перегрузки входных каналов.
Максим даже не шелохнулся.
Он стоял, скрестив руки на груди. В его серых глазах, отражавших бесконечные потоки бинарных данных, не было паники. Там горел холодный, расчетливый огонь системного программиста, который обнаружил критическую уязвимость в чужой переусложненной архитектуре.
— Игра, Вектор, — спокойно произнес Максим, — это всего лишь высокоуровневая абстракция для тех, кто не умеет заглядывать под капот операционной системы. Они видят осадные машины, рыцарей в орихалке и огненные шары. Они верят в параметры «броня», «урон от огня» и «критический удар». Они думают, что воюют с данжем.
Максим шагнул к светящемуся постаменту и положил раскрытую ладонь на кристалл управления ядром.
— Они забыли, что весь их великолепный мир — это просто массив байтов, размещенный в физической оперативной памяти. И сейчас мы перепишем права доступа к этой памяти.
Внезапно воздух в зале наполнился сухим, резким треском. В правом углу обзорного интерфейса Максима вспыхнул канал защищенной квантовой связи.
[Протокол: Входящий низкочастотный сигнал]
[Источник: Физический сектор 4, Уральский бункер «Глубина-7»]
[Шифрование: ГОСТ-Квант-512]
Сквозь помехи статических разрядов пробился женский голос. Знакомый до боли, до спазма в горле, до ледяного укола в самое сердце.
— Макс… Макс, ты на связи? Ответь!
Максим резко выпрямился. Его виртуальные пальцы судорожно сжались на краю адамантитового постамента.
— Алёна? Я слышу тебя. Канал стабилен. Докладывай обстановку в бункере.
— Плохо, Макс… Очень плохо, — дыхание девушки в радиоэфире было прерывистым, на заднем плане выли сирены аварийной разгерметизации и гудели дизель-генераторы резервного контура. — Спутниковая разведка зафиксировала взлет ударной группы «Омега» с авиабазы под Пермью. Три тяжелых конвертоплана. Они идут на бреющем, огибая рельеф. Рихтер везет термобарические боеголовки объемного взрыва. Их задача — распылить аэрозоль над вентиляционными шахтами бункера и выжечь все подземные уровни на глубину пятидесяти метров.