Нейтон Патчер – Башня Резонанса: Точка Излома (страница 1)
Нейтон Патчер
Башня Резонанса: Точка Излома
Нейтон Патчер
БАШНЯ РЕЗОНАНСА
ТОЧКА ИЗЛОМА
ЛитРПГ • Инженерное боевое фэнтези • Книга 2 (Финал дилогии)
Глава 01. Врата Облачного Пояса
Запах сырого гранита и едкой гари, преследовавший Савелия Кротова на протяжении всех двадцати подземных ярусов, здесь, на внешнем карнизе Цитадели, наконец-то отступил. Вместо него воздух пах свежестью предгрозового озона, горным снегом и странной металлической сладостью, какую дает ионизация при работе мощных трансформаторов.
Бывшая цитадель барона Гарольда гудела, словно улей. На руинах крепости клана «Золотой Пилон» рождался новый мир. Освобожденные рудокопы, еще вчера носившие рабские ошейники и глотавшие гранитную пыль в забоях, с яростной созидательной энергией обустраивали «Нулевой Уступ».
Тяжелые барельефы с гербами тиранов летели вниз с циклопических карнизов, разбиваясь в пыль на дне колодцев. На их место шахтеры накатывали бревенчатые настилы, варили стальные марши и монтировали аварийные посты связи. Всюду стучали кувалды, шипели горелки, звенели цепи лебедок.
— Савва, держи, остынет ведь, — раздался сзади добродушный бас.
Кротов обернулся. К парапету подошел Глеб — старший механик нижних горизонтов, широкоплечий мужик лет сорока пяти с лицом, дубленным подземными ветрами, и въевшейся в поры сажей. На плече у него висел брезентовый подсумок с ключами, динамометром и виброщупом, а в мозолистых ладонях он держал две объемистые жестяные кружки. От горячего травяного настоя шел пар, пахнущий чабрецом и брусникой.
— Спасибо, Глеб, — Савелий принял кружку, с наслаждением сделав глоток. Горячая горечь приятно обожгла гортань, смывая накопившуюся усталость. — Как дела на распределительном узле?
— Рудокопы создали совет артелей, как ты и советовал, — усмехнулся механик, приваливаясь к базальтовым зубьям. — Выбрали старого бригадира Потапа старшим. Склады с зерном опечатали, выдают пайки на каждую смену. Раненых спустили в санаторные штольни пятнадцатого этажа — там геотермальные ключи, мужики мигом оклемаются. Одно скажу, Савва: если бы не твой расчет с детонацией замкового клина Гарольда, мы бы этот бункер еще три года ковыряли. Ты для них теперь заступник. Спорят, не отлить ли твой бюст из чистой меди.
— Только медных идолов нам тут не хватало, — покачал головой Савелий. — Мой рабочий инструмент — молоток и законы механики. Скажи лучше, что с подъемником?
— С машиной Первых Зодчих? — глаза Глеба азартно блеснули. — Это не машина, Савелий... Это поэма в титане и лунном мраморе! Мы вскрыли редукторный кожух. Подвижных элементов — ноль! Ни тросов, ни червячных валов. Чистая магнитная левитация на сверхпроводящих рельсах. Направляющие уходят вертикально в небо на такую глубину, что шапка валится. Профиль — двойной тавр из сплава с бериллием. Ни микрона ржавчины за тысячи лет!
Позади послышались легкие шаги. Подошли Алена и Яна.
Сестра Савелия выглядела совершенно иначе, чем в те часы, когда он вырвал ее из ритуального круга на эшафоте. На ней был добротный кожаный комбинезон, поверх которого сидел кевларовый жилет с креплениями для сенсорных кристаллов. Бледность сошла, сменившись здоровым румянцем, а в глубине серых глаз пульсировал мягкий отблеск пробужденного Дара.
[Диагностический статус союзника: Алена Кротова]
[Класс: Сенсорный Навигатор / Оператор Эфирных Волн (Уровень 18)]
[Резонансная чистота нейросети: 99.6%. Психоэмоциональный баланс: Стабильный.]
[Пассивный бонус отряда: «Глубинная гидроакустическая локация» (+40% к обнаружению аномалий).]
— Савва, я закончила синхронизацию с кристаллом пульта, — негромко произнесла Алена, коснувшись руки брата. От ее пальцев исходила успокаивающая вибрация гармоники. — Подъемник готов к старту. Его реакторы спали почти шесть веков, но когда ты вставил Печать Первых Владык, в магистральных шинах восстановилась циркуляция жидкого гелия.
Яна тем временем развернула карту на тонкой серебристой фольге.
— Смотрите сюда, команда, — разведчица указала стилусом на проекцию ствола Башни. — Мы на двадцатом этаже. В терминологии Древних это «Граница Тверди». Ниже нас — двести кубических километров гранита и штолен. Выше начинается Облачный Пояс, охватывающий ярусы с двадцать первого по пятидесятый. Высота отметки двадцать первого уровня над основанием — ровно двадцать пять километров.
Глеб присвистнул:
— Двадцать пять верст строго вверх... Это ж какое ускорение надо заложить, чтобы не ползти трое суток? И как там с воздухом? На такой высоте кровь в жилах вскипает!
— У Первых Зодчих все предусмотрено, — уверенно ответила Яна. — Капсула снабжена гравитационным демпфером, поглощающим девяносто восемь процентов перегрузки. А на двадцать первом этаже действует атмосферный купол Башни: давление искусственно удерживается на уровне ноль целых семь десятых атмосферы. Жить можно без масок, но дышать придется глубже.
— Физика высотной гипоксии, — подытожил Савелий, подтягивая ремни разгрузки. — Адаптация займет пару часов. Глеб, пневматика в порядке?
— Три баллона на четыреста атмосфер, запас вольфрамовых клиньев и ремкомплект для гидропресса, — бодро ответил механик. — Готов хоть к черту в пекло.
— Тогда выступаем, — твердо сказал Кротов. — Нижняя Башня в надежных руках. Но если мы не выясним, почему эта махина выкачивает земную кору, «Нулевой Уступ» долго не проживет.
Отряд направился к стартовому терминалу.
Сотни шахтеров молча выстроились вдоль пандуса, снимая защитные каски. Старый Потап шагнул навстречу Савелию и крепко стиснул его руку:
— Береги себя, инженер. И девчат береги. Если там, наверху, найдешь тех, кто на нас эти ошейники навесил... Передай от кузбасских мужиков поклон.
— Передам, отец, — ответил Савелий. — Держите штреки в чистоте, крепите своды. Вернемся — проверим геометрию выработок.
Они вошли в терминал.
Челночная капсула Первых Зодчих напоминала идеальную каплю из матового белого сплава. Ни швов, ни заклепок — корпус словно вырастили из цельного слитка лунного титана. Вдоль бортов тянулись пазы магнитных захватов, охватывающих три вертикальных пилона, уходивших в жерло шахты диаметром в полторы сотни метров.
В центре челнока располагался пульт из черного обсидиана. Савелий подошел к нему и перехватил массивную рукоять «Сейсмо-Клина-1». Молот отозвался мгновенной вибрацией, посылая в ладонь электрический импульс.
[Интеграция с матрицей Стартового Терминала: Успешно.]
[Опознан пользователь: Савелий Кротов.]
[Привилегия доступа: «Архитектор Разрушения (Ранг 1) / Владелец Печати Владык».]
[Маршрут следования: Сектор 20 («Цоколь Тверди») — Сектор 21 («Врата Облачного Пояса»).]
[Дистанция вертикального набора высоты: 25 400 метров.]
[Режим: Высокодинамичный баллистический подъем с компенсацией инерции.]
[Расчетное время транзита: 3 минуты 12 секунд.]
— Занять штатные ложементы, — скомандовал Савелий.
Команда опустилась в анатомические кресла. Материал плавно подался вперед, принимая форму позвоночников, а вокруг плеч и бедер сомкнулись полосы мягких силовых захватов.
Броневая диафрагма над головой бесшумно сошлась. Внутри вспыхнул рассеянный янтарный свет, а прозрачный купол активировал панорамную трансляцию наружных сенсоров.
— Прогрев индукционных катушек, — Алена коснулась консоли. Ее зрачки расширились, считывая потоки системных данных. — Частота накачки: сорок гигагерц. Зазор до рельса — три с половиной миллиметра.
— Поехали, — кивнул Савелий и утопил Печать Владык в замковый паз.
В недрах платформы раздался чистый, низкий гул — нота «фа» контроктавы, от которой сладко заныли зубы. И капсула сорвалась с места.
Ускорение было ошеломляющим, но кинетические демпферы гасили львиную долю давления, превращая взрывной рывок в плотное вдавливание в спинки. Стены стартовой шахты слились в сплошную темно-серую полосу.
Спидометр интерфейса стремительно накручивал показатели:
[Текущая скорость: 180 км/ч... 450 км/ч... 920 км/ч... 1600 км/ч...]
— Ну и скорость! — выдохнул Глеб, вцепившись в подлокотники. — Мы же быстрее снаряда летим! Если на рельсе трещина...
— Не будет трещин, — отозвался Савелий, глядя на телеметрию. — Модуль упругости этих рельсов в тридцать раз выше броневой стали. Они под постоянным растяжением в сто пятьдесят мегапаскалей. Любая микротрещина мгновенно схлопывается кристаллической памятью сплава.
На высоте десяти километров капсула с размаху вошла в плотный облачный фронт.
За бронестеклом потемнело. Мир утонул в кипящем сером мороке гидротермального пара. Снаружи хлестнули яростные потоки конденсата, а затем в челнок ударила высотная молния. Фиолетовая стрела разряда окутала купол искрящейся паутиной, но силовой кокон капсулы лишь мягко вспыхнул, перенаправляя мегаватты в накопители магнитной тяги.
[Поглощение атмосферного электрического разряда: +420 кВт*ч.]
[Эффективность рекуперации: 94.8%. Скорость увеличена до 1850 км/ч.]
— Проходим тропопаузу! — звонко крикнула Яна сквозь ровный гул. — Высота восемнадцать тысяч метров! За бортом минус пятьдесят два градуса!
Савелий ощущал движение каждой частицей сознания. Титул [Архитектор Разрушения] позволял воспринимать подъемник как продолжение собственных нервов. Он чувствовал, как электромагнитное поле обнимает рельсы, как сверхзвуковой набегающий поток разрезается носовым обтекателем, как автоматика повышает парциальное давление кислорода, страхуя легкие людей.