Нэнси Кресс – Наблюдатель (страница 56)

– Если ты полностью уверуешь в теорию Джорджа и останешься работать в программе и после того, как ее обнародуют… Тревор, я не собиралась остаться здесь навсегда. Это ведь не единственный вид нейрохирургии, которым я хотела бы заниматься. И к тому же… Эллен и Кайла. Но я… я не знаю, как перенесу, если вдруг потеряю тебя.

Он кивнул. Они не прикасались друг к другу; момент казался обоим слишком торжественным и напряженным для того, чтобы привносить в него еще какие-то элементы.

– Как ты думаешь, ты когда-нибудь захочешь установить себе имплант? – спросил Тревор.

– Нет. А это условие… ну… нас?

– Нет. Как и твои планы насчет того, что работа здесь только временная. Люди ведь давно научились поддерживать отношения на расстоянии. Каро, и мы вполне сможем так жить, если действительно захотим. Или, скажем, я, получив имплант, через некоторое время разочаруюсь в проекте. Или, наоборот, ты в него поверишь. Надо лишь подождать и посмотреть, как пойдут дела. Не идеальный вариант, но если надо – так тому и быть.

– Да, – сказала Каро. Так тому и быть. Они будут жить вместе. Он хочет этого, невзирая на то, что она не согласна с его взглядами на фундаментальные основы устройства вселенной. И она хочет этого. Ее захлестнуло такое счастье, что она даже устыдилась. По всей базе люди горюют, кто поодиночке, кто собравшись в маленькие группы. Уоткинс только что умер, время для скорби, а не для греющего душу всеохватного счастья.

Разве что Сэмюэль Луис Уоткинс тоже счастлив. Где-то там.

37

На следующий день после кремации Уоткинса Джеймс организовал поминальную службу во дворе Второго крыла. Каро сидела между Тревором и Джорджем и держала старика за руку. Речь о покойном была только одна; ее произнес Джулиан. Он рассказал об основании проекта и его длительном развитии. Поскольку на службу пришли сотрудники Джеймса, которые никогда не бывали в Третьем крыле и знали только, что научное исследование связано с картированием мозга, Джулиан говорил общими, расплывчатыми фразами. Он говорил проникновенно, но Каро церемония казалась странно фальшивой. Пусть работники Джеймса были малообразованными, но глупыми они не были. Наверняка до них доходили слухи, они строили предположения. Однако по их замкнутым почтительным лицам не было видно ничего подобного.

Она с облегчением покинула базу, чтобы отвезти Кайлу к Эллен.

Тревор предлагал поехать с ними, но Каро не хотела, чтобы при встрече присутствовал кто-либо посторонний для сестры – это могло ее смутить.

– Желаю удачи, милая, – сказал Тревор, поцеловав ее.

Кайла не позволила Каро взять себя за руку, когда они в сопровождении Жасмин шли от джипа к симпатичному маленькому коттеджу, где ждала Эллен. Только бы все прошло хорошо. Умоляю, только бы все прошло хорошо.

Раздвижная стеклянная дверь уже была открыта. Эллен сидела в шезлонге и смотрела в сад. Наджла, медсестра, увидела Каро и встала. Эллен не пошевелилась.

Наджла быстро вошла в коттедж и обратилась к Кайле:

– Мама ждет тебя. Она все еще быстро устает. Ты ведь не будешь говорить ничего такого, что сильно утомило бы ее, правда, деточка?

Кайла ничего не ответила и, развернув худенькие плечики, промаршировала к письменному столу. Каро торопливо последовала за нею.

Только бы Эллен не завела свое: «Анжелика умерла». Как она не подумала об этом заранее. Это еще сильнее расстроит Кайлу. Ну почему…

– Привет, мам, – сказала Кайла. – Вот и я.

Голова Эллен медленно повернулась. Каро собралась было спросить медсестру, не стало ли Эллен сегодня хуже, как та протянула руку и одним указательным пальцем коснулась подбородка Кайлы.

– Анжелика умерла, – сказала Кайла, – и я тоже по ней скучаю.

– Я знаю, – ответила Эллен и добавила голосом столь же осторожным, каким было ее прикосновение: – Но у меня есть ты?

– И я от тебя больше не уйду. Тетя Каро меня не заставит! – Она с вызывающим видом оглянулась, и Каро почувствовала, что у нее земля уходит из-под ног.

Так вот почему Кайла была так непримирима с нею! По малости лет она не могла понять опасности клинической депрессии, овладевшей матерью и породившей у нее суицидальное мышление, и обвиняла Каро в том, что она злонамеренно разделила мать и дочь. Постепенно Кайла начала выплескивать гнев на остальных обитателей базы. Как же Каро этого не поняла, не предвидела?..

В ее памяти прозвучали слова, которые Эллен произнесла несколько месяцев назад: «Каро, невозможно держать все под контролем».

– Мисс Жасмин, – сказала Кайла, – когда вернетесь туда, соберите мой чемодан. А кто-нибудь привезет его сюда. Я останусь здесь и буду ухаживать за мамой.

– Кайла… – проговорила Эллен.

– Ладно, соберите мой чемодан, пожалуйста. – И продолжила уже более мягким тоном, обращаясь к матери: – Она и мою кошечку привезет. Мам, тебе понравится моя кошечка. Она черная с белым, ее зовут Пушок.

Эллен становилось лучше с каждым днем, но Ласкин никак не давал добро на установку ей импланта. Каро и Тревор провели еще несколько операций: медсестра, двое инженеров, Камилла. Новые сеансы поставляли новые данные для картирования мозга, которые Каро и Барбара тщательно анализировали. Дни были посвящены работе, ночи – Тревору. Свободным оставалось вряд ли больше получаса в день; в это время Каро с большим вниманием, чем когда-либо прежде, изучала папки с научными работами Джорджа. Она хотела увидеть то, что видел Тревор, по крайней мере в той степени, в какой от нее не требовалось отказа от рационального суждения.

Родословная теории Вейгерта, имевшая множество почтенных предков, тянулась более ста лет. Очень многие физики всерьез полагали, что базовой основой реальности является сознание, или что-то похожее на сознание, или что-то не совсем похожее на сознание, но способное контролироваться сознанием.

Нобелевский лауреат Макс Планк считал сознание фундаментальным: «Я считаю материю производной от сознания».

Королевский астроном Мартин Рис утверждал, что вселенная могла возникнуть только в том случае, если кто-то наблюдал за ней, даже если этот наблюдатель появился «несколько миллиардов лет спустя. Вселенная существует, потому что мы осознаём это».

Сходные мысли высказывали и другие нобелевские лауреаты: Вигнер, Шредингер, Матлофф.

Под конец она попыталась читать Стивена Хокинга, считавшего, что «невозможно каким-либо способом удалить наблюдателя – нас – из нашего восприятия мира… прошлое, как и будущее, неопределенно и существует только как спектр возможностей».

Прошлое как спектр возможностей. Если бы Каро могла создать для себя новое прошлое, на что бы оно походило? Как далеко назад она могла бы вернуться – в детство, в медицинский институт, в Мемориальную больницу Фэрли до вечеринки у Пола Беккера?

Нет. Не надо нового прошлого, потому что иначе она не встретила бы Тревора.

А потом все эти теоретические построения пришлось забросить, потому что вернулись фэбээровцы, которые на сей раз привели с собой местных полицейских и детективов из отдела убийств полиции Нью-Йорка.

38

Маленький конференц-зал службы безопасности не был рассчитан на такие многолюдные собрания. Туда втиснулись Джулиан, Эйден, Вейгерт, Каро, Тревор и агенты ФБР, с которыми Каро встречалась раньше, – Ханна Каплоу и Грег Логан. Троих незнакомцев представили как капитана Себастьяна Эбанкса, регионального коменданта Королевской полицейской службы Каймановых островов; детектива Николь Бодден из полиции Нью-Йорка и эксперта ФБР по киберзащите Генри Смита. Смит был одет в брюки цвета хаки и плохо сидящую спортивную куртку и выглядел лет на четырнадцать. Своим выражением лица, в котором каким-то образом сочетались рассеянность и постоянная хмурость, он был до жути похож на юных техников Джулиана.

– Я уже сказал агентам, что мы не будем отвечать ни на какие вопросы, пока не прибудет наш адвокат, – предупредил Каро и Тревора Джулиан. – К счастью, мистер Хаггерти уже летит на Кайман-Брак по совершенно иному делу.

– В таком случае мы воспользуемся имеющимся временем для того, чтобы осветить положение вещей, – сказала агент Каплоу. – Как мистер Дей уже знает, ФБР и полиция Нью-Йорка создали совместную оперативную группу для расследования убийства Бенджамина Кларби в Нью-Йорке.

Этого Каро не знала, и это объясняло присутствие детектива Бодден. Джулиан не посвящал Каро в курс этих событий. По его мнению, следствие не имело отношения ни к ней, ни к Тревору. Их делом были операции. Если только… Не могли ли копы приехать сюда, чтобы расследовать смерть Уоткинса? Не подозревали ли они каким-то образом, что Джулиан…

Нет.

– Вы уже знаете, что мы стараемся установить, кто мог бы быть заинтересован в смерти Кларби… – этого Каро тоже не знала, – и установим эту персону. Но теперь мы также занялись вашим исследованием, материалы которого, по вашим утверждениям, были похищены. Генри…

Пусть эксперт по киберкриминалистике и выглядел четырнадцатилетним подростком, но голос у него был глубоким и уверенным.

– Сейчас я покажу вам веб-сайт с ограниченным доступом из «темного интернета», защищенный паролем. Если вы не знакомы с этим термином, то поясню: это по большей части криминальный сегмент Всемирной паутины, в котором вы можете купить или продать практически все, от оружия до детской порнографии. Пользователей и местоположения невозможно отследить из-за многоуровневой системы шифрования. У этого ноутбука нет подключения к интернету; вы просматриваете сохраненную копию веб-сайта.