Нэнси Кресс – Наблюдатель (страница 52)

– Отец был умным, но очень тихим и до самоуничижения скромным человеком. – И во всем, до последних мелочей, подчинялся моей кошмарной матери. – У него сложилась определенная близость с моей сестрой. – Которую я разрушила в день похорон Итана. – Вряд ли он походил на вас лицом, во всяком случае, на известные мне фотографии, где вы были молодым. Моложе. – Боже, что я несу?!

– Брат. Умер.

Она ведь уже сказала, что ее дед, брат Уоткинса, умер. До нее не сразу дошло, кого он сейчас имел в виду: не своего, а ее брата.

– Да, Итан тоже умер, – тем же ровным голосом сказала она. Все о смертях и о смертях… Зачем Уоткинс так поворачивает разговор?

– Умру. Я.

– Конечно. Но, надеюсь, не от этой инфекции. Вам вполне может стать лучше.

– Нет, – прохрипел он. И добавил куда четче, чем все прочее, что он пытался говорить: – Хорошо для проекта.

Для проекта будет хорошо, если Уоткинс умрет? Растерянная и взволнованная, Каро наклонилась к двоюродному деду. Но тот уже уснул.

Эллен должна была прилететь с Большого Каймана завтрашним рейсом. Каро решила утром сказать об этом Кайле. Знать бы еще, как она на это отреагирует…

Убедившись, что девочка уснула, Каро совсем было собралась пойти к Тревору, но тут в ее дверь с силой стукнули.

Что еще? Она распахнула дверь и увидела Джеймса, поднимающегося с дорожки, и маленький меховой комочек с белым кончиком хвоста, исчезающий в пышной цветочной клумбе.

– Я поскользнулся. И знаете, я так и не отнес бедную зверушку обратно, – сварливо заявил Джеймс. – Она жила при кухне. А теперь я не могу ее поймать!

– Вы не вернули котенка? Но почему?

– Потому! – Он наконец-то поднялся. – Ну вот, смотрите, извозил в траве новые брюки. Ее обязательно нужно поймать. Вдруг она съест ящерицу?

– Что?

– Ящерицу! Что, если ящерицы ядовиты для кошек? А они для них ядовиты, доктор?

Об этом Каро не имела ни малейшего понятия.

– Вы, наверно, кормите ее кошачьим кормом?

– Конечно, чем же еще?!

– В таком случае она, скорее всего, не станет есть ящериц. Во дворе с нею ничего не случится. Оставьте ее здесь до утра.

– Но…

– С котенком ничего не случится.

Утром дверь, соединявшая спальни Каро и Кайлы, распахнулась, и девочка ворвалась в комнату:

– Тетя Каро! Почему моя кошечка всю ночь была на улице? Я нашла ее в кустах!

Кайла прижимала к груди котенка, который скрипуче мяукал – будто кто-то с силой водил ногтем по классной доске. Мех был в пятнах глины, к уху прилип цветочный лепесток. Пока Каро спросонок моргала, пытаясь понять, что происходит, Кайла еще на шаг подошла к кровати.

– Мне плевать, что ты скажешь. Я оставлю ее у себя.

– Я никогда…

– Пушок моя. И ты нас не разделишь!

– Я не…

– Джулиан сказал за завтраком, что сегодня приедет мама. Как ты думаешь, киска ей понравится?

Боже, насколько же легче делать операции на мозге, чем иметь дело с детьми…

…И вообще, чем с любыми родственниками. Когда Эллен приехала в столь старательно приготовленный для нее коттедж, Каро смогла провести с сестрой лишь несколько минут, и все эти минуты были полны потрясений.

Она планировала привести туда Кайлу позже, во второй половине дня. Во-первых, Каро хотела оценить состояние и настроение Эллен. Каро собрала упрощенный вариант «медицинского чемоданчика», запихнув инструменты и основные лекарства в большую дамскую сумку. Она хотела, чтобы Эллен воспринимала ее не как медика, а как сестру, но тем не менее приготовилась осмотреть Эллен, если выдастся такая возможность. Эту сумку она много раз использовала вместо дорожной, летая в самолетах, и поэтому она растянулась в самых неожиданных местах из-за того, что туда впихивали ноутбуки, которые были больше и тяжелее, чем тот, которым сейчас пользовалась Каро. Сумка, когда-то темно-красная, походила теперь на пятнистую коровью шкуру, усеянную гнусными на вид лишаями. Две из бесчисленных молний были сломаны. Эллен всегда смеялась над этой сумкой, и Каро надеялась, что она так же поведет себя и сейчас. Это было бы хорошим признаком.

Электронные письма Эллен и телефонные разговоры за последние несколько дней были краткими и конкретными, но почти исключительно посвящались Анжелике. Когда ей установят в голову «переносчик», который позволит ей навещать Анжелику в другой вселенной? Сколько времени понадобится на восстановление после операции, чтобы она смогла увидеть Анжелику? Сможет ли Кайла каким-то образом отправиться с нею навестить Анжелику? Сообщили ли Кайле, что Анжелика жива и здорова в другом измерении?

Каро отвечала на все вопросы как можно полнее, но эти ответы не удовлетворяли Эллен. Она никогда не имела интереса к науке и не хотела ничего слышать ни о физической теории Вейгерта, ни о том, как работают импланты. Она просто хотела снова видеть свое обожаемое дитя живым.

Каро не смогла сопровождать Эллен в полете с Большого Каймана – ей нельзя было оставить Уоткинса, который слишком медленно выздоравливал. И Джулиан тоже не хотел снова уезжать. Поэтому выбрали Барбару. Но когда Каро приехала в коттедж, чтобы дождаться джипа из аэропорта, за рулем машины она увидела одного из подчиненных Джеймса, огромного островитянина по имени Мик, говорившего на каком-то не очень понятном диалекте, а на заднем сиденье рядом с Эллен сидела Лоррейн.

Это оказалось первым потрясением.

Вторым потрясением оказалась сама Эллен. Она все еще оставалась непривычно худой и хрупкой, с плохо расчесанными тусклыми сухими волосами, но ее глаза больше не выглядели мертвыми. Они сверкали, как сфокусированный лазерный луч, что сразу встревожило Каро. Лоррейн помогла Эллен выйти из джипа, и Каро обняла сестру.

Эллен отодвинулась:

– Анжелика? Кайла?

– Я приведу Кайлу немного позже. Как ты долетела? Перелет прошел нормально?

– Нормально.

– Да? Не… болтало? – О боже, она несет какие-то пустые банальности. Кому? Эллен!

– Все было хорошо, – сказала Эллен.

По крайней мере, целая фраза.

А потом Эллен резко сказала:

– Каро, я все еще не в порядке.

– Я знаю. Но здесь ты…

– Да. – Продолжительная пауза. Каро начало слегка подташнивать от волнения. Прежде они с сестрой общались совсем не так. Но потом Эллен улыбнулась. И хотя улыбка казалась вымученной, следующие слова были искренними:

– Я еще… У меня все наладится, как только я увижу Анжелику. Как только я точно узнаю. Каро, спасибо. Тебе и Джулиану. Он замечательный, правда? Я никогда еще не встречала такого мужчину.

О… нет. Нет!

– Он оказал очень большую помощь, – осторожно сказала Каро.

И тут Эллен одарила ее уже искренней своей улыбкой, той улыбкой, которая говорила, что она поняла больше того, что имела в виду Каро, больше, чем Каро сказала, и на краткий миг она снова стала прежней Эллен.

– Вы с ним…

– Нет. Это… Эллен, ты же не хочешь… Я имею в виду, с Джулианом…

Эллен взяла Каро за предплечье:

– Всё путем. Я – нет.

Лоррейн слушала этот обмен репликами – но какие выводы сделала из него? Кто знает? Эта спокойная, сосредоточенная Лоррейн тревожила ее почти так же сильно, как Эллен. Не станет ли Эллен после имплантации и возможного сеанса с выходом в множественную вселенную такой же приглаженной, такой же безобидной, такой же сосредоточенной на внутреннем и вечном, как Лоррейн? О боги, нет. Пусть такого не случится. Ведь тогда Эллен перестанет быть собой.

– Солнце уже печет по-настоящему, – сказала Лоррейн. – Эллен, не желаешь выпить воды? Чаю, кофе, может быть, смузи? Пойдемте в дом. – Она взяла Эллен под руку.

Каро, мгновенно и беспричинно обидевшись, поплелась следом.

В коттедже было три спальни, двери которых выходили в просторный холл, оформленный в классическом стиле морского курорта. Плетеные кресла с голубыми подушками, белые деревянные столы, занавески с изображением морских звезд. С кресла, стоявшего у камина, поднялась женщина. Другая повернулась от плиты, откуда доносились пряные запахи из трех кастрюль. Лоррейн сказала:

– Эллен, это Наджла, твоя медсестра, а это миссис Кэри, которая будет приходить сюда каждый день и заботиться обо всех нас.

Эллен кивнула, но ничего не сказала. Мик внес чемодан Эллен, и Лоррейн указала на самую большую спальню, где стояли две односпальные кровати. На одной лежала подушка в виде розовой черепахи; Кайла, пожалуй, была уже слишком взрослой для таких игрушек. Мик положил чемодан на другую кровать.

У Каро зародилось неприятное подозрение. На комоде в одной из двух меньших спален стояла фотография Наджлы с молодой женщиной, которая так сильно походила на нее, что могла быть только дочерью. В третьей спальне на стене висел большой красочный ловец снов. И эта «миссис Кэри, которая будет приходить каждый день и заботиться обо всех нас…» Нас?

– Лоррейн, ты тоже будешь здесь жить?