Нельсон Демилль – Адское пламя (страница 33)

По правде сказать, для беспокойства не было особых оснований, если не считать, что Харри не ответил на сигнал пейджера. С одной стороны, это все же был уик-энд, а агенты, как всем известно, частенько забывают свои пейджеры дома. Или, к примеру, пребывают во время вызова в шумной компании в баре или, наоборот, в тихой компании в постели, где сигнал пейджера можно и не услышать. Но с другой стороны, Харри ведь был на задании.

— Может, вся проблема в плохом приеме, — предположил я.

Уолш кивнул:

— Когда я приехал сюда, в восемь, то первым делом просмотрел записи в журнале дежурных за весь уик-энд и обнаружил запись, оставленную Кеном Рейли по поводу Лори Баник и Харри Маллера. Я не слишком беспокоился, но позвонил Харри на сотовый и послал вызов на пейджер. Потом перезвонил мисс Баник и переговорил с ней. Затем сделал еще несколько звонков, включая местное отделение ФБР в Олбани, и попросил тамошнего начальника, Гэри Мелиуса, начать поиск пропавшего агента, хотя, как я понял, он был не совсем уверен, действительно ли детектив Маллер пропал при исполнении служебных обязанностей, а не по собственной воле. Как бы то ни было, шеф местного отделения уведомил полицию штата, а те, в свою очередь, должны были сообщить об этом местной полиции, которая лучше знает район, но не располагает приличными людскими ресурсами. Они сейчас проверяют местные больницы, но пока среди поступивших туда не обнаружено никого с таким именем и никаких неопознанных пострадавших.

Он посмотрел на Кейт, потом на меня, пытаясь определить, как я полагаю, нашу реакцию и, видимо, экстраполировать оценку его немедленных действий людьми, стоящими выше на иерархической лестнице.

— Полиция штата, — продолжал он, — прогнала фамилию Харри через компьютер в поисках жертв дорожно-транспортных происшествий. У них есть данные о его машине — марка, модель, цвет, номер. Но пока машину не обнаружили — последнее сообщение поступило пятнадцать минут назад. Однако там совершенно дикие места, огромные пространства, так что это может занять немало времени, даже если машина еще в тех краях.

Кейт спросила:

— А его сотовый телефон или пейджер как-то реагируют на вызовы?

— Телефонная компания проверяет это. Пока что ответ отрицательный.

Как следовало из нашего с Харри разговора, предполагалось, что в понедельник он будет здесь. Но Уолш пока об этом не упоминал, и я осведомился:

— Харри ведь должен был сегодня вам доложиться, так?

— Да. По идее он должен был сдать в техотдел полученное оборудование и диски с цифровой камеры не позднее девяти утра, а потом явиться ко мне с отчетом.

— И тем не менее вы все еще не начали беспокоиться по-настоящему.

— Я озабочен. Но меня бы не удивило, если бы он позвонил или вошел сюда прямо сейчас.

— А меня бы удивило. Харри Маллер не имеет привычки пропускать назначенные визиты к начальству.

Уолш не ответил.

Я не испытываю восторга от руководства в стиле «завтра-завтра, не сегодня», которого придерживается Том Уолш, однако новый парень на подобном месте всегда будет соблюдать осторожность и не станет звонить директору ФБР с сообщением, что небо вот-вот упадет нам на головы.

И конечно же, проблема имела еще одну сторону: сам клуб «Кастер-Хилл». Если бы Харри Маллер охотился в лесу на Абдула Садами[12] и при этом пропал, реакция была бы совсем другой.

И еще одно. Рассуждая цинично, будь Харри Маллер агентом ФБР, а не бывшим копом из нью-йоркской полиции, реакция последовала бы незамедлительно, несмотря на праздничный уик-энд. Строго говоря, агент Кен Рейли мог бы позвонить Тому Уолшу еще в воскресенье вечером. Не то чтобы безопасность полицейского менее важна, чем безопасность агента ФБР, — скорее здесь сыграла роль неважная и отчасти заслуженная репутация нью-йоркских копов, которых многие считают не в меру свободными индивидуальностями.

— Как вы полагаете, — спросил я Уолша, — исчезновение Харри напрямую связано с его заданием?

У Уолша уже имелся ответ:

— Мне бы не хотелось гадать по поводу причин его исчезновения, но если бы я этим занялся, то не исключил бы, что с Харри случилась какая-то неприятность. Там миллионы акров диких лесов, так что он мог заблудиться или с ним произошел несчастный случай: сломал ногу, попал в поставленный на медведя капкан, нарвался на медведя. Со слов шефа отделения в Олбани, понятно, что тамошний народ иной раз охотится не в сезон. Харри наверняка был в камуфляже и мог попасть под случайный выстрел. Там полно всяких опасностей. Потому-то эти места и называют дикими.

— И именно потому это была не самая лучшая идея — посылать туда одного человека, — заметила Кейт. — Следовало послать двоих.

— Задним числом вы, видимо, правы, — согласился Уолш. — Но я проводил десятки подобных заданий со слежкой в сельской местности силами одного-единственного агента. Адирондакские горы ведь не африканские джунгли.

— Но вы же сами только что сказали…

— Не надо высматривать здесь второе дно. Это обычная работа по стандартному сценарию, и мы никогда его не обсуждали, если на задание отправлялся Джон. Давайте лучше займемся более неотложными проблемами.

Я решил, что самая неотложная проблема — это сам Уолш, и ударил в лоб:

— Том, а что собой представляет этот клуб «Кастер-Хилл»?

Он немного подумал, прежде чем ответить.

— Не вижу, какое это имеет отношение к поискам Харри, но если вам так хочется узнать… Насколько мне известно, а известно мне не много, это частный и абсолютно эксклюзивный охотничий и рыболовный клуб, членами которого являются по большей части очень богатые и могущественные люди.

— Вы также говорили, что они обладают значительным политическим влиянием.

— Так мне сказали. Можно утверждать, что в него входит половина Вашингтона и Уолл-стрит.

— А откуда эта информация?

— О подробностях не спрашивайте. Уверен, что полный и подробный список членов клуба не подлежит разглашению, вот поэтому кое-кто из министерства юстиции пожелал установить за ним наблюдение и проследить за намеченной встречей.

— Кто именно?

— Вообще-то вас это не касается.

— Хороший ответ, — кивнул я, вспомнив подробности сообщения, отправленного Харри своей подружке.

— А что Харри должен был делать в аэропорту? И в каком именно аэропорту?

Уолш заколебался, но все же ответил:

— Это Адирондакский региональный аэропорт. Кое-кто из намеревавшихся принять участие в клубном собрании в этот уик-энд, вероятно, мог прибыть коммерческим рейсом — там имеется местное воздушное сообщение. Харри следовало поехать в воскресенье в этот аэропорт и заполучить копии списков прибывших пассажиров.

Я снова кивнул. Уолш забыл упомянуть, что списки пассажиров можно заполучить в любом другом месте, где у данной авиакомпании имеется свой компьютер, или даже прямо отсюда, из дома двадцать шесть по Федерал-плаза, если компания пойдет навстречу. А посему Харри явно требовалось точно установить, кто именно прибыл на частных самолетах или чартерными рейсами. А кроме того, наверняка еще и проверить взятые напрокат машины и заполучить копии договоров проката — по ним нетрудно потом определить, кто принимал участие в этом собрании. Похоже, мне придется выяснить все это самому.

Как бы то ни было, Том Уолш поменял тему разговора.

— Полиция штата располагает поисковым самолетом с инфракрасными датчиками для выявления крупных живых или недавно умерших организмов. У них большой опыт в поисках пропавших в лесу людей.

— Это хорошо. — Теперь настала моя очередь изменить тему беседы. — Вы, кажется, сказали, что это обычное задание, и тем не менее оказались здесь в праздничный день, чтобы встретиться с Харри и получить его отчет. А техотдел наверняка тоже открыт, чтобы забрать диски его цифровой камеры и видеопленку, которые, насколько я понимаю, будут немедленно переданы в Вашингтон вместе с данными, полученными в аэропорту.

— К чему вы ведете?

— С чего это вдруг возникла столь срочная необходимость следить за этим клубом?

— Не имею понятия. Я просто выполняю приказ, как и вы… хотя вообще-то вы не всегда выполняете приказы. Но я выполняю. — И тут же дал мне совет: — Вам следует задавать только те вопросы, которые могли бы помочь вам в выполнении ваших заданий. — И еще добавил: — Наша задача — собирать информацию, разведданные. Иногда мы знаем, для чего, иногда — нет. Порой нам велят действовать на основании этих разведданных, порой поручают кому-то другому.

— И давно это продолжается?

— Довольно давно.

Обычное столкновение интересов ФБР и полиции, что, я уверен, мешает всем.

Кейт сказала Уолшу:

— Том, я работала с нью-йоркскими полицейскими с тех пор, как оказалась в составе нашей оперативной группы, и многому у них научилась. А они многому научились от нас.

В принципе у ФБР я не слишком многому научился, а вот ЦРУ — совсем другое дело.

— После одиннадцатого сентября, — продолжала Кейт, — нам нужно мыслить по-иному, задавать любые вопросы, спрашивать обо всем, что нас заинтересовало, и даже противоречить вышестоящему начальству, когда нас что-то не удовлетворяет.

Уолш некоторое время изучающее смотрел на нее, потом подвел итог своим наблюдениям:

— Мне кажется, кое-кто подает вам дурной пример.

— Нет. Просто у меня изменился образ мыслей после случившегося год назад.

Это Уолш пропустил мимо ушел и предложил: