Нелли Штерн – Яблочко раздора в академии невест (страница 2)
Только оказавшись в ректорских покоях, смог немного расслабиться. Стащил узкие брюки и рубашку, переоделся в одни свободные мягкие штаны и блаженно выдохнул, вытянувшись в любимом кресле в кабинете. Ведь мне не показалось искреннее удивление, на мгновение промелькнувшее на прекрасном лице, когда она очнулась в своей комнате. С чего бы? Не думала, что придет в себя в собственной постели? Не думала, что вообще придет в себя? Или что-то третье?
А дерзкая какая! Я мечтательно закатил глаза, вспоминая, как огонек перечила мне, вместе с тем жадно скользя пылающим взором по моему лицу и плечам. Восхищалась! Раньше лишний раз не смела даже вскользь посмотреть на меня, теперь же бросала вызов. Змей елейным голоском нашептывал, что знает много способов, как утихомирить яркую строптивицу и вынудить ее сладко мурлыкать.
«Лучше бы помог успокоиться!» – рыкнул недовольно на вторую ипостась. «Кто-то сумел проникнуть в академию, и нам необходимо выяснить, как. Думаю, нападение на Шиану – только начало».
Я намеренно не стал волновать девушку еще больше, заверяя, что попасть на территорию Межрасовой Магической Академии Шандолы без моего позволения невозможно. Все преподаватели вместе с моей личной проверкой были рекомендованы имперской службой безопасности. Адептки? Они, конечно, те еще штучки, но пакостят только в своем кругу и без особого членовредительства. А следы на нежной белоснежной коже госпоже Нарвус принадлежат мужчине. И это большая проблема.
Невидяще смотрела в каменную стену, чувствуя бесконечный холод. Меня трясло словно в лихорадке. В одну секунду лютая стужа сменилась невыносимым огнем. В груди все сильнее разгорался жар, он вот-вот должен был прожечь дыру насквозь. В голове вспышками проносились чужие воспоминания. Счастливая семья: отец, мать и две дочери. Они не жили богато, но и бедствовали. У старшей был приличный магический дар и большой талант к зельеварению. Родители вложились в образование девочки и со временем все окупилось с лихвой. Их лавка пользовалась большой популярностью. Но все рухнуло в один момент, когда отец связался с опасными людьми (людьми ли?) в надежде легкой наживы.
Глава 2
Он должен был всего лишь вынести из одного богатого дома некую вещицу, и за это господину Нарвусу обещали выплатить весьма приличную сумму. «Почему это не мог сделать кто-то другой?» – спросите вы. Все просто, отец Шианы был мастером по магическим замкам и плетениям. Его весьма обширная практика в артефакторике была бесценной. Папа согласился вскрыть замок, но предварительно решил подстраховаться и потребовал магическую клятву, которая, как он думал, обезопасит его и семью, но просчитался. При попытке ограбить дом наместника императора (об этом узнали позже), господин Нарвус погиб, а сразу после похорон явились его наниматели и потребовали вернуть долги отца. Сумма, к слову, была огромной. Они предъявили закладную на дом и лавку зельевара и выставили мать с двумя детьми из дома. Стражи правопорядка в ответ на заявление безутешной женщины только плечами пожимали. Сделка была проведена законно, оспорить ее невозможно, разве что у несчастных не завалялось где-нибудь несколько тысяч золотых монет.
В небольшом городке, где жила некогда благополучная семья, больше им делать было нечего. Дочери и супруга преступника – клеймо на всю жизнь. Тогда, все взвесив, они решили перебраться в столицу. Денег едва-едва хватило, чтобы добраться до Санэги и снять крошечный домик на самой окраине. Шиана устроилась на работу в столичную лавку зельевара средней руки, а мать – в небольшую таверну. Поначалу было очень тяжело, но постепенно все вошло в привычную колею. Только вот мать так и не смогла смириться с гибелью любимого и единственного супруга и день ото дня угасала. Даже дочери не смогли удержать убитую горем женщину на этом свете. Буквально через полгода она тихо умерла во сне, оставив младшую семилетнюю дочь, только начавшую обучение на ее старшую сестру. Шиане было всего тридцать два (в мире, где магия является частью обыденности, это вовсе не возраст), когда она была вынуждена взвалить на свои хрупкие плечи заботу о младшей сестре. Денег катастрофически не хватало, и тогда ей на глаза попалось объявление в магическом вестнике: в Межрасовую Магическую Академию Шандолы требовался преподаватель по зельеварению. Уж об этом предмете Шиана знала все. Родители всегда поощряли увлечение дочери. Она училась у лучших магов не только в их захолустье и соседних районах, но и в самой столице. Именно тогда девушка получила патент на право преподавания и даже приобрела небольшой опыт в этой сфере.
В итоге Шиана решила рискнуть и попытать свое счастье. Перед собеседованием она ужасно нервничала, но с честью выдержала испытания, подтвердив свою квалификацию. И все бы ничего, если бы не ректор, который пугал девушку до жути (странно, а мне он не показался таким уж страшным, это ведь именно Фабрициус нашел меня в коридоре и принес в комнату). У Шианы не было другого выхода, как пристроить младшую сестру в интернат для одаренных детей. Ее искра обещала развиться до весьма впечатляющих высот. У нее было будущее, и старшая сестра намеревалась во что бы то ни стало ей его обеспечить. По мне, так участь красивого инкубатора для детей высокородных, особенно учитывая пропасть в социальном происхождении, – не то будущее, к которому стоит стремиться, но кто я такая, чтобы судить. Жалование преподавателя академии позволяло оплачивать обучение Сайе и по-прежнему снимать крошечный домик, где они проводили выходные вдвоем. Шиана часто жалела, что ее собственный уровень магии не дотянул до необходимого минимума, чтобы стать завидной невестой. Но, может, сейчас это и к лучшему.
Странно, но преподавание тяготило девушку, и следующее воспоминание показало мне, почему. Дело в том, что аристократки, с детства не знающие ни в чем отказа, да еще и с редким уровнем магии в большинстве своем были избалованными. Они ни во что не ставили людей ниже себя по положению. Все преподаватели принадлежали к высшему свету, и только Шиана была из простых, о чем ей напоминали чуть ли не на каждом занятии. А госпожа Нарвус слишком держалась за свое место, чтобы спорить. Так и тянулись унылые будни. Дальше все размыто. И вот опять…
Вечер. Парк в академии. Шиана не спеша прогуливалась в дальней почти не ухоженной его части, больше напоминающей лес. Из-за широкого дерева выступила странная, явно мужская фигура, выглядевшая словно размытое темное пятно. Шиана долго плакала после этого визита. Ей угрожали жизнью сестренки. Она отказывалась выполнить то, что от нее требовалось и постоянно искала выход, но он не находился. Решив напомнить о себе бедняжке, заказчик снова явился. Он встретил девушку прямо в коридоре преподавательского крыла и в ярости убил прошлую хозяйку этого тела. А я, похоже, заняла вакантное место, и заодно прицепом пошли все проблемы.
Сознание прояснилось, нестерпимое жжение в груди отступило. Тяжело привалилась к спинке кровати. Для начала следовало успокоиться и убедиться, что с маленькой сестрой Шианы все в порядке. Кроме того, нельзя чтобы кто-то понял, что госпожи Нарвус больше нет в живых, особенно ее убийца. Нужно как-то устраиваться в этом мире. Уже завтра предстоит вести занятия, а в голове сплошной туман. Возможно, записи Шианы помогут освежить воспоминания? Взяла со стола толстую тетрадь в богатом кожаном переплете и стала листать. Память этого тела была довольно выборочной, но неожиданно полной во всем, что касалось профессиональных навыков и ближайшего прошлого. Остальное было лишь урывками, как лоскутки, из которых еще только предстоит сшить большое одеяло, скрупулезно подбирая кусочки сложнейшей мозаики. Мои же собственные воспоминания стали серыми и мутными, будто я смотрела на саму себя там, в другом мире, через многовековой слой пыли. И это было страшно: терять себя настоящую, становясь кем-то другим. Все, что было важной частью моей жизни: родные и близкие, друзья, работа, увлечения, яркие картинки прежней по-своему счастливой, но одинокой жизни, все это сейчас бледнело, становясь менее внятным, словно круги на воде. Черт! Я даже не помню, что именно произошло со мной там! И сейчас кто-то старательно вымарывал и те крохи, которые еще остались.
Уснула с тяжелыми мыслями, чтобы утром проснуться от жуткого воя. Чужая память услужливо подкинула знания, что это всего лишь будильник. Кошмар! Голова гудит! Удивительно, как с таким подъемом тут еще все заиками не стали?
Кряхтя, поднялась с кровати и протерла глаза. Тело болело, мышцы противно тянуло, будто я всю ночь провела в спортзале, кости ломало, как при сильной простуде, в горле першило. Осторожно коснулась шеи и едва не застонала. Похоже, мне все-таки придется навестить местного целителя. Поверхностно дышала ртом, стараясь переждать приступ тошноты. Виски прострелило, и я упала на кровать, уносясь на сей раз в свои собственные воспоминания.
– Светлячок! Просыпайся, детка! – нежно шептал на ухо голос мамы.
– Ну мамуля! – протяжно выдала я из-под одеяла. – На учебу мне сегодня не надо.
– Давай-давай! Выбирайся! – не согласилась родительница. – Ты же помнишь, мы с папой сегодня уезжаем на неделю к родственникам. Пойдем, позавтракаем вместе.