Нелли Мёле – Испытание дружбой (страница 36)
– Делать нечего. Надо спеть одну из версий, которые мы репетировали.
– Но какую именно? – прошептал Нелио, и на лице его было написано отчаяние. Ему не нравилось выступать перед публикой так же сильно, как и мне. Да и вообще быть в центре внимания.
Но тут инициативу в свои руки взяла Феа и шагнула вперёд. Она тряхнула своей длинной медно-рыжей копной волос, откашлялась и затем объявила:
– Отряд «Аваности» готов исполнить гимн аваностов, – она слегка поклонилась и с улыбкой повернулась к нам. – И начнём мы с торжественной версии!
– В стиле церковного хора? – шёпотом уточнила я.
– Да, – одними губами ответила Феа, параллельно расставляя нас в ряд. Я закрыла глаза и попыталась абстрагироваться от смотрящих на меня зрителей.
– Раз, два, три, – тихо сосчитала Феа.
И мы запели.
Наши голоса разносились по всему Хёлленталю, эхом отражаясь от камней. Мы чудесно дополняли друг друга, поскольку у всех четверых были разные тембры. И звучал гимн в тысячу раз лучше, чем во время репетиций в подвале Эрики. Когда последний звук затих, и я медленно открыла глаза, стояла полная тишина. Все смотрели на нас в изумлении, никто не проронил ни слова.
– Что ж, – сказала наконец Хранительница. Казалось, она немного смущена. – Это была… хм, довольно интересная интерпретация нашего традиционного гимна.
– У нас не было мелодии к тексту, – сказала я, чувствуя, что краснею.
– Ох, – воскликнула Люсия. – Я ведь действительно дала вам лишь копию текста и совсем не подумала, что вы не знаете мелодию!
Феа снова сделала шаг вперёд. Я попыталась удержать её за куртку, но её было уже не остановить:
– У нас готова ещё одна версия, которая придется по вкусу представителям нашего поколения.
Феа, как всегда в своём стиле, даже не заметила, что наших ровесников в толпе и не было. Повернувшись к нашей группе, она подняла руки на уровень груди и начала читать рэп. Её голос эхом разносился по узкому ущелью, а волосы развевались, когда она энергично пританцовывала, размахивая руками. Мы поначалу даже растерялись, но достаточно быстро к рэпу Феи подключился Милан, а на третьей строчке присоединились уже и мы с Нелио. И что сказать: сейчас, когда я с ходу вошла в ритм и абстрагировалась от окружения, было почти так же весело, как и на репетиции.
На этот раз, когда мы закончили, кто-то даже тихо крикнул «Браво!» Раздались сдержанные аплодисменты.
А потом вперёд вышел Нелио и звонким голосом запел первую строчку гимна. Допев её почти до конца, он повернулся ко мне и кивнул. Я вдохнула поглубже и начала первую строчку, в то время как Нелио был уже на второй. Канон получился тоже невероятно красивым, хоть мы и пели достаточно монотонно, но звучало всё прекрасно, почти как в исполнении хора.
На этот раз в конце нашего выступления Хранительница хлопнула в ладоши и сказала:
– Думаю, вы доказали, что хорошо знаете текст нашего священного гимна. В Хрониках не уточняется, какой должна быть мелодия. Вы молодцы, подошли к делу творчески и представили свою оригинальную версию гимна. Благодарю.
Я увидела, как несколько человек в первом ряду одобрительно кивнули.
– Это было потрясающе! – воскликнул мой отец.
И я почувствовала, как во мне разгорается настоящая искра гордости. Мы справились с данным нам заданием. И вот эта часть церемонии позади, и все довольны.
Затем снова заговорила Хранительница:
– Традиционную мелодию вы ещё узнаете. Но поскольку время поджимает, сейчас мы переходим к следующей части церемонии, самой важной.
Она развела руки в стороны. Сразу стало тихо-тихо, лишь плеск источника доносился до наших ушей. Закрыв глаза, Люсия провозгласила:
– Атрибуты аваностов лежат здесь, на алтаре. Все пять племён представлены.
Какой торжественный, какой невероятный момент!.. Наконец-то нас примут в общину.
Как раз в эту секунду что-то зашумело высоко над нашими головами. Он летел с неба прямо на нас. И вот к ногам Хранительницы плюхнулся тёмный комок перьев.
Все испуганно ахнули. Люсия сделала шаг назад и врезалась в каменный стол. Аваност, да, это был он. С трудом выпрямившись, он закрыл свой медальон, и через несколько секунд перед нами предстал израненный Арне Ястреб. Один рукав его рубашки был оторван и болтался на тонких ниточках, брюки все были запачканы. Но хуже всего было его лицо: оно было всё в крови, один глаз заплыл и едва открывался.
Все тут же заговорили наперебой, заглушая Арне. Он поднял руки вверх и из последних сил выкрикнул:
– Он здесь!
Поднялась суматоха. Некоторые засыпали Арне вопросами, некоторые с криками побежали прочь, крепче сжимая свои медальоны.
Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что происходит.
– Ксавер сбежал, – прохрипел Арне, в то время как мать Нелио вытирала ему кровь носовым платком. – Он, должно быть, заметил меня, а потом напал со спины и сбил с ног.
В моей голове всё начало кружиться.
24
Ожесточённая битва
Страх разом пронзил всех до единого. Первые аваносты, хлопая крыльями, поднялись в ночное небо.
– ТИШИНА! – внезапно проревел громовой голос. Я сразу узнала этот голос, так как, услышав его единожды, забыть его было уже невозможно.
Доносился он со стороны склона позади нас. Там было так темно, что даже приблизительно угадать очертания крутого подъёма к источнику было невозможно. Но вот из мрака прямо на нас вырвалась тёмная тень, остановившись за алтарной каменной плитой, которая служила неким барьером между ним и другими аваностами. Ксавер Беркут!
В его тёмных глазах, оглядывающих толпу, отражалось сияние факелов.
Золотой медальон лидера, размером с куриное яйцо, висел у него на груди. Драгоценный синий камень, казалось, светился изнутри.
Толпа на маленькой площади перед пещерой замерла. Как будто Ксавер произнёс заклинание, и все обратились в камень. Мне даже пришлось ненадолго прислушаться, бьётся ли моё сердце. Потому что я была не в состоянии ни моргнуть, ни сглотнуть от ужаса.
Ксавер возвысил голос:
– Какая прелесть: кажется, все аваносты Зоннберга собрались здесь сегодня. Вы отлично поработали, – его взгляд скользнул по Люсии и моему отцу, который всё ещё стоял с нами, детьми, и Хранительницей у алтаря. – Спасибо за это, теперь хлопот будет меньше, – он мерзко рассмеялся. – Вы так добры, так добры… И, видно, последний ум потеряли. Вы действительно верите, что четверо детей смогут свергнуть меня, Ксавера Беркута, самого могущественного лидера аваностов за всю историю? Как нелепо! – он снова противно рассмеялся. Его смех подхватило эхо в узкой долине и вернулось к нам как пощёчина. Во всяком случае, я это так почувствовала.
Люсия стояла перед ним прямо, осторожно поправляя корону из перьев.
– Именно так, Беркут, – ответила она, и голос её звучал властно. – Эти четверо детей будут приняты в общину сегодня ночью. А потом мы лишим тебя лидерских полномочий. Потому что, как ты наверняка знаешь из Хроник, для того чтобы провести этот ритуал, нужны молодые аваносты из каждого племени.
Ксавер небрежно похлопал рукой по старой книге, лежащей перед ним на алтаре:
– Многоуважаемой Хранительнице следовало бы внимательнее читать Хроники. Потому что в них сказано, что собраться должны юные представители всех пяти племен со своими медальонами и магическими атрибутами. Я же вижу здесь лишь четверых молодых аваностов с четырьмя медальонами!
По толпе прокатился ропот.
Сама не знаю, откуда во мне вдруг взялась такая смелость. Видимо, мне нужно было выплеснуть накопленную за последние несколько недель ненависть, которую я испытывала к этому человеку. Во всяком случае, я сказала громко и чётко, обращаясь ко всем аваностам:
– Меня зовут Кайя Среброкрылая. Я потомок двух племён. Моя мать Ава из племени снежных аваностов, и от неё я получила волшебные волосы горностая. Мой отец – лесной аваност, и его родня передала мне перо сойки.
Когда я замолчала, я даже не ощутила того ненавистного жара, который обычно заливал моё лицо, когда мне приходилось выступать перед большим количеством людей. Ксавер уставился на меня ненавидящим взглядом.
– Кайя Среброкрылая, – прошипел он. – А я тебя недооценил. Мне следовало давным-давно запереть тебя в пещере со всеми сокровищами аваностов.
Из толпы появилась моя мама:
– Хватит угрожать моей дочери! – крикнула она. – Сегодня мы лишим тебя полномочий лидера, ты пришёл к власти незаконно!
Ксавер снова громко рассмеялся.
– Никак собираешься передать дочери свой медальон снежного аваноста, Ава? И сама останешься без него? Потому что одного её медальона будет недостаточно, чтобы лишить меня полномочий лидера!
Люсия успокаивающе подняла руку, а затем взяла меня за руку и потянула за собой.
– Ты прав, Ксавер, ты недооценил Кайю Среброкрылую. Она особенная, и последний подобный ей аваност родился триста двадцать пять лет назад.
По толпе снова прошёл ропот. Ксавер прищурил глаза из-за алтаря, но не произнёс ни звука. Люсия повернула меня так, чтобы я могла смотреть ей прямо в глаза, и шепнула:
– Прости, мне нужно ненадолго тебя преобразить.
Ещё до того, как я осознала смысл сказанного, всё вокруг зашумело и завращалось. И в следующий миг я, уже в облике птицы, оказалась рядом с Хранительницей, и мне пришлось поднять голову, чтобы посмотреть на неё. Но она взяла меня с земли и усадила на алтарь, между Хрониками и большими свечами.