Нелли Игнатова – Время любить. Вторая любовь (страница 8)

– Ой, не ври, я сама его два раза всего видела! – взъелась Таня.

– А знаете что? Приходите завтра к нам в гости. Познакомитесь с моим мужем. Устроим небольшой пикничок в лугах, а? – предложила Маша. – А сейчас, Макс, сделай милость, иди, погуляй, дай посекретничать с подругой!

– Танюсик, неужели у тебя есть от меня тайны? – шутливо спросил Максим, пытаясь заглянуть Тане в лицо.

Та смутилась, ничего не ответила и снова отвернулась от Максима. Маша пришла на выручку:

– У неё, может, и нет, а у меня есть, – и она снова оттолкнула Максима.

Он отошел и присоединился к группе ребят, собравшихся на другом краю поляны.

Маша с Таней продолжили беседу.

– Наверное, зря я такая любопытная, – вздохнула Таня. – Не надо было выспрашивать у вас, как это происходит. Ничего не знала бы, и думала бы, что так и должно быть. Я ожидала другого... Макс всегда был такой вежливый, нежный, ласковый... Мне всегда нравилось целоваться с ним. А тут он как с цепи сорвался. Кинулся раздевать меня, даже свет не выключил. Ну, естественно, я не позволила при свете. Мы чуть не поругались, потому что он не хотел выключать... Но всё-таки, в конце концов, выключил, когда я чуть не заплакала. А потом мне было противно и очень больно. Я целую неделю потом не давала ему ко мне прикасаться. Он обиделся, мы опять чуть не поссорились... Пришлось разрешить, чтоб не ссориться больше. А сегодня утром я поняла, что беременна. И обрадовалась, представляешь, не тому, что у меня будет ребёнок, а тому, что теперь можно не спать с Максом.

– Так он еще не знает, что ты беременна?

– Нет. Я тебе первой сказала. Но вечером и ему скажу: «Извини, дорогой, но мне больше нельзя. Я беременна».

Маша на минуту задумалась. Она жалела подругу, и хотела помочь. Но как?..

– Скажи, Машка, только честно: тебе правда нравятся интимные отношения, или ты, Олька и Ленка все врёте? – после недолгого молчания спросила Таня.

– Мне правда это нравится, – ответила Маша. – И я не могу понять, почему не нравится тебе. Может, потому, что у вас всё происходит слишком быстро? Сколько времени вы тратите на это?

– Ну, минут десять, – пожала плечами Таня. – А по мне, так чем быстрее, тем лучше. А вы сколько?

– Часа полтора – два примерно.

– Два часа? – изумилась Таня. – Что вы делаете так долго?

– Ну, как что?.. Целуемся, ласкаем друг друга, смотрим друг на друга...

– Так вы что, свет не выключаете?! – еще больше изумилась Таня. – Ты разве не стесняешься?

– Конечно нет. Лёшка же мой муж, а не какой-то чужой мужчина. Мы даже днём иногда этим занимаемся, если очень хочется.

– Но это неприлично...

– Танька, ты же не стесняешься раздеваться на пляже почти донага! – воскликнула Маша. – Где полно незнакомых мужчин. А раздеться перед собственным мужем стесняешься, когда вы одни!

– На пляже я раздеваюсь не донага! – возразила Таня. – И там все раздеты точно так же, как я!

– Так попроси Макса тоже раздеться, – простодушно предложила Маша. – А лучше сама его раздень.

– Машка! Как я могу! – возмутилась Таня.

– Танька! Я тебя не узнаю! Это же ты всегда мне говорила, что я веду себя слишком скованно! А теперь сама так себя ведёшь, и с кем? С собственным мужем! Позволь ему посмотреть на тебя, ты же не уродина, никаких физических изъянов у тебя нет, чего стесняться? Пусть он потрогает и погладит тебя везде, где ему хочется, и сама сделай то же самое. Увидишь, тебе понравится.

– Я так не могу, – категорично проговорила Таня.

– Если любишь Максима, сможешь, – ответила Маша столь же категорично. – Попробуй сегодня же, – добавила она, увидев, что к ним направляется Максим.

Максим подошёл и увел Таню танцевать. Маша наблюдала за ними. Макс, как всегда, вел себя безупречно: был ласков и нежен, и пытался развеселить жену. А у нее по-прежнему было кислое выражение лица. Маша смотрела на Максима и гадала, надолго ли хватит его терпения, если Таня продолжит кукситься.

На следующий танец Максим пригласил Машу.

– О чем вы с Танюшкой разговаривали? – спросил во время танца.

– Так, просто болтали. Ты же знаешь, как женщины любят болтать.

– Послушай, Маша, я не из простого любопытства интересуюсь, – озабоченно проговорил Максим. – Я беспокоюсь за Таню. Она всё время какая-то невесёлая. Может, больна, она тебе не говорила?

– Нет, она здорова. А давно она невесёлая?

– Да практически с самой свадьбы, уже два месяца.

– Может, ей что-то не нравится в ваших отношениях?

– Маш, ну о чем ты говоришь?! – возмутился Максим. – Да я же всё для нее, что ни пожелает! Хочет новое платье – пожалуйста, хочет фруктов, или мороженого – пожалуйста! В гости к маме – пожалуйста! Я же ей ни в чём не отказываю, всё время Танюша да Танечка... Чем она еще может быть недовольна?

– Может, ей кажется, что ты её не любишь?

– А может, это она меня не любит? – обиделся Максим. – До свадьбы такая нежная была, такая ласковая, весёлая... а после как подменили. Всё время какая-то недовольная... А я всё равно её люблю. Я готов горы свернуть, лишь бы она была счастлива.

– Не надо горы, Макс, – улыбнулась Маша.

– Ну, а что делать-то? Может, посоветуешь? Вон ты какая, прямо светишься вся. А Танюшка говорит, что счастлива, а сама грустная...

– Совет, говоришь, дать? – спросила Маша. – Хорошо. Просто не торопись.

– Что ты хочешь этим сказать? – не понял Максим.

– Только то, что сказала. Не торопись. Дай Тане к тебе привыкнуть, опыта набраться... ты ведь у неё первый. Ну, понимаешь?

– Кажется, да...

Танец закончился, и Маша отошла от Максима. Поговорила с Наташей, с Леной, с другими девушками и парнями, потом к ней снова подошла Таня.

– Как думаешь, Макс обрадуется, когда я скажу ему про ребёнка? – задумчиво спросила она.

– Думаю, да, – кивнула Маша.

– Но если я скажу ему, нам нельзя будет продолжать интимные отношения, – сказала Таня.

– Почему нельзя? – удивилась Маша.

– Это может повредить ребёнку.

– А пока ты не знаешь, что беременна, это не вредит? – усмехнулась Маша.

– Машка, я же серьёзно!

– Танечка, не бойся, на раннем сроке можно заниматься любовью без всяких ограничений. У тебя же медицинское образование, неужели не знаешь этого?

– Мы это не проходили. А ты откуда знаешь?

– Прочитала в книжке «Пособие для начинающих интимную жизнь».

– Ты что, разве такие есть? – не поверила Таня. – И где ты взяла такое пособие?

– Честно говоря, уже не помню, как эта книга называлась, но на пособие очень была похожа. В библиотеке её не возьмёшь и в магазине не купишь. А мне еще на втором курсе девчонки в общежитии дали почитать на одну ночь, – ответила Маша и добавила: – Скажи Максу о ребёнке сегодня вечером, когда будете ложиться спать. А потом сделай так, как я сказала.

– Но я всё равно не смогу... при свете! – сказала Таня.

– Необязательно при ярком свете, – ответила Маша. – Зажги ночник или свечи. Полутьма так романтична! Мы с Лёшкой, например, в первый раз смотрели друг на друга при свете костра.

– Ладно, попробую, – решилась Таня. – Мы с Максом сейчас уже пойдём домой.

– Да и мне пора уходить, – спохватилась Маша.

Они попрощались с оставшимися у костра одноклассниками. Их не отпускали, но после долгих прощаний они всё же ушли. Некоторое время Таня и Максим шли вместе с Машей, потом она свернула на дорогу в Золотавино.

Дорога была пустынна. Маша шла и думала, чем сейчас может быть занят Лёшка. Может, уже лёг спать, а может, сидит с мамой у телевизора, они пьют чай и беседуют. Лёшка быстро подружился с Машиной мамой, и она относится к нему, как к сыну, которого не довелось иметь, но о котором всегда мечтала. И если было время, когда мама сомневалась, что Маша будет счастлива с Лёшкой, сейчас она точно знала, что её дочь счастлива. В данную минуту Маша чувствовала себя счастливой потому, что скоро увидит Лёшку после разлуки, длившейся несколько часов. Но для них даже один час – это долго. Может, сейчас он выйдет ей навстречу, и обнимет так, будто не виделись месяц. А если он уже спит, она разбудит его поцелуем...

Лёшка не встретил Машу, она решила, что он уже спит, и вошла в дом. В гостиной работал телевизор, но комната была пуста. Дверь в Машину комнату была приоткрыта, и оттуда слышалось мамино бормотание. Маша бросилась туда.

Лёшка лежал на кровати, глаза закрыты, дыхание затруднено. Мама сидела рядом, гладила Лёшку по волосам и тихо уговаривала его: «Всё будет хорошо, Алёшенька, всё скоро пройдет».