Нелли Игнатова – Время любить. Вторая любовь (страница 26)

После ужина играли вчетвером, в восемь Маша укладывала детей спать. И начинался долгий вечер вдвоём, плавно переходящий в ночь.

По выходным семья Морозовых отправлялась в гости к бабушке и дедушке, в кино, театр, или в парк на аттракционы. Иногда, оставив детей у родителей, Алексей и Маша шли на дискотеку или в ресторан, а то и просто погулять по вечерним улицам города и побыть вдвоём.

Это было чудесное, счастливое время для всех четверых.

Седьмого мая тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года в день рождения, когда Алексею исполнилось двадцать пять, он пришел на работу, и увидел у дверей кабинета огромные букеты цветов. В кабинете тоже везде были цветы, а на двери плакат с поздравлением в стихах. Поздравление было длинное, в нём говорилось обо всех заслугах Алексея, о которых, оказывается, его подчиненные не забыли, что за свои двадцать пять он сделал столько, сколько иной не смог бы и за пятьдесят. Стихи не везде были хороши, и рифмы порой соблюдались весьма приблизительно, но все слова были от души. Алексей был растроган до слез.

Маше из всего поздравления почему-то запомнились только три последние строчки:

«...пусть дни летят, бегут года,

Мы просим вас, желаем вам,

Таким остаться навсегда!»

Дела в цехе шли нормально, поэтому в августе Алексей с легким сердцем оставил цех на заместителя, и вместе с Машей и детьми уехал в отпуск в Золотавино.

Там их ждала нерадостная новость: за три дня до их приезда в автокатастрофе погибла Наташа Рукавишникова. Они всей семьёй ехали на мотоцикле, а пьяный водитель грузовика не справился с управлением, и выехал на встречную полосу. Наташа каким-то образом успела столкнуть мужа с мотоцикла, и он отделался переломом руки и несколькими синяками. Дети сидели в коляске, и не пострадали, только испугались, а Наташа погибла.

Но, несмотря на это печальное событие, Морозовы отпуск провели отлично: загорали, купались, ходили в лес за ягодами и грибами.

А когда вернулись домой, их тоже ждало неприятное известие: в двенадцатом цехе произошла авария. Разладился промышленный робот, которого Алексей запустил два года назад. Два человека серьёзно пострадали. В случившемся обвинили Алексея, хотя в день аварии он был в отпуске.

Узнав об аварии, он хотел сразу ехать на завод, но стало плохо с сердцем, и он не смог даже выйти за порог. Маша вызвала «Скорую», и Алексея увезли в больницу.

Он проболел десять дней, за это время провели расследование, и выяснилось, что Алексей не виноват. Оказалось, кто-то ввёл в программу неверные данные, а Алексей не мог это сделать, так как его в то время не было на заводе и вообще в городе.

Маша, конечно, была рада, что Алексей не виноват, но ему от этого легче не стало. Его выписали из больницы, но работать он не мог из-за постоянной боли в сердце. Поработав один день, снова на неделю оказался на больничном.

В итоге, в сентябре он провел на больничном в общей сложности три недели, а работал только одну. Вскоре и Маше, и Алексею стало ясно, что он не сможет работать в должности начальника цеха. А без него дела в цехе шли все хуже и хуже. То, что он с таким трудом наладил за два года, разваливалось не по дням, а по часам. Алексей расстраивался, а результатом были боли в сердце.

Из сложившейся ситуации было два выхода: или менять работу, или сделать операцию на сердце.

Менять работу Алексей не хотел, а операции боялся.

Но надо было что-то выбрать, и он решил уйти с завода и поступить в аспирантуру, которую ему предлагали сразу после защиты диплома. Но тогда он решил, что от него будет больше пользы на производстве.

Когда рабочие двенадцатого цеха узнали, что Алексей уходит с завода, они все пришли к его дому и выстроились под окнами, а в квартиру послали делегацию.

Алексея в тот день выписали с очередного больничного, и на следующий день он собирался написать заявление об уходе. Когда Маша сказала, что к нему пришли с завода, он заволновался, и сначала не хотел никого принимать, но передумал.

В комнату вошли Анатолий Иванович, лучший станочник цеха, и Алёна, контролер.

– Как вы себя чувствуете, Алексей Павлович? – спросила Алёна.

– Спасибо, хорошо, – ответил Алексей.

– А мы теперь опять работаем по субботам, – пожаловалась Алёна.

Алексей промолчал, опустив голову.

– Да это ладно, переживём, не сорок первый, – махнул рукой Анатолий Иванович и добавил: – Алексей Палыч, говорят, вы уходите от нас?

Алексей снова ничего не ответил. Маша заметила, как задрожали у него руки, сцепленные на коленях.

– Не уходите, пожалуйста, – попросила Алена.

– Я не могу, – с трудом поговорил Алексей. – Я должен.

– Если это из-за аварии, то напрасно, – сказал Анатолий Иванович. – Вы были не виноваты, мы это знали с самого начала, и сразу об этом говорили. А если мы порой сердились на вас, то простите нас, мы же потом всегда понимали, что Вы были правы.

– Я ухожу не из-за аварии, – медленно проговорил Алексей. – И конечно, не из-за обиды на вас. Я не хочу уходить. Но я должен...

– Не уходите, Алексей Павлович, – сказала Алена. – Мы вас просим все. Взгляните в окно.

Алексей подошел к окну. Пятьдесят человек стояли внизу и с надеждой смотрели вверх, на окна девятого этажа. Алексей прислонился лбом к стеклу и... заплакал.

Маша увела его на кухню, усадила на стул, накапала в стакан валерьянки, вложила стакан в руки Алексею, а сама вернулась в комнату.

– Ну, и зачем вы сделали это? – Маша указала в окно. – Думаете, ему легко было принять решение уйти с завода? Да он жить не может без вашего цеха, чтоб он провалился! Я уже просто не знаю, кого он любит больше, семью или работу, будь она неладна!.. Алексей серьёзно болен, вы это знаете! Он уходит, потому что не может работать на заводе по состоянию здоровья!

Анатолий Иванович и Алёна растерянно переглянулись. Маша хотела еще что-то добавить, но в это время в комнату вошел Алексей. Он был бледен, но взгляд стал решительным и уверенным.

– Я не уйду с завода, – сказал он.

– Спасибо, спасибо, Алексей Павлович! – радостно воскликнула Алёна и кинулась обнимать Алексея, а Анатолий Иванович крепко пожал ему руку.

– Когда вы вернётесь? – спросил он.

– Так скоро, как смогу, – ответил Алексей. – Вы там, пожалуйста, постарайтесь, чтобы я не на развалины вернулся...

– Конечно, мы постараемся! – пообещала Алёна.

Делегация распрощалась и ушла сообщать радостную новость остальным.

– Лёшка, ты сошел с ума! – сказала Маша. – Ты же прекрасно понимаешь, что не сможешь работать в цехе!

– Маша, я очень люблю тебя, и наших детей, очень. Но не могу уйти с завода, – тихо ответил Алексей. – Не могу их бросить... Этот цех... это моё творение, я его практически создал заново из руин... И всё это оставить снова разваливаться не могу и не хочу. Поэтому соглашусь на операцию. После неё я не буду болеть, и у меня на всё будет хватать времени, и на семью, и на работу. Ты согласна со мной, Маша?

– Согласна, – она заставила себя улыбнуться, потому что слово «операция» наводило на неё дрожь. – Если ты уйдешь с завода, то будешь проклинать себя за это всю жизнь... А как же твоя аспирантура?

– Да пропади она пропадом! – махнул рукой Алексей.

Приняв решение пойти на операцию, он успокоился, и даже повеселел. Он вышел на работу на несколько дней, дал ценные советы и указания заместителю, и пошёл «сдаваться». За несколько дней Алексей прошёл все обследования, сдал всевозможные анализы.

– Завтра ложусь на операцию, – объявил он Маше вечером.

– Уже завтра? – испуганно спросила она.

– Не волнуйся, – ответил Алексей. – Операция будет только дня через три-четыре. Такие у нас давно проводят, почти никакого риска нет. И уже через месяц я буду абсолютно здоров.

Маша понимала, что Алексей говорит это, успокаивая скорее себя, чем её. И она постаралась беспечно улыбнуться в ответ.

Уложив детей спать, Алексей и Маша тоже легли. Их путешествие в страну любви началось долгим поцелуем. Они любили друг друга, как в первый раз, страстно и нежно. А потом отдыхали, лежа рядом на влажных от разгоряченных тел простынях.

А когда Алексей снова хотел обнять и поцеловать Машу, она ласково прикрыла его губы ладонью.

– Не надо, милый. Сейчас не время.

– Почему? – спросил он, целуя её ладонь. – Сейчас ночь – самое время любить.

– Тебе надо отдохнуть и выспаться. Ты должен завтра на приёме у врача хорошо выглядеть. А для любви у нас впереди целая жизнь.

– Ты права, как всегда, – со вздохом согласился Алексей. – Но мне не хочется спать.

И они долго лежали без сна, прижавшись друг к другу плечами. Маша услышала, как Алексей вздохнул.

– Ты всё-таки боишься? – спросила она.

– Конечно, – признался он. – Но я принял решение, и не хочу его менять.

– Не думай об операции, – посоветовала Маша. – А думай, что будет после.

И они стали мечтать о том, что будет после. Как у них родятся еще двое детей, еще мальчик и еще девочка. Как купят машину, и её научится водить Маша, потому что Лёшка не может из-за больной спины. Как переедут в новую, трёхкомнатную, нет, в четырёхкомнатную квартиру, а лучше построят дом. В котором у каждого будет собственная комната. А потом родят еще ребёнка, вот только еще не решили, кого, мальчика или девочку, а лучше сразу двух, чтобы близняшки...

Под утро они, наконец, уснули.

Утром Алексей разбудил Машу поцелуем еще до звонка будильника. У него было хорошее настроение.