Нелли Игнатова – Время любить. Первая любовь (страница 11)
– Ой, смотри, – засмеялась она, указав на стену возле двери подъезда. – Опять кто-то написал!
На стене большими буквами мелом было написано:
Лёшка шагнул к стене и хотел стереть надпись.
– Не надо, – остановила его Элла. – Разве это неправда?
– Правда, – согласился он.
– Лёлик, а давай поженимся! – вдруг предложила она.
– Конечно, поженимся, – ответил он, но не очень уверенно. Обоим исполнилось по семнадцать лет, и Лёшка не представлял, как это можно устроить до восемнадцати. Но стоило лишь представить, что после свадьбы они смогут не расставаться, ни на минуту, и даже будут спать в одной постели, ему захотелось сию же минуту бежать в ЗАГС. – Я очень этого хочу. Но мы пока не можем...
– Поженимся, конечно, но не сейчас, – пояснила Элла с улыбкой. – А когда я закончу техникум, и приеду к тебе в Москву. И мы будем жить в столице!
– Договорились, – согласился Лёшка, обнимая и целуя девушку. – Мы никогда не расстанемся, да?
– Никогда-никогда, – словно эхо, повторила она.
ГЛАВА 3. ВЫПУСКНОЙ БАЛ
За несколько дней до начала экзаменов Маша спохватилась, что у неё нет платья к выпускному. В Лебяжском ателье не могли обещать, что сошьют к нужному дню, слишком много было подобных заказов. Придётся покупать готовое, поняла Маша, но ни в одном из двух промтоварных магазинов села не нашла платья, которое бы ей понравилось. Мама дала Маше денег и отпустила в Киров, заверив, что в одном из магазинов большого города подходящее платье обязательно найдётся.
Маша сама точно не знала, какое платье хочет. Она ходила из магазина в магазин, но ничего из того, что видела, не нравилось. Неужели придётся просить выпускное платье у двоюродной сестры? Оно красивое, но уже вышло из моды, ведь Надя окончила школу три года назад.
Маша меланхолично перебирала платья в последнем магазине, который знала в Кирове – комиссионном, недалеко от автовокзала.
Вдруг к ней подошла очень красивая девушка и сочувственно спросила:
– Что, нечего выбрать?
– Ага, – кивнула Маша, тяжело вздохнув.
– А я ничего не покупаю в комиссионках, – чуть презрительно проговорила девушка.
В Лебяжьем не было комиссионного магазина, и Маша ответила:
– Я тоже не покупаю, но мне нужно платье на выпускной вечер, а ничего хорошего в обычных магазинах не смогла найти. Сплошной ширпотреб. Вот и зашла сюда...
– А что ж ты раньше не подумала? Надо было заказать в ателье месяца три назад.
– Думала, успею, – Маша еще раз тяжело вздохнула. – В любом случае, я не смогла бы объяснить в ателье, какое платье хочу...
– Ладно, помогу, похоже, мы с тобой один размер носим. У меня два платья, оба очень красивые. Хочешь, одно продам?
Они стояли напротив большого зеркала, и Маша сама видела, что у них очень похожие фигуры, только незнакомка чуть выше и одета шикарнее.
– Хочу! – радостно воскликнула Маша. Она решила, что платье наверняка ей понравится, так как девушка в очень модной, красивой и... скорее всего, недешевой одежде. Маша сникла: – Ой, наверное, оно очень дорогое, у меня может денег не хватить...
– Отдашь, сколько есть, – беспечно махнула рукой девушка. – Всё равно я его никогда не надену... Идём, я тут недалеко живу. А ты, наверное, не кировская?
– Да, я из Лебяжьего, – кивнула Маша. – А как ты догадалась?
– Приезжих сразу видно, – ответила девушка и поинтересовалась: – А Лебяжье – это где?
– Это районный центр на юге нашей области.
– А...
По дороге они познакомились. Новая знакомая представилась Эллой.
– А почему у тебя два платья? – поинтересовалась Маша.
– Одно сшила в ателье, – ответила Элла. – А второе из Москвы недавно привезли. Мама сказала, надень то, которое больше нравится, а второе продай. Я так и решила сделать, а в комиссионку пришла, чтобы цены узнать.
Они подошли к дому Эллы. На дверях подъезда белым мелом было жирно написано:
– Ну, я этим хулиганам уши оборву! – сердито сказала Элла, размазав ладонью конец надписи, до слова «любовь». – Идём, Маша.
Они вошли в квартиру, и Элла показала платье. Оно было как раз такое, какое Маша хотела: нежно-розовое, пышное, с оборками, и в то же время не перегруженное деталями – настоящий бальный наряд.
– Нравится? – спросила Элла, заметив, как очарованно Маша смотрит на платье.
– Нравится. А тебе не жалко?
– Нет, потому что другое еще красивее. Но я его не покажу, а то тебе это может разонравиться.
Маша и не настаивала. Ничего красивее она и представить не могла.
Элла попросила пятьдесят рублей, и Маша с радостью отдала их, понимая, что на самом деле платье стоит намного больше.
Она поблагодарила новую знакомую и уже собралась уходить, когда увидела на письменном столе под стеклом цветную фотографию красивого юноши. Элла, перехватив восхищенный взгляд Маши, похвасталась:
– Это мой парень. А у тебя есть друг?
– Конечно, – соврала Маша. – А твоего Алёшей зовут?
– Откуда ты знаешь? – удивилась Элла, и тут же догадалась: – А, да, надпись на дверях... А твоего как зовут?
– Моего тоже зовут Алексей, – сама не зная, зачем, снова соврала Маша.
А почему бы нет? Скорее всего, с Эллой она больше никогда не встретится, и уличать её во лжи будет некому. – Спасибо, ты меня так выручила. Мне пора, а то на автобус опоздаю. Желаю тебе и твоему Лёшке удачи, любви и всего-всего, что вы сами себе желаете.
– Взаимно, – ответила Элла.
Маша шла на автовокзал в прекрасном настроении. Она купила такое платье, о каком мечтала, и теперь точно знала, как выглядит её придуманный Лёшка. Если раньше Маша представляла его похожим то на одного киноартиста, то на другого, то на отца в молодости, неизменным оставались лишь высокий рост, цвет волос и глаз, то теперь она поняла – её «Лёшка» похож на этого незнакомого Алексея.
После раскрытия Машиного обмана два года назад, подруги некоторое время смеялись над ней и не верили, даже если она говорила правду. Но вскоре простили и практически не вспоминали ту историю. Разве что Оля иногда, когда хотела «подколоть». Но Маша о «Лёшке Морозове» не забыла. Только теперь «разговаривала» с ним, когда была абсолютно уверена, что никто не услышит.
У Маши еще остались деньги, и по дороге на автовокзал она зашла в магазин и купила красивое кружевное бельё и новую косметику. Теперь она во всеоружии, и все парни на выпускном будут смотреть только на неё.
*
Маша никому не показала платье до выпускного бала. Подруги увидели его, когда зашли к ней, чтобы вместе идти на вечер в школу. Таня могла подождать, когда за ней зайдут, но не утерпела, и тоже прибежала.
– Ой, Машка, какое платье! – восхитилась она.
На Тане было платье её старшей сестры, окончившей школу два года назад.
– Твоё тоже очень красивое, – сказала Маша.
– Ай, брось! – махнула рукой подруга. – Я хотела другое, но из-за Ларискиной свадьбы у нас очень мало денег. Вот и пришлось в её платье идти. Она его после своего выпускного ни разу не надевала... Надеюсь, его никто уже не помнит, – добавила она жизнерадостно. – На вечере же не будет никого, кто был тогда вместе с Лариской.
Маша понимала, Таня немного расстроена тем, что ей пришлось идти на самый важный в жизни бал в старом платье.
– Оно сидит на тебе лучше, чем на Лариске, – сказала Маша, и Таня сразу повеселела.
– Где достала? – деловито спросила Оля, увидев Машино платье, и в её голосе прозвучала нотка зависти. Хотя Олино платье не хуже.
– Сшила в ателье в Кирове, – ответила Маша. Элла не сказала, какое именно платье продала, но нетрудно догадаться, что сшитое в ателье, а не привезенное из Москвы.