Нелли Игнатова – Время любить. Исполнение желаний (страница 20)
– Нет, нет, Алиса знает, что в её положении вредно принимать снотворное, – возразила Мария. – Но я пойду, спрошу.
– Маша, сейчас полвторого ночи. Алиса спит давно. Утром спросишь.
– Я всё равно пойду. Если она спит, будить не буду. А ты спи. Я скоро вернусь.
Мария вышла из комнаты. Подходя к комнате Алисы и Димы, Мария вдруг заметила полоску света из-под двери комнаты Радика.
«Он не спит так поздно?» – удивилась она и вошла к сыну.
То, что Мария увидела, заставило застыть от ужаса. На столе стоял пустой флакончик из-под её снотворного. Таблетки были выложены в ряд на краю стола. Радик методично брал их одну за другой, клал в рот и запивал водой из стакана. Он был так занят этим, что не заметил мать.
Через мгновение оцепенение прошло, и Мария бросилась к сыну.
– Радик! – она выбила стакан из его руки. – Что ты делаешь? Что ты делаешь?!
Она с такой силой оттолкнула его от стола, что он упал на кровать. Мария принялась обеими руками хлестать его по щекам, плача и повторяя:
– Что ты делаешь?..
Радик не сопротивлялся, голова его безвольно моталась из стороны в сторону. Руки Марии стали мокрыми от слёз, бежавших по щекам сына, и она опомнилась, перестала бить его, схватила за плечи и прижала к себе, дрожа от пережитого страха. Взгляд её упал на стол, где были выложены таблетки. Во флаконе их было тридцать штук. Но сколько осталось на столе, Мария не могла сосчитать от волнения. Она резко оттолкнула сына.
– Радик! Сколько таблеток ты успел выпить?
Мальчик молчал. Мария сильно встряхнула его, снова схватив за плечи.
– Сколько, Радик? Сколько? Отвечай, отвечай!
В её голосе было столько тревоги, что Радик испугался.
– Тринадцать, – чуть слышно ответил он. – Но этого, наверное, хватит... Мама, я теперь умру?
– Нет, нет, конечно, нет, – торопливо ответила Мария, снова прижав сына к своей груди.
Она быстро прикинула, что на вызов «Скорой» уйдёт минут пять, и пройдёт не меньше получаса, пока она приедет. За это время таблетки успеют подействовать. Ничего бы, наверное, не случилось за полчаса, если бы Радик был здоров. Но у него больное сердце. Может, у неё совсем нет времени. Нет времени даже на то, чтобы позвать кого-нибудь на помощь. Мария огляделась в поисках чего-нибудь подходящего, увидела и схватила со стола чайную ложку. Она рывком посадила сына на край кровати и наклонила его голову над полом. Разжав его зубы ложкой, Мария надавила ею на корень языка, провоцируя рвоту. Радик закашлялся и попытался оттолкнуть Марию, но не смог, так крепко она держала его.
Мария держала Радика до тех пор, пока его не стошнило, и все тринадцать таблеток, не успевших раствориться, не оказались на ковре. Она заставила его выпить несколько стаканов воды и снова повторила ту же процедуру.
Он дрожал, всхлипывал, из-под опущенных ресниц бежали слезы. Мария уложила его на кровать, раздела и укрыла одеялом. А потом смахнула оставшиеся таблетки со стола в горсть и выбросила в унитаз.
Замывая палас, она поминутно поглядывала на сына. Он лежал, закрыв глаза, и всё еще всхлипывал. Всё прибрав, Мария села на стул рядом с кроватью.
– Успокойся, Радик. Теперь всё будет хорошо.
– Что будет хорошо? Я не хочу так жить! Не могу! Зачем ты мне помешала, мама!
Голос и губы его дрожали, когда он говорил.
– По-твоему, я должна была стоять и смотреть, как ты убиваешь себя? – резко сказала Мария. – Я помешала тебе, потому что ты – мой сын! И я растила тебя не для того, чтобы ты вот так бездумно свёл счёты с жизнью в пятнадцать лет! Не знала я, что мой сын такой эгоист! Подумай, и скажи, разве ты имеешь право таким вот образом распоряжаться своей жизнью?
– Почему не имею? Это же моя жизнь! – хмуро ответил Радик.
– Но ты живёшь не на необитаемом острове! Почему ты думал только о себе? А обо мне ты подумал? О папе, о Маше, об Алёшке? Об Алисе? Ты подумал, что будет со всеми нами, если ты умрёшь? Алиса ждёт ребёнка, ты и её хотел убить, да?.. А, вот теперь ты подумал, – Мария заметила, как Радик, и без того бледный, побледнел еще больше.
– Мамочка, прости, – прошептал он. – Я, правда, думал только о себе... Прости, пожалуйста, я больше никогда не буду так делать...
– Вот и хорошо, дорогой, – Мария нашла под одеялом дрожащую влажную ладонь Радика и ободряюще сжала её. – Теперь успокойся и спи. Ну, подумаешь, девочка тебя бросила. Такое бывает со всеми хотя бы один раз в жизни. Найдёшь другую, еще лучше, вот увидишь.
– Мама, ты не понимаешь... Она хотела помириться... А я... я не смог.
– Значит, не так уж сильно ты её любишь, – заключила Мария.
– Люблю, очень люблю, – возразил Радик.
– Всё равно не стоит из-за этого лишать себя жизни. У всех бывают разочарования, но если бы все принимали такие радикальные меры, как ты, по Земле сейчас бегали бы одни обезьяны. Успокойся, спи. Завтра, вот увидишь, всё будет казаться не таким безнадежным.
Радик закрыл глаза. Мария задумалась, глядя на него. Боже, как он похож на своего отца... Мария вздрогнула, вдруг вспомнив, что Лёшка тоже хотел покончить с собой из-за несчастной любви.
«Боже мой, я должна была догадаться раньше, на что он способен, – подумала она. – Я же считала, что знаю Радика лучше, чем остальных своих детей! Но разве я могла предположить, что он настолько похож на Лёшку, что повторяет даже его ошибки! Если бы тогда Лёшкина мама не проснулась... Если бы я сегодня попыталась уснуть сама, без снотворного...»
От мысли, что случилось бы, если бы она не открыла шифоньер и не увидела, что одна коробочка с таблетками исчезла, у Марии закружилась голова. Тело охватила слабость. Глаза закрылись сами собой, и она соскользнула со стула на пол, второй раз в жизни лишившись чувств.
Радик, услышав какой-то шорох, открыл глаза и, увидев, что мама лежит на полу, испуганно вскочил с кровати.
– Мама? Мама! Мамочка, что с тобой?
Он попытался поднять её, но не смог. Мария сама пришла в себя от прохлады влажного ковра, и села. Встревоженный Радик стоял перед ней на коленях. Она обняла сына.
– Мама, что с тобой?
– Ничего, сынок, все хорошо. Просто немного закружилась голова. Это запоздалая реакция... Я так перепугалась за тебя...
– Мама, мне было так плохо... – Радик снова всхлипнул. – Я не могу без фигурного катания... Я боюсь засыпать, потому что оно всё время снится... Мне больно, когда я о нём думаю. А Лера... назвала меня неудачником. И это так, я действительно неудачник...
– Ты не неудачник, – возразила Мария. – Лера так сказала, чтобы оскорбить тебя.
– Но я так хотел на эти соревнования... и всё потерял... Мама, я просто не знаю, как жить дальше...
– Бедный мой мальчик, – Мария крепче обняла сына. – Я понимаю, как тебе сейчас трудно... я только не понимаю, ты из-за чего больше переживаешь, из-за фигурного катания, или из-за разрыва с Лерой?
– Я не знаю... из-за всего...
– Поверь, милый, всё образуется, – как можно убедительнее проговорила Мария. – Не надо поддаваться отчаянию. Выход всегда можно найти, если успокоиться и хорошо подумать. И мы найдём его вместе, ладно?
– Да, – Радик улыбнулся сквозь слезы.
Мария снова уложила его на кровать и села рядом.
– Мам, иди спать, ты устала.
Мария действительно устала и морально, и физически, но быстро ответила:
– Нет, нет, я еще побуду здесь с тобой.
– Мама, ты боишься, что я снова попытаюсь что-нибудь с собой сделать? – догадался Радик. – Не бойся, я никогда больше ничего такого не сделаю. Я... буду искать другой выход. Ты веришь мне, мама?
– Конечно, – кивнула Мария, и встала, собираясь уходить.
– Мам, можно попросить тебя?.. – остановил её Радик. – Не говори никому, что сегодня произошло.
– Хорошо, – согласилась Мария. – Я и не собиралась.
– Даже папе?
– Даже папе. Спокойной ночи.
Она вернулась в свою комнату, легла и уснула. Без всякого снотворного.
ГЛАВА 5. РАДИК + МАША
Радик пролежал в постели два дня. Мария ничем не напоминала ему о ночном происшествии, и жизнь понемногу стала входить в обычное русло. Мальчик снова пошёл в школу. Леру он больше не встречал, но Мария понимала, что он её не забыл. Как-то она застала его за рассматриванием фотографии Леры. У Радика был такой несчастный вид, что больно смотреть. Она подсела к сыну.
– Неужели ты её так любишь?
Радик кивнул.
– Я хочу её забыть, но не могу... Я бы что угодно отдал, чтобы забыть. Но я так хочу её увидеть...