Навруз Усманов – Миллионер из Азии (страница 3)
Вдоль многочисленных складов небольшой оптовой базы стояли выставочные стенды-короба, сколоченные из фанеры. Подросток прошел мимо самодельных витрин с бытовой химией и оказался у продуктовых. Его не интересовали ни бакалея, ни мясные продукты. Парвизу нужны были шоколад, чипсы, вода, печенье в компактной упаковке – все, чем можно было перекусить на ходу. И обязательно «кола», жвачка и сигареты.
Забив полиэтиленовую «челночную» сумку до отказа, юноша поспешил к остановке – впереди был путь от оптовой базы до точки, где он торговал. От автобусной стоянки возле редкого перелеска ходил автобус, доезжавший до одной из окраин. По пути между остановками можно было, пристроив большую ношу в углу, полюбоваться в окно на город – со стороны его улицы и аллеи, залитые ярким солнцем, казались спокойными и радушными. Словно и не было никакой войны.
Доехав до конечной станции, Парвиз продолжил путь пешком, вдоль по трассе, пересекая табличку с названием их города. Нужно было пройти пару километров по пыльной обочине, на которой почти не было ни зелени, ни кустарников, прежде чем он добрался до крутого изгиба трассы.
Шарипов опустил на землю сумку, ящики с фанерным листом и постоял немного, пытаясь унять дрожь в руках. Размял ладони и повел затекшими плечами.
Отдохнув с минуту, юноша принялся за установку «лотка»: ящики из-под стеклотары превращались в опоры, а кусок фанеры ― в столешницу. Часть товара он выкладывал на самодельный прилавок, а бутылки с напитками отправлял в «холодильник», которым служил арык: бетонный желоб, по которому текла прохладная вода. Внутри него всегда была спасительная тень, в которой бутылки с напитками почти не нагревались.
Шум колес от проезжающих машин глушил все остальные звуки. Парень знал, что к обеду поток автомобилей поднимет пыль и в горячем летнем воздухе повиснет мелкая колючая взвесь.
Из машины, остановившейся возле него, вышел мужчина и, осмотрев товар, спросил:
– Вода есть?
– Есть, – с готовностью откликнулся Парвиз. – Есть газированная, есть без газа. В «чебурашках»[1] есть, есть в больших бутылках. «Кола» есть.
– «Колу» не надо. От нее сильнее пить хочешь. Давай две маленькие бутылки воды с газом и печенье вот это, – незнакомец указал на цветастую упаковку.
Парвиз быстро достал требуемый товар, положил на край лотка. Мужчина, порывшись в кошельке, достал несколько купюр и протянул Парвизу, тот отсчитал сдачу и, пожелав удачной дороги первому покупателю, сложил деньги в портмоне.
Это портмоне ему подарил Изат: кожаное, вместительное, с плотным и широким ремнем. Через несколько недель кожа на выпуклостях потерлась, пошла мелкими трещинами на складках. Эти несовершенства наполняли бумажник своеобразным очарованием родной вещи. Парень относился к нему как к верному товарищу, вместе с которым приходилось выносить все тяготы нелегкой работы.
Еще весной Парвиз твердо решил, что во время летних каникул он будет работать. Не хотелось тратить такой большой период времени впустую. К тому же у парня была цель – заработать за лето на велосипед «Кама». Пока о высоком и быстром «Урале» он даже не мечтал, понимал, что всех его доходов на такую покупку не хватит.
Парень долго думал, где он сможет подрабатывать. На стройку в силу возраста не взяли бы. Можно было попроситься к кому-нибудь продавцом, и он почти решил устроиться к одному знакомому. Но во время учебной экскурсии на птицефабрику, которая состоялась аккурат перед летними каникулами, подросток обратил внимание на лотки с разной мелочевкой у дороги. Один стоял недалеко от въезда в город. А чуть дальше был второй лоток. В голове словно рассеялась пелена. Он понял, как будет зарабатывать этим летом, хоть и не был уверен в успехе.
А дальше все получилось быстро и просто: Парвиз нашел ближайшую оптовую базу и приметил место у дороги, где можно было встать. Купил сумку, достал в магазине ненужные ящики и кусок фанеры. Первый товар он приобрел на рынке, потратив месячную стипендию.
Самыми сложными для Парвиза были первые недели работы. Ежедневная утренняя дорога и долгий день у обочины в первые дни выжимали из тела все силы. Но уже через месяц тяжелый труд вошел в привычку.
Очередной июльский день выкатился из-за синих гор на горизонте, обдавая мир палящими лучами солнца.
Горячий исполин разошелся не на шутку, уже к десяти утра духота окутывала своей непроницаемой вездесущей пеленой, до пяти-шести вечера дышать из-за нее было трудно. Парвиз достал из сумки бутылку с водой, сделал несколько глотков, набрал в ладони и ополоснул лицо.
– Привет! – донеслось сзади. Парвиз обернулся, по обочине к нему шел Анзур. Он жил в одном дворе с Парвизом и был на пару лет младше.
– Привет, – Парвиз помахал рукой. – А где ребята?
– Уже в засаде, – засмеялся сосед.
– Как торговля? Наших клиентов не было? – усмехнувшись, спросил Анзур.
– Идет потихоньку, – ответил Парвиз. – Сегодня вроде тихо, все рассчитывались.
«Клиентами» Анзура и соседской детворы из родного дома были люди, не оплатившие товар у Парвиза. Впервые с любителями разжиться продуктами задарма Парвиз познакомился на третий день работы. Тогда возле места, где он стоял, притормозила пыльная «шестерка». Водитель и пассажир вышли из салона и направились к лотку с продуктами. Возле «витрины» они остановились и, окинув взором ассортимент, стали перечислять продавцу желаемое. Парвиз только успевал выкладывать на край лотка озвученные продукты, а покупатели быстро рассовывали товар по карманам. Парень от души радовался щедрым клиентам. Но, когда пришло время расчета, мужчины молча развернулись и пошли к машине.
Пару мгновений юноша оторопело смотрел в спины удаляющимся ворам. Однако в следующую секунду он завопил:
– Эй! А деньги?!
Шарипов побежал за ними и, догнав, ухватил одного за рукав легкой рубашки. Тот отдернул руку и оттолкнул парня. Парвиз не собирался сдаваться и размахнулся для удара, но мужчина ловко уклонился. К ним подошел второй и ударил парня с размаха по лицу, а потом, оскорбляя и запугивая, подскочил к лотку и пнул его. Самодельная витрина перевернулась, товар посыпался на пыльную землю. Разъяренный «покупатель» принялся топтать продукты.
Парвиз закричал и бросился на незнакомца. Тот, блокировав удар, схватил юношу за ворот футболки и, дернув ткань до хруста, сказал: «Денег не дам. Еще раз замахнешься, сожгу здесь все на хрен!»
Шарипов понял, что драться бессмысленно. На кону были остатки товара и собственная жизнь.
Этот случай не стал исключением. За ним последовал второй и третий. Люди брали товар и уезжали, не расплатившись. В один из дней к лотку Парвиза трижды подходили такие клиенты. В тот вечер, возвращаясь с работы, он не сразу зашел домой. Юноша поставил сумку и лоток возле скамейки у подъезда, сел и вытянул усталые ноги.
Домой идти не хотелось, и что дальше делать, он не знал. После «подаренного» в тот день товара он понимал, что торговал сегодня в убыток. Если так пойдет и дальше, то дешевле не работать. Но он не хотел бросать начатое дело! А кому можно пожаловаться на людей, чувствующих полную безнаказанность? В условиях затяжной гражданской войны милиция плохо выполняла свои функции: на каждый вызванный наряд находилась порция головорезов на крутых тачках с холодным и огнестрельным оружием.
В момент этих размышлений к Парвизу и подошел Анзур. Соседская болтовня двух мальчишек, начавшаяся с «дворовых» новостей, как-то незаметно переросла в разговор по душам, когда Шарипов поделился с младшим товарищем мыслями о своем маленьком бизнесе и неблагодарных клиентах.
Глаза младшего соседа округлились, и в них появилась искра уважения и откровенного, нетерпеливого интереса. Спустя несколько минут к ним стали подтягиваться другие мальчишки. Будучи старше ребятни, Парвиз смотрел на них с доброй полуулыбкой, а те, услышав о проблемах парня, начали горячо обсуждать способы проучить любителей халявы. «Вот бы их напугать!» ― эта мстительная горячая фраза звучала все громче.
На следующий день трое мальчишек во главе с Анзуром прибыли к месту, где работал Парвиз.
– Мы тут подумали, что по очереди будем дежурить рядом с тобой, ― смешно насупившись, сказал Анзур. Он наклонился и, подобрав с земли увесистый булыжник, подкинул его и, поймав, крепко сжал в ладони.
Парвиз, растроганный такой горячей мальчишеской преданностью, блестя глазами, посмотрел на младших приятелей. Он сомневался, что все получится. Но в первый же день воплощение «оборонительной» стратегии провалилось.
Очередные любители получать материальные блага бесплатно и не думали пугаться воинственной, горящей гневом малышни с камнями наперевес. Двоих «охранников» Парвиза поймали, отвесив крепких тумаков.
«Вот, приложи», ― Парвиз протянул помощнику пластиковую бутылку из арыка, еще мокрую и прохладную.
Мальчишка приложил холодный бок бутылки к разбитой губе и тут же отдернул от резкой боли. Анзур хмуро смотрел на поверженного товарища и вдруг, шмыгнув носом, сказал:
– Тут овраг есть недалеко. Лучше нам там прятаться. Мы будем наблюдать, а ты, если кто-то уйдет не заплатив, поднимай руку. Будем кидать камни по машинам.
Парвиз в сомнении покачал головой:
– Слушай, Анзур, может, не надо? Даже если вы будете прятаться, они могут поймать и избить.