Наташа Ридаль – Анникка (страница 10)
– Сашенька!
Сзади раздались торопливые шаги, и в следующий миг «нырок» оказался в объятиях девушки в намокшем платье. Ада, успевшая рассмотреть мальчика, припомнила, что уже встречала его прежде – в американском баре. Это был тот самый официант, который помог ей сбежать от Козлова.
– Он мой младший брат, – всхлипывая пояснила барышня, оборачиваясь к остальным. – Он не в себе, его нельзя обижать.
– Ты? – вдруг воскликнул Саша, уставившись на Аду. Казалось, он моментально забыл об инциденте в воде. – Ты снова играешь в прятки?
Ада почувствовала, как все разом посмотрели на нее. Даже Вера Ивановна опустила платок, которым промакивала кровь на губе Додо.
– Нет, сегодня не играю. А ты больше не работаешь в баре?
– Так вот почему он вас знает! – сообразила сестра Саши. Лет двадцати пяти, с мелкими чертами лица и незамысловатой прической, она походила на молодую купчиху, сошедшую с полотен Кустодиева. – Весной брату пришлось уволиться из «Жемчужины». Из-за болезни. Было временное ухудшение… А вы?..
– Ада Ритари.
– Я Мария Саволайнен. Мы с мужем живем в Териоках, и Саша живет с нами.
Остальные тоже представились.
– Вы совсем не похожи на финнов, – заметила Вера Ивановна.
– Мой муж Пекка – финн, – охотно объяснила Мария. – А мы с Сашей русские. У папеньки когда-то была дача здесь, в Келломяках. Возможно, вы слышали про Ивана Чижова?
– Потрясающее совпадение! – воскликнул Владимир Федорович. – Мы живем на бывшей даче Чижова. Вы непременно должны отобедать с нами. Приезжайте завтра вместе с господином Саволайненом и Сашей. Увидите, как изменился парк.
Лицо Марии просияло. Она повернулась к брату:
– Ты слышишь, Сашенька? Эти господа теперь живут в нашем старом доме. Ты хочешь снова взглянуть на пруды?
Паренек слегка насупился:
– А Анникка тоже будет?
– Что за Анникка? – полюбопытствовала Вера Ивановна.
Мария смущенно махнула рукой:
– Ах, не обращайте внимания. Он выдумал себе подружку и иногда с ней разговаривает. Доктор сказал, что при шизофрениях так бывает. Видать, Саша выбрал это имя, потому что старый чухонец, служивший у папеньки, часто рассказывал моим младшим братьям про духов леса. Кажется, одну из дочерей лесного духа звали Анникка.
– Анникка – хозяйка болот, – живо припомнила Ада отцовские сказки. – Она звенит золотыми ключами от лесных кладовых и выпускает оттуда зверей для охоты, – заметив недоумение на лицах окружающих, она добавила. – Это из финского эпоса.
– У Анникки медовый рот, – пропел Саша и вдруг ни с того ни с сего захохотал.
Вера Ивановна с опаской покосилась на мальчика:
– А он… не буйный?
– Нет, что вы! Сашенька и мухи не обидит. Просто иногда говорит вздор, слышит голоса… Но и только.
Купальщики оделись, и Владимир Федорович обратился к новой знакомой:
– Значит, условились, Мария Ивановна? Завтра в начале третьего ждем вас на «Вилле Рено».
После ужина Ада нашла Додо в любимой беседке. Солнце еще не село, но над Финским заливом нависли свинцовые тучи, сквозь которые слабо пробивались рассеянные лучи. Додо обернулся на звук шагов. При виде его распухшей губы все попытки Ады убедить себя, что он ей безразличен, пошли прахом. Сделав над собой усилие, она заговорила непринужденным тоном:
– Сегодня в купальне, когда Вера Ивановна бросилась к вам, я заметила выражение лица Владимира Федоровича. Оттого-то он и поспешил обтираться полотенцем. Он догадывается, что вы ей небезразличны.
– Думаю, вы правы.
– Денис Осипович, вы должны рассказать ей, что женаты. Ради Владимира Федоровича. Пока она пребывает в неведении, она продолжает питать иллюзии относительно вашего с нею брака.
Прежде чем ответить, Додо поблуждал взглядом по серебряной амальгаме моря.
– Я бы предпочел воспользоваться всеобщим неведением и жениться на вас.
– Изволите шутить?
– И в мыслях не было.
– Вам следовало так поступить, пока я не знала, что вы женаты, – необдуманно брякнула Ада и тут же испугалась, что выдала себя.
– Вы бы никогда меня не простили. Рано или поздно правда открылась бы.
– И вас бы осудили за двоеженство.
– А всё-таки…
Ада не дала ему закончить:
– Вы, кажется, обещали не говорить со мной о любви.
– Простите, – сник Додо. – В моей забывчивости, несомненно, виноват кулак пана Оржельского. Но вы освежили мою память, и я умолкаю.
Ада отвернулась, стараясь скрыть волнение. Выходит, она напрасно сомневалась в его чувствах. Ничего не изменилось, он по-прежнему хочет разделить с нею свою жизнь. Это открытие, несмотря на несбыточность мечты, сделало Аду немного счастливее.
На следующий день Оржельские снова ушли на пляж. Оскар не хотел встречаться с Сашей, а Лена собиралась увидеться с Федором Калиновским, о чем по секрету сообщила Аде. За полгода знакомства любовники пережили несколько бурных разрывов и вновь сходились – всякий раз по инициативе Федора.
– Он снова сделал мне предложение, – смеялась Лена.
– Не понимаю, почему ты ему отказываешь. Я стала лучше думать о нем, узнав, что в нем сохранились крупицы порядочности.
Полька расхохоталась:
– В постели он хорош, а в остальном – фетюк. Нет, Адичка, я выйду замуж за человека состоятельного, с собственным домом и слугами. Мой суженый мне еще не встретился. Да и ты, душка, засиделась в девках. Надо нам на Щучье озеро съездить – покупаться. Говорят, финские богачи там на лодках катаются.
Ада невольно тоже рассмеялась:
– А ежели я не желаю финского богача? Я хочу выйти замуж по любви.
– Глупая ты, Ада. У вас у русских есть пословица: дары и постылого в любовь приведут. Ты меня слушай, и будет нам обеим
После таких разговоров, насмеявшись, Ада обычно уходила в Захаровский лес, чтобы побыть одной. На границе леса и чижовского участка был большой пруд с островком, заросшим сиренью и жасмином. По берегам пруда росли липы, клены и серебристые ивы, а питал его всё тот же каскадный ручей. Здесь у причала тихонько раскачивалась маленькая лодка. Владимир Щепанский катал в ней Марусю, а в прежние годы Владимир Федорович устраивал лодочные прогулки для Веры Ивановны.
На этот раз Ада не стала углубляться в лес, только постояла на причале и вернулась на «Виллу Рено» как раз к обеду. По случаю приезда гостей – бывших владельцев дачи – стол накрыли на открытой веранде.
Саша в чесучовом пиджаке и канотье выглядел старше своих шестнадцати лет и сразу понравился старикам Шпергазе. Его сестра Мария, невысокая и полная, составляла любопытную пару с долговязым Пеккой Саволайненом, лицо которого было столь же непримечательным, как и лицо супруги. Его яйцевидную голову обрамляли тонкие светлые волосы. По-русски финн говорил сносно, но с сильным акцентом, и предпочитал молчать и слушать, в то время как Мария болтала за двоих.
Она рассказала, что ее муж работает у известного в Териоках садовода Николая Борисова, еще совсем молодого человека, продолжающего дело отца. Помимо овощей, они выращивают и продают лилии и гортензии, хризантемы и бегонии, розы и гвоздики, фуксии и герань.
– Правда, сейчас у Николая финансовые трудности – русских дачников мало, цветы почти не покупают. Но он планирует расширить садоводство, сделать больше парников и участков под цветы. Мой Пекка говорит, что они смогут продавать цветы оптом по всей Финляндии. Пекка – первый помощник Николая, а начинал еще при его папеньке, Григории Александровиче, когда мы переехали в Териоки.
– А что Иван Иванович? В добром ли он здравии? – поинтересовалась Ванда Федоровна. – Сама я не была с ним знакома, участок покупал мой крестный, Эмиль Рено. Знаю только, что ваш батюшка торговал оружием.
– Он продал все магазины после Февральской революции. Теперь они с маменькой и двумя нашими братьями живут в Англии. Этим летом аккурат три года, как уехали. А я вышла замуж и осталась. Саша тогда в клинике был в Петрограде, на лечении. Потом мы с Пеккой его к себе забрали.
Таня что-то шепнула на ухо сестре, девушки захихикали, и Маруся обратилась к Саше:
– Вы позволите нарисовать ваш портрет? Я еще в баре приметила, что у вас необыкновенная улыбка и глаза добрые.
Младший отпрыск Чижовых действительно имел приятную наружность, несмотря на худобу и темные круги под глазами. Он охотно согласился позировать, и Маруся убежала за бумагой и карандашами. Возвратившись, она увлекла Сашу на скамейку в парке.
Тем временем Владимир Федорович и Додо унесли в дом пустые тарелки, а Таня выставила поднос с фруктами и домашним лимонадом. Когда все вновь расселись вокруг стола, Мария Саволайнен обратилась к Додо:
– Вы вчера пострадали из-за Сашеньки, а я вас даже не поблагодарила. Так вы с Адой Михайловной, стало быть, живете в пансионате? Какой же вы счастливец, Денис Осипович: у вас такая милая молодая жена!
Ада вздрогнула от неожиданности, на доли секунды вообразив, что дачники каким-то образом прознали о тайной стороне ее взаимоотношений с Додо. Вера Ивановна вскинула голову, собираясь указать гостье на ее ошибку, но Брискин заговорил первым:
– Боюсь, вы неверно истолковали ситуацию. Мы с Адой Михайловной – соседи, а супруга моя, Любовь Давидовна, сейчас в Константинополе.