Наташа Даркмун – Стригой (страница 1)
Наташа Даркмун
Стригой
Глава 1. Таинственное письмо
– Быстрее! – кричал перепуганный мужчина извозчику, который и так из последних сил хлестал лошадей. Повозка тряслась на неровной дороге, то и дело норовя свалиться в колючие кусты. Темный лес за спиной словно шептался. Кроны его деревьев ходили ходуном, издавая жуткий шелест. Он тянулся за повозкой и становился все ближе. Все громче…
– Мы почти выбрались… – произнес мужчина, оглянувшись назад. Луна, освещающая им путь, вдруг пропала… Спряталась в серой дымке за огромной черной тучей. Лес стал казаться еще темнее, еще ужаснее. Что-то невидимое неслось вдоль его края, похожее на сильный порыв ветра.
Мужчина вновь обернулся… Его глаза наткнулись на то, чего он боялся больше всего.
Дикий крик эхом пронесся по лесу, исчезая в его бесконечной глубине. Колесо, не выдержавшее скорости, вмиг отлетело прямо в сторону обрыва. Куда вскоре за ним отправилась и повозка.
***
Эйш сидела за дубовым столом в кабинете своего приемного отца. Дождь монотонно барабанил по стеклу, заставляя девушку чувствовать сонливость. Погода за окном не располагала к работе, а от чтения бумаг ей все больше хотелось спать. Лампа на столе мягко освещал разбросанные на нем документы, но Эйш все равно никак не могла сосредоточиться. Она несколько раз зевнула, отчаянно пытаясь вникнуть в смысл прочитанного, но ничего не получалось.
Для Эйш Берлинский университет имени Гумбольдта был, без преувеличения, вторым домом. Она проводила в нем большую часть своего времени.
Небели приютили ее уже практически взрослой, но все равно успели стать для нее самой настоящей семьей. Эйш чувствовала их заботу, их внимание по отношению к ней. Такие теплые отношения помогали ей забыть о непростых временах, проведенных в приюте. Вилле и Бриджит Небель дали ей все: дом, хорошее образование, работу. Поставили на ноги. Биологических же родителей Эйш не знала, хотя не раз пыталась найти о них хоть какую-то информацию. Однако все было тщетно. Единственное, что ей удалось разузнать, это фамилия, имеющая румынские корни, и все. В приюте, в котором она жила, тоже ничего не знали. Эти мысль терзали ее, заставляя слишком много размышлять о своих родных. Как, наверное, и каждого ребенка, оставленного на пороге в таких местах…
Потянувшись в удобном кресле, Эйш вновь взглянула на документы. Их было слишком много, но она все же сумела сосредоточиться. Сделав несколько пометок карандашом, Эйш быстро управилась с большей частью работы.
– Ты еще не ушла? – знакомый тихий голос заставил ее поднять голову. В дверном проеме стоял Вилле Небел. Он был профессором кафедры философии и так же, как и Эйш, большую часть времени проводил в университете.
– Тебе бы стоило больше отдыхать. Может, даже съездить куда-нибудь, – сказал он, тепло улыбаясь. В свободной руке Вилле держал толстую книгу, за которой, похоже, проводил все последнее время. Эйш часто встречала ее как дома, так и в кабинете отца. Но все никак не успевала заглянуть внутрь.
– Я подумаю об этом, – ответила ему Эйш, чуть наклоняя голову. – Но сейчас мне нужно в библиотеку, кое-что не сходится в этих бумагах…
– Ты слишком серьезно относишься к своей работе, – громко вздохнул Вилле, подходя к окну.
Дождь никак не хотел заканчиваться, и на узких дорожках образовались небольшие лужицы. Серое небо отражалось в них, сливаясь с асфальтом, и превращала путь в сплошную опасную дорогу, что шла до самых ворот. Солнце даже не собиралось показываться. Во дворе университета было тихо и спокойно. Лишь тихий шорох доносился со стороны мокрых деревьев из-за усилившегося ветра.
Вилле Небел, сжав увесистый том, скрестил руки за спиной.
– Все же подумай об отдыхе. Ты еще молода, – произнес он, продолжая смотреть в окно. Но Эйш уже спешно собиралась. Закинув в сумку пару ручек и карандашей, она улыбнулась, бросив взгляд на отца. Вилле, в отличие от нее, был худощавым мужчиной невысокого роста, со светлыми волосами, которые уже давно коснулась седина. Его голубые глаза, сохранившие с годами свой прежний блеск, были единственным, что объединяло его с приемной дочерью. Та, как ни странно, тоже обладала светлыми глазами, но волосы у нее были темные, словно черное дерево.
– Обещаю, что подумаю, – ответила ему Эйш, прежде чем выскользнула в длинный коридор.
Университетская библиотека до сих пор производила на нее огромное впечатление. Эш добралась до нее довольно-таки быстро, зная путь наизусть. Поднявшись по ступенькам, она оглядела ее взглядом. Высокие, выкрашенные в темно-коричневый цвет стены успокаивали и помогали почувствовать себя как дома. У Небелов была похожая гостиная в таких же тонах. Они часто собирались вечерами у камина и читали или же просто вели беседу. Эйш обожала такие вечера.
Ступив чуть дальше, она взглянула на огромные широкие столы, выстроенные в три ряда. Те тянулись практически до самого входа и заполняли большую часть внутреннего пространства. За этими столами всегда можно было встретить студентов. Запах старой бумаги и тихий шелест от книг всегда заполняли университет, создавая особую атмосферу. Больше такой Эйш нигде не встречала.
На платформе выше стояли столы поменьше. Они были оснащены новейшими компьютерами и принтерами. В университете очень часто обновляли оборудование. Рядом с ними располагались комфортные кресла, за которыми не страшно было сидеть часам. Было даже несколько автоматов с газировкой и закусками, что совершенно не вписывалось в атмосферу старой библиотеки. Однако именно здесь студенты могли спокойно заниматься и искать необходимую информацию. Правда, Эйш больше всего любила бродить среди высоких стеллажей с книгами, которые даже пахли иначе. Запах старых страниц сильно отличался от тех, что был в книжных магазинах. Он был настоящим, притягательным и частенько вынуждал Эйш засиживаться здесь допоздна, когда все студенты расходились по домам.
Выбрав самое уединенное место, она оставила сумку на столе и направилась к одной из полок. Добравшись до дальнего стеллажа и попутно касаясь кончиками пальцев корешков старых книг, Эйш выудила оттуда нужную, а после вернулась к своему месту. Но не успела она приблизиться к столу, как почувствовала легкую дрожь, пробежавшую по всему телу. Будто что-то было не так…
Подойдя ближе, Эйш заметила пожелтевший конверт, что мирно покоился у ее сумки. Он был скреплен старинной на вид печатью, которую делали из расплавленного воска. Красивая бука «К» и закругленные ответвления от нее привлекли внимание Эйш. Она никогда не видела таких конвертов. Разве только в кино или книгах. Да и кто сейчас пишет бумажные письма? Это тоже было весьма странно.
Оглядевшись по сторонам, Эйш медленно взяла пожелтевший конверт, переворачивая.
– Эйш Кроитору, – озадаченно произнесла она вслух и огляделась. Но, не заметив никого рядом, вновь опустила взгляд на конверт. Отправителя не было, лишь ее имя и фамилия на обратной от печати стороне. Слишком подозрительная деталь. Она не пользовалась своей настоящей фамилией уже очень давно.
Неестественная тишина, вдруг повисшая в библиотеке, заставила Эйш нервно сглотнуть. Вокруг стало холоднее, будто дождь, все еще моросящий за окном, умудрился проникнуть и внутрь.
Сломав причудливую печать, Эйш вдруг вздрогнула и мысленно выругалась. Резкий звонок мобильного телефона, внезапно разорвавший тишину, заставил ее отложить находку и ответить.
– Эйш, ты меня слышишь? Связь очень плохая, – раздался в трубке громкий женский голос. – Ты все еще в университете?
– Да, – ответила Эйш своей давней и единственной подруге. Они познакомились с Ребеккой еще на первом курсе университета. Та училась не так старательно, как Эйш, но все же девушки очень быстро поладили и подружились.
– Не удивлена… – вздохнула Ребекка, голос ее вмиг стал тише, – Ты слишком серьезно ко всему подходишь…
– А ты говоришь совсем как мой отец, – ответила ей Эйш, усмехнувшись. Ребекка уж точно работала спустя рукава практически всегда.
– Я сама вся в работе. Приходиться думать и делать быстрее, чем я привыкла. И все потому, что этот придурок Брунс ушел в отпуск раньше меня…
Ребекка все еще говорила и говорила. Словно маленькое радио, не желающее прерваться ни на секунду. Эйш правда пыталась слушать, но вскоре потеряла всякую нить ее повествования. Прижав телефон плечом к уху, она вернулась к конверту и медленно вытянула тонкую бумагу. Аккуратные строки, которые были выведены не ручкой, привели Эйш в замешательство. Еще одна странность…
– Подожди секунду, Ребекка, – прервала она все еще не умолкающую подругу. – Мне нужно кое-что проверить. Я тебе перезвоню.
И, не обращая внимания на возмущения со стороны явно недовольной Ребекки, Эйш положила трубку. Она быстро открыла браузер и вбила в поисковике город, указанный в письме. Но, к ее разочарованию, результаты оказались неутешительными… Этот город словно и вовсе не существовал. О нем не было никакой информации.
Немного подумав, Эйш еще раз перечитала письмо. Некоторые слова были на румынском, но их значение она все же понимала.