Наташа Даркмун – Школа Токобаяши (страница 2)

Исаму-сан кивнул вперед, провожая Рэна дальше. Они пошли по узенькому коридору, где едва хватало места для одного. Добравшись до кухни, старик поставил на плиту чайник.

– Ты пока садись, садись. Обогрейся, – сказал он, доставая две маленькие чашки. Рэн сел за стол, попутно смотря на моросящий за окном дождь. Голова гудела от навязчивых мыслей и от этого отвратительного дня. Он совершенно не знал, что ему теперь делать.

Вода в чайнике быстро закипела, и Исаму-сан поставил перед Рэном чашку горячего чая.

– Куда же ты теперь пойдешь, Араи? – спросил он, усаживаясь на соседний от Рэна дзабутон. – Может быть, к друзьям? Хотя бы на время…

– К друзьям? – печально усмехнулся Рэн, делая приличный глоток из своей маленькой чашки. Кипяток приятно согревал, но не мог прогнать беспокойные мысли и решить все проблемы. – У меня нет друзей.

– Тогда, может, вернешься к семье? Откуда ты родом? – почесав подбородок, спросил Исаму-сан.

– Из Хасоябы. Это, считай, деревня… На острове Хоккайдо, – ответил Рэн, делая еще один глоток.

– Далековато… – старик нахмурился, повернувшись к маленькому окну за своей спиной. – Семья осталась?

– Только мать… Она до сих пор живет там, – ответил Рэн. Он понимал, к чему клонит старик, но старался даже не думать об этом.

– Так это же хорошо! Вернись домой, приведи мысли в порядок, давно ты там не был?

– С самого выпуска… – прошептал Рэн, хмурясь. Араи Кио являлась весьма странной женщиной, и Рэн помнил, какую радость испытал, когда наконец‑то вырвался из дома, избавившись от ее вечного надзора. Признаться, до этого дня он даже не думал о том, чтобы съездить к матери. Нет, конечно, он старался звонить домой, спрашивать о ее здоровье… Но вернуться…

– Тогда не раздумывай, Араи! Поезжай домой! – радостно воскликнул старик, поджимая свои уставшие ноги. Он хлопнул Рэна по плечу и улыбнулся еще шире.

– Может, и стоит… – прикидывая свои шансы на существование в Токио без работы и денег, отозвался Рэн. Пусть ему и не хотелось возвращаться, однако это действительно было единственным выходом.

Он вновь уставился в окно, надеясь, что все происходящее просто дурной сон. Нужно только открыть глаза и проснуться. Рэн зажмурился, но ничего не произошло. Дождь продолжал моросить за окном и громко стучать по крыше, ничуть не скрашивая печальные мысли об предстоящей поездке в Хасоябу…

Дождавшись рассвета и попрощавшись с Исаму-саном, Рэн отправился на станцию. Поезд до Хоккайдо был самым оптимальным вариантом. Путь занял бы около восьми часов, что почти в два раза меньше, чем на автобусе.

Потратив практически все оставшиеся деньги на билет, Рэн понял – пути назад уже нет. У него осталась лишь мелочь на еду и автобус до родной деревни. Да и то, если он ограничится одним приемом пищи.

Сев подальше от остальных, Рэн и не заметил, как погрузился в беспокойный сон. Он видел свой родной дом, что стоял в самом конце дороги, ведущей к пляжу. Свою вечно хмурящуюся мать, которая никогда не говорила ему ничего хорошего. Школьных друзей. И… Рэн замер. Он попытался разглядеть их лица, но те расплывались, как и воспоминания о школе. Рэн видел лишь размытые пятна и тянущиеся от них черные искаженные тени. Они менялись, извивались и не были похожи на человеческие. Этот сон стал весьма странным.

Араи Рэн хотел приблизиться к одноклассникам, но вдруг что-то странное промелькнуло за спинами друзей, которых он так тщательно пытался рассмотреть. Темное, бесформенное, оно лишь мельком пронеслось рядом, заставляя Рэна почувствовать странную дрожь. От этого неприятного чувства он тут же проснулся и огляделся по сторонам. Вокруг стояла кромешная тьма. Поезд словно не двигался. Даже все привычные звуки исчезли.

Араи принялся крутиться по сторонам, ничего не понимая. Почему так темно?

– Я не должен был приехать так поздно, – прошептал Рэн, рассматривая полностью пустой вагон. Он сделал шаг в сторону окна, и за ним было еще темнее, чем внутри. Рэн прижался к холодному стеклу, стремясь разглядеть хоть что‑то. Ему стало не по себе… Он ничего не видел в этой бесконечной черноте.

Вдруг недалеко от него раздался странный звук. Словно кто-то тихо всхлипывал, едва сдерживая слезы. Рэн обернулся. Весь вагон до этого момента совершенно точно был пустым. Он не мог ошибиться. Однако на этот раз взгляд Рэна зацепился за фигуру, сидящую у окна. Это была женщина. Рэн не мог разглядеть лица незнакомки, но, невзирая на неприятное чувство, пошел прямо к ней.

– Эй, извините, – произнес Рэн, подходя ближе.

– Что-то случилось? Мы уже приехали? – спросил он и только сейчас понял, в чем было дело. В вагоне стало заметно холоднее. Будто температура упала на несколько градусов. Такое не могло не озадачить Араи, ведь даже ночью в это время года было довольно-таки тепло. Тогда почему…

Женщина чуть дернулась и подняла голову. Она взглянула прямо на Рэна. В тусклом свете ее лицо казалось неестественно бледным. Да и сама она выглядела слишком странно.

– С вами все хорошо? – нервно сглотнув, спросил Рэн. Он уже успел пожалеть о том, что приблизился.

Незнакомка улыбнулась, обнажив черные гнилые зубы. Из ее рта пахло тиной и еще чем-то мерзким. Она была похожа на труп. В волосах что-то закопошилось, заставляя Рэна оторвать взгляд от ее лица. Волосы будто шевелились только в одном месте, то приподнимаясь, то опускаясь.

В ужасе уставившись на ее макушку, Рэн наконец-то смог разглядеть, что это было. Толстые черви торчали из головы женщины, жутко извиваясь. Один из них упал прямо на пол недалеко от ног Рэна, заставляя его отшатнуться.

Араи хотел бежать, звать на помощь, но не смог даже пошевелиться. Черви все так же продолжали падать на пол с отвратительным звуком. Их становилось только больше и больше.

Женщина встала, и ее улыбка стала еще шире. Тонкая кожа рвалась на щеках, а темные струйки бардовой крови уже проступили в уголках ее огромного рта. Она дернулась, вытягивая перед собой руки, которые практически коснулись стоящего неподалеку Рэна. Рот неестественно широко раскрылся, и тишину заполнил душераздирающий крик.

Рэн вздрогнул, открывая глаза. Свет пробивался сквозь окна, заставляя его прищуриться. Какой-то парень посмотрел на него с недоверием и чуть отодвинулся. Поезд все так же двигался вперед, а за окном мелькали вполне обычные пейзажи…

Глава 2. Хасояба

Стараясь отгонять от себя странные сны и пытаясь бодрствовать весь остаток пути, Рэн без происшествий добрался до острова Хоккайдо.

Прохладный ветер приятно обдувал его лицо, когда он, наконец, выбрался из душного поезда. Деревья уже сменили свой окрас, и взглянув на них, Рэн сразу же вспомнил о живописности тех мест, в которых рос. Остров Хоккайдо действительно был прекрасен. Находясь на самом севере Японии, он был знаменит своей нетронутой красотой. Яркие краски осени, не сильно знойное лето и сказочная зима, благодаря обильному пышному снегу, все это невольно всплывало в памяти Рэна. Живя в Токио, он будто не обращал внимания на такие мелочи.

Уйдя со станции, где было полно народу, Рэн неспешно пошел в сторону старенькой автобусной остановки, попутно рассматривая открывающиеся виды. Красочные деревья стояли у самой дороги и тихо шуршали разноцветными листьями. Их было так много, что он невольно представил парк недалеко от любимой кофейне. Рэн видел несколько троп, уводящих куда-то в сторону ручья, и заметил длиннохвостую синицу, скрывшуюся за кустами брусники. Здесь дышалось намного легче, чем в Токио. Людей на отдаленной дороге практически не было, и Рэн опустился на небольшую скамейку, прикрывая веки. Он не знал, когда прибудет его автобус, но раньше он ходил каждые двадцать минут в нужную ему сторону. Рэн хорошо это помнил.

Хасояба больше напоминала огромную деревушку, чем город. Жителей в ней было достаточно много, и в классах всегда находилось приличное количество учеников. Не так много, как в больших городах Японии, но и не такое ничтожное количество, как в отдаленных деревнях.

Покосившись на едва заметную тропу, идущую меж густых деревьев, Рэн невольно вспомнил место, куда она вела. Как только ему и его другу Сакураи Рю стукнуло десять, они стали часто кататься на автобусе в сторону Мацумаэ. Этот живописный поселок не сильно отличался от их родной деревни, но Рэну в нем было намного спокойнее, чем в Хасоябе. Да и места там казались поинтереснее. Они часто ходили именно по этой извилистой тропе, выходя к замку Мацумаэ. Рэну нравилось бродить по его территории. Он будто проживал другую жизнь, представлял себя в ином времени. Даже внешне все казалось не таким, как сейчас.

Погрузившись в давние воспоминания, которые продолжали всплывать в голове, Рэн и не заметил приближающийся автобус. Тот громко притормозил у края дороги, заставляя его скорее подняться со скамьи. Забравшись на самое дальнее сиденье, Рэн уставился в окно. Он не мог вспомнить свою школьную жизнь, но отчетливо помнил события давно минувших дней. Это немного пугало его и заставляло задуматься. Возможно, он действительно слишком устал.

Хасояба была в нескольких минутах езды, но когда Рэн добрался до нее, на улице все равно успело стемнеть. Выбравшись наружу из совершенно пустого автобуса, он нервно сглотнул. Сон, посетивший его ранее, вновь всплыл в голове, заставляя Рэна внимательнее осмотреть окрестности. К счастью, вокруг было спокойно. Автобус высадил его на ничем не отличающейся от предыдущей остановке возле рисовых полей семьи Танака. Он помнил их, как и путь до пляжа. Маленькие дома уже виднелись прямо за ними и шли вверх по холму до самого храма. Вся деревня была как на ладони, и Рэн даже смог разглядеть здание школы, что находилось чуть правее старого храма.