NataRos – Сказки для взрослых и не очень взрослых детей (страница 3)

Сказали не подумав, умейте исправить, исправить можно все, было бы умение и желание. Желайте и умейте, а я помогу вам этому научиться.

5

Уроки танцев очень нравились девочкам и совсем не нравились – мальчикам. Эти уроки вел красивый и всегда немного вычурно одетый в одежду невообразимых расцветок педагог по имени Пустозвон. Девочки старались красиво одеться к уроку, но так, чтобы удобно было двигаться, выделывая замысловатые па и пируэты, которые им приходилось повторять за преподавателем. Мальчики старались всеми возможными и невозможными способами на этот урок не идти или сбежать под любым предлогом, чтобы погонять мяч на лужайке или просто поиграть в догонялки. Пустозвон производил на них впечатление красивого разноцветного пластилинового граммофона, который издавал звуки, двигался, но внутри был пустым и серобурмалиновым. К такому выводу они пришли, попытавшись поговорить с учителем после первого урока, проверяя его обычным для себя образом, задавая глупые, на первый взгляд, вопросы, ответы на которые и легли в основу их мнения о «наставнике» и породили его прозвище «Пустозвон».

В дальнейшем это ребячье первое впечатление было подтверждено полным неумением помнить о сказанном или обещанном учителем. Сам предмет не вызывал у них интереса, а отсутствие уважения к учителю только увеличивало отсутствие желания мальчиков заниматься танцами.

В один ничем не примечательный день все изменилось. Принцы пришли на урок как обычно безо всякого желания, на ходу придумывая причины, как с него улизнуть и оживленно обсуждая еще ни разу не применявшиеся варианты совместного побега с занятия. Возле бальной залы стояли расстроенные девочки и тихо шептались. Как оказалось, Пустозвон накануне полез на дерево по непонятной пока причине, но под ним обломилась ветка и он, упав на землю с небольшой высоты на мягкий газон, вывихнул ногу. Дети подумали, что урока не будет. Но их родители не зря были всемогущественными и мудрыми правителями. За ночь им удалось найти детям замену мастеру Пустозвону. Это была стройная, смуглая и обворожительно улыбчивая учительница акробатики. Имени ее детям еще даже не успели сказать. Они сами, бросив на нее лишь мимолетный взгляд, а потом, прильнув друг к другу голова к голове, назвали ее Ниндзя-Фантом. Костюм ее, на первый взгляд, был черного цвета, но при изменении ракурса и точки зрения, сливался с предметами окружающей обстановки, то делая ее идеальную фигуру четко-очерченной, то полностью размытой. Стоя напротив открытого окна, из которого струился солнечный свет, она становилась и вовсе невидимой. Дети наблюдали это, широко раскрыв рты от удивления. Движения женщины в самом начале были пластичными и завораживающими, а потом создавалось впечатление, что ты видишь только движение воздуха. Исключение составляли только ее глаза – каре-зеленые, необычной миндалевидной формы. Глядя в них внимание не рассеивалось, а оставалось прикованным к ним и, таким образом, весь ее силуэт тоже был видимым. Тело женщины было лишь ширмой ее сущности, суть ее излучали необыкновенные глаза.

– Здравствуйте. Сказала Ниндзя-Фантом, и от звука ее голоса дети вытянулись в струнку, а потом расслабились. Невидимый импульс от одного единственного произнесенного ею слова резонансом отразился на их лицах.

– Первое слово, дороже второго, – снова произнесла она. Тембр ее голоса на этот раз был похож на прикосновение к коже бархатной бумаги. И завороженные принцы и принцессы поняли, что влюбились в эту женщину с первого взгляда. И это надолго, скорее всего, навсегда.

Их родители, потратившие ночь на поиски, уговоры и прибытие в Мультимегатрон Антисипии Форавентуры, с самого начала знали, что их усилия не напрасны, в чем убедились воочию, глядя на своих отпрысков, восхищенно взиравших на уникальную женщину, предводительницу клана Ниндзя, до сегодняшнего дня не имевшего названия. Название клану только что на их глазах придумали их одаренные дети, угадав истинную профессию учительницы танцев и навсегда обеспечив безопасность своих будущих королевств и поданных. Потому что многое повидавшая на своем веку Антисипия, глядя в восхищенные лица отпрысков королевских родов и одновременно с этим заглядывая за их спины (и в отношении их будущего и, одновременно с этим, обеспечивая их безопасность только одним своим присутствием) поняла, что их чувства взаимны. В этом им еще только предстояло убедиться.

6

На следующий день стала известна причина падения мастера Пустозвона с дерева. Выйдя из дворца на вечернюю прогулку и проходя под одним из деревьев сада, он услышал тихое мяуканье, и, подняв голову вверх, увидел маленького котенка, взобравшегося на дерево. Глаза его испуганно и, одновременно с этим, просяще смотрели на забавного человека в своеобразной одежде, украшенной развевавшимися на ветру полосами шелка. Мастер танца улыбнулся и, подпрыгнув, подтянулся на нижней ветке дерева, а затем, как настоящий гимнаст, быстро преодолел расстояние, отделявшее его от котенка. Посадив несмышленыша за пазуху, он начал спускаться, но его подвела одна из полос ткани, зацепившаяся за сучок. Мастер Пустозвон не удержался на одной из веток и, потеряв равновесие, упал на землю, сгруппировавшись в воздухе, но продолжая прижимать выпустившего от испуга когти котенка к себе.

Падение было мягким но неудачным. Учитель танцев попытался подняться, но не смог ступить на ногу от боли. От дворца к нему на помощь бежали люди, видевшие его падение с дерева. Мастер посмотрел на котенка, он был маленький пушистый и рыжий, а его серозеленые глаза, светившиеся в темноте, смотрели в глаза человека пристально и благодарно. Мастер был так удивлен этим взглядом кошачьих глаз, что даже не заметил кровь от когтей котенка, проступившую на плече сквозь порванный шелк.

7

Урок этикета был самым скучным из всех, и принцы, и принцессы в отношении к этому уроку были единодушны.

– Взяли ножик, взяли вилку, – не зарежьте вашу милку. Изрек на первом занятии в качестве приветствия учитель этикета по прозвищу «Эпикур». Кавычки дети поставили сознательно, так как к основателю эпикурейства Эпикуру, его взглядам и учению, привитым с детских лет родителями и учителем Философии Антогонистом Антигоном, юные правители относились очень уважительно.

Дальнейшие занятия, неважно на какую тему они были, проходили совсем невесело, так как юмор у «Эпикура» был своеобразный, а умение нудно талдычить превращало даже интересные темы, необходимые для воспитания юнокоронованных особ обоего пола, в рутину и тягомотину.

Однако, проказливые дети не были бы детьми своих августейших родителей, если бы не умели скрывать отсутствие уважения и почтения по отношению даже к такому, на их первый взгляд, никудышнему педагогу, как «Эпикур».

8

Антогонист Антигон был учителем философии с рождения. Он таким родился, никто даже не помнил, когда. Он сам не помнил даты своего рождения. Так давно это было, да он и не считал нужным это помнить, учитывая количество прожитых им лет, которое тоже никто, включая его самого, не помнил. На его взгляд это было маловажно. Но когда ему хотелось собрать людей, которых он хотел видеть, он делал это иногда в первый день нового года, празднуемого по традициям того государства, в котором жил в данный момент времени, а иногда, когда ему становилось грустно, в любой другой день. И, как ни странно, никогда не оказывался в этот день один. Люди, которых он хотел видеть, находили для этого время, освобождаясь от повседневных дел и забот и, чудесным образом, оказывались рядом с ним ровно настолько, насколько это было ему необходимо.

Они знали его под разными именами, но все его имена начинались на первую букву алфавита королевства, царства или государства, в котором он когда-либо жил. Юные правители, повзрослев, даже не удивились, узнав о длине этого списка и предполагали, что он не окончателен. Вот только некоторые из его имен: Августин, Азделио, Азиобит, Альдебаран, Аминорет, Андроид, Антверпен, Аргониан, Арнольд, Архимед, Арчибальд, Аурелий… Список, как вы поняли, можно было продолжать долго.

9

Правилам правописания и мыслеизложения подрастающих правителей учил педагог по имени Амфибрахий. Был он невысок, худощав и немного сутул. Для некоторых его тщедушное телосложение могло показаться признаком нездоровья. Однако дети, внутренним зрением угадывавшие суть вещей и людей, видели внутри этого не очень красивого, на первый взгляд, человека Стержень, имевший запредельную прочность и одновременно с этим – гибкость. Сначала они не понимали этого противоречивого ощущения. Но спустя некоторое время Антогонист Антигон, объясняя им очередное философское понятие, подсказал, при каких условиях такое сочетание становится возможным.

Речь шла о единстве и борьбе противоположностей. В результате внутренней борьбы, человек, прошедший горнило и наковальню, становится таким же, как титан – легким в общении, чрезвычайно прочным и гибким. Именно такой стержень и увидели с первых минут знакомства подростки в Амфибрахии.

Спустя некоторое время, осмыслив сказанное Антигоном, подросшие дети, начинавшие считать себя взрослыми, стали еще более уважительно относиться к Амфибрахию, всегда спокойно и вежливо реагировавшему на любые их шалости и проказы, ошибки и невыполненные задания.