Наталья Журавлёва – Кот. Мой кот — мой гуру, и он вечно недоволен (страница 2)

— Котик, а ты здесь откуда? — спросил я и снова приоткрыл входную дверь. — Ну-ка, брысь отсюда!

— Ага, щас прям! — вдруг донеслось откуда-то, по всей видимости, из подъезда.

А котяра был уже наполовину на кухне. Причем его вторая, хвостатая половина очень быстро догнала первую. Животное поглотил кухонный мрак.

Я захлопнул дверь, повесил на пол куртку и направился за котом. Включив на кухне свет, обнаружил животное сидящим точно напротив холодильника. Кот, не мигая, гипнотизировал белую холодную глыбу.

— Котик голодный, да? — дружелюбно поинтересовался я.

Котище перевел взгляд на меня, а затем снова на холодильник.

— Сейчас мы тебя покормим, — пообещал я и, покачиваясь, потянул за дверцу холодильника.

В холодильнике было негусто — полбанки маринованных огурчиков, маленький кусочек желтоватого сыра, два яйца, засохший пучок укропа, невесть откуда взявшийся в моем жилище, и полбатона белого хлеба. Я никогда не понимал людей, хранящих в холодильнике хлеб. По мне, так лучше уж чаще ходить в магазин, чем неделю есть холодный твердый батон, но, судя по всему, и на старуху бывает проруха.

— Н-да, не густо! — протянул я.

И тут мой взгляд упал на пакет молока, стоявший на двери холодильника. Я достал пакет и потряс его — наполовину полный.

— Кому-то здорово повезло, — подмигнул я котику, достал миску и наполнил ее молоком.

Кот наблюдал за моими манипуляциями, не двигаясь с места. Наконец он встал, медленно приблизился к миске, понюхал ее содержимое и снова сел.

— Ну же, котик, пей, не стесняйся! — подбодрил я нерешительное животное.

— Сам пей! — отчетливо раздалось на кухне.

От неожиданности я подпрыгнул на месте, схватил первое, что попалось под руку (как оказалось, пустую пластиковую бутылку — очень грозное оружие), резко обернулся назад, потом снова вперед и замер в ожидании нападения. Сердце билось так, что казалось, оно вот-вот выскочит из груди. Пары алкоголя каким-то чудодейственным образом разом покинули мой организм.

— Кто здесь? — еле слышно пропищал я, очень надеясь, что мой вопрос останется без ответа.

— Я говорю, сам пей свое прокисшее молоко! — прозвучало совсем рядом со мной.

Волосы на моей голове начали шевелиться. В памяти вдруг всплыли все просмотренные мною программы про экстрасенсов и нечистую силу, водившуюся в обычных квартирах.

От спасительного побега из враждебного дома меня удерживали только ставшие ватными ноги. Голос и вовсе почти пропал.

— Ты кто? — почему-то умоляюще прошептал я.

— Кот в пальто! — раздалось в ответ вместе с какими-то хрюкающими звуками, отдаленно напоминавшими смех.

— Кот в пальто, — машинально повторил я.

Под влиянием панического страха мозг почти перестал функционировать.

— А что тебе от меня надо? — просипел я.

— Пожрать!

В этот момент осознание того факта, что со мной до сих пор ничего особо ужасного не произошло, а значит, скорее всего, уже и не произойдет, сняло с меня леденящее душу оцепенение, и где-то на задворках разума маленькой искоркой начала мерцать мысль. Мысль эта снова и снова повторяла услышанные мною минуту назад слова: «Кот в пальто». Понадобилось еще несколько секунд, чтобы до меня дошло.

Медленно я опустил глаза и посмотрел на черного кота. Тот по-прежнему сидел перед миской и таращился на меня. Может, конечно, у меня кукушка поехала, но кроме нас двоих на кухне больше никого не было.

— Это ты сказал? — медленно спросил я кота.

— Дошло, наконец! — отчетливо раздалось с пола, при этом я не заметил, чтобы кот как-то раскрывал рот, чтобы произнести эти слова.

— А теперь, может, дашь мне, наконец, пожрать?!

Не шевелясь, я смотрел на кота. При чем, моя правая рука начала судорожно сминать пластиковую бутылку, наполнив кухню мерзкими звуками. Я перевел взгляд на смятую бутылку и разжал ладонь — кусок пластика упал на пол и исчез под столом.

— У бедняги шок, — вздохнул кот.

— Ты умеешь говорить?! — выдавил я из себя и плюхнулся на стоявший рядом стул.

— Я умею говорить, молоко кислое, жрать хочется — твоя очередь продолжать цепь очевидных вещей, — пробурчал кот.

— Ты заблудшая душа, вселившаяся в кота? — благоговейно спросил я, силясь осознать происходящее.

Кот ненадолго задумался.

— Ну, в общем-то, да, иначе, как бы я жил, если бы в моем теле не было души, — наконец констатировал он.

— Надо меньше пить, надо меньше пить! — пропел я своим осипшим голосом.

— Факт! — поддержал кот. — А теперь, может, все-таки уже пожрем?

— Что ж так грубо-то? — поразившись собственной смелости, спросил я.

— Ну, извиняйте! Посмотрел бы я на твои фразеологические обороты, если бы у тебя во рту два дня ничего, кроме дождевой воды, не было!

— Два дня?! — я вскочил и снова открыл дверцу холодильника. — Сыр будешь?

— Буду! — решительно кивнул кот.

— Только он не свежий, — извиняющимся тоном предупредил я.

— Все равно буду!

— А хлеб ты ешь?

— Ем!

— Может, яичницу быстренько пожарить?

— Давай!

— А разве коты едят яичницу?

— Сегодня я ем все!

Спустя пятнадцать минут я сидел вполоборота к столу, подперев рукой подбородок, и наблюдал, как котяра с характерным урчанием приканчивает остатки яичницы. Старый сыр, хлеб и даже маринованные огурцы были умяты несколькими минутами ранее. Единственное, от чего он отказался, был засохший укроп. Прокисшее молоко пришлось вылить в раковину.

— Да, хорошо, что я успел перекусить в студенческой кафешке, а то бы остался сегодня без ужина, — усмехнулся я.

— Можно подумать, твой холодильник ломился от деликатесов, — тут же парировал кот.

— Ну, что, наелся, чудо-кот?

— Чем тут наесться-то было?! — огрызнулось неблагодарное животное.

— Извини, дружище, но в такую погоду я бы не побежал в магазин даже под страхом смерти, — пошутил я.

— Даже под страхом смерти? — прищурился кот.

От этого взгляда мне стало не по себе, и я решил поскорее сменить тему.

— Откуда же ты такой расчудесный взялся? Или, может, ты заколдованный?

— Мозги у тебя заколдованные, — снова огрызнулся котик. — А откуда взялся, там таких больше нет.

— Благодарность из тебя так и прет, — не выдержал я очередного хамского выпада.

— Благодарить-то за что? — как ни в чем не бывало, спросил кот.

— Как это не за что?! — от неожиданности у меня даже локоть съехал с края стола, пришлось рывком вернуть его на место. — А за приют? А за еду?

— Ну, едой это можно назвать с большой натяжкой, а вот насчет ночлега еще видно будет.