Наталья Жарова – Дракон для семейного счастья (страница 18)

– Чем?

– Приездом. Уверен, она надеялась никогда больше тебя не видеть, – хмыкнул Эйнар.

– Грубиян! Но я тебя прощаю.

Олаф отсалютовал бокалом, залпом допил его содержимое и вышел в коридор.

– Он стал ещё более невыносим, – Эйнар поморщился. – Не думал, что это возможно.

– Всё возможно, к сожалению, – сказала я.

– Не переживайте, моя леди. Надолго он не задержится. Размеренная сельская жизнь – совсем не то, что может надолго увлечь Олафа. Может быть, он уедет уже завтра.

– Буду с нетерпением ждать завтра этого чудного мгновенья.

Эйнар взял меня за руку и, глядя в глаза, коснулся губами кончиков пальцев. Но не успело его дыхание огладить кожу, как над нашими головами что-то грохнуло так, что качнулась тяжёлая люстра.

Супруг резко выпрямился.

– Олаф безнадежен! – бросил он, торопливо спеша на шум.

* * *

Сегодня я проспала и едва не опоздала к завтраку, а когда вошла в столовую, Эйнар и Олаф уже сидели за столом.

– Вы задержались, – проговорил супруг, вставая, чтобы отодвинуть для меня стул. – Что-то случилось?

– Фрейа! С вашим появлением утро стало светлее! – почти заглушив слова брата, воскликнул Олаф. – Теперь я понимаю, как мой братец тут выжил: вы выполняете обязанности солнца.

Я улыбнулась: искреннее беспокойство мужа тронуло куда сильнее, чем пышный комплимент.

– Всё хорошо, милорд. А солнце… – я перевела взгляд на Олафа и кивнула в сторону окна. – Солнце справилось и без моего участия. Я задержалась, потому что засмотрелась на его красоту. Сегодня самый искристый день зимы.

– Искристый день… скажете тоже, – рассмеялся он.

– Чудесный день, вы правы, – согласился Эйнар. – Метели явно не будет. Отличный момент, чтобы съездить на реку. Посмотрю, можно ли вскрыть лёд на достаточно большом участке, чтобы закинуть сети.

– Сети… Поселяне… Фу, какая скука, – скривился Олаф. – Мог бы не портить аппетит за завтраком, братец. Посмотри, даже твоя прекрасная супруга изменилась в лице.

– Вам показалось, – возразила я. – Я рада прогулке.

– Там же дикий холод!

– Глупости, просто немного прохладно.

Олаф фыркнул.

– Знаешь, братец, тебе в жёны досталась настоящая ледышка. Что внешне, что внутренне.

– Прекрати, – Эйнар улыбнулся, едва растягивая уголки рта. – Моя супруга – прекрасная женщина. А что касается холода, тут ты прав… Я прикажу, чтобы к завтрашнему дню переставили карету на полозья. В ней теплее, чем верхом на коне, и вам, Фрейя, не придётся мучиться.

– Но я вовсе не против! – возмутилась я, чуть ли не обижаясь, что лишают горячих мужниных объятий. – Наши поездки доставляют одно удовольствие.

– Признаться, мне они тоже по душе. Но простите, моя леди, сегодня вам всё равно лучше остаться дома.

Он сказал это так мягко и настойчиво, что спорить я не решилась – чувствовала, что запрет прозвучал исключительно из-за заботы.

– Конечно, Фрейа остаётся! Я не собираюсь в одиночестве бродить по этому мрачному дому, – вдруг выдал Олаф, с вызовом посмотрев на брата.

– Дом вовсе не мрачный, – не сдержалась я.

– Правда? – наигранно удивился он. – Наверное, у меня сложилось превратное мнение о нём. Неудивительно. Я ведь ничего не успел увидеть. Вам придется показать мне всё, миледи, иначе ни за что не поверю, что эта дыра может кому-то нравиться.

Я беспомощно покосилась на Эйнара. Но тот лишь посмотрел на настенные часы и, бросив салфетку, поднялся:

– Простите, тороплюсь! Меня уже ждут.

– Поселяне… – скривился Олаф.

– Да, – с нажимом подтвердил Эйнар. – Поселяне. Составишь компанию Фрейе до моего возвращения, а потом, наконец, поведаешь, что за дело заставило тебя приехать в такую «дыру».

– Готов хоть сейчас всё рассказать! – дурашливо улыбнулся Олаф. – Но тебя же поселяне ждут, они важнее брата.

– Когда я договаривался с людьми, то о твоём визите понятия не имел. А то обязательно отложил бы все дела…

«Чтобы выпроводить тебя побыстрее», – конец фразы вслух не прозвучал, но буквально повис в воздухе.

Но Олаф, казалось, ничего не понял. Он лишь закатил глаза к потолку и демонстративно отвернулся.

– Надеюсь, эти поселяне не займут тебя надолго, и по возвращении ты не будешь вонять рыбой на весь дом.

– Олаф! – нахмурился Эйнар. – Я, если ты не понял, могу задержаться на пять минут прямо сейчас, чтобы отправить тебя в столицу.

– Да шучу я! Шучу! – картинно всплеснул руками тот. – О, мрачные боги! Почему вы обделили моего брата чувством юмора?

Признаться, я юмора тоже не уловила. Но Эйнар хмыкнул и вышел за дверь.

Олаф расслабленно развалился на стуле и таким ленивым жестом швырнул салфетку, словно почувствовал себя хозяином дома. Удивительно, что ещё и ноги на стол не закинул.

Я смотрела мужу вслед и откровенно жалела, что сегодня не смогла опять отправиться с ним. Да, он не сыпал комплиментами, как его брат, не сравнивал меня с солнцем, но при этом был учтивым, заботливым и честным.

Олаф вздохнул:

– Уехал наконец… Всё такой же скучный зануда: поселяне, рыба, счета и дела, ничего нового. И готовят здесь отвратительно! Наверное, тоже поселяне, да? Кто ещё может сварганить такие отвратные оладьи? Будто подмётку жуёшь. И как ты это выносишь, Фрейа?

Возмущённая характеристикой вполне приличного завтрака, я даже не сразу заметила, что незваный гость вдруг перешёл на «ты».

– Если вам не понравилось, могли бы и не есть.

– В другой раз так и сделаю. Ещё и тарелкой в кухарку-неумёху запущу, – ответил Олаф. – Но понимаю, что это бесполезно, Эйнар как всегда, стоит горой за своих работников… Кстати, ты тоже к оладьям не притронулась.

Я вздернула брови. Конечно, не притронулась! Опоздала к завтраку, только подошла, еще даже есть не начала.

Но Олаф будто не желал ничего замечать и был полностью уверен в своих выводах.

– Ты тоже понимаешь, что готовят отвратно, – сказал он. – Поэтому не ешь всякое дерьмо.

– Нет, я просто слежу за фигурой, – хмыкнула я.

– И зачем это? Ты и так выглядишь изумительно, несмотря на волнения последних недель. Хоть сейчас обратно в столицу. О! А хочешь, я тебя украду на пару часов? Тебе-то в столицу возвращаться никто не запрещал.

– Что за глупости? Не надо меня красть.

Олаф был весьма неприятным молодым человеком.

Вроде бы он не говорил ничего плохого, напротив, отвешивал комплименты и предлагал развлечения, но при этом буквально съедал пристальными взглядами. Да еще это фамильярное «ты».

– Заразилась от братца занудством, – Олаф поморщился. – Сама с ритуалом напортачила, а на мне злость срываешь. Где логика?

– С чего вы взяли? – нахмурилась я, лихорадочно соображая, о каком ритуале может идти речь.

– Вижу, дорогая, – фамильярно подмигнул он. – Я твои штучки знаю хорошо, куда лучше, чем Эйнар-рогоносец.

Я едва сдержалась, чтобы ничем не выдать шока… Неужели Фрейа изменяла супругу с Олафом?

В наступившей тишине скрип приоткрывшейся двери прозвучал как гром среди ясного неба. В проёме мелькнуло лицо служанки, и створка снова закрылась. Но происшествие сбило Олафа с мысли, и продолжать он не стал. А я не настаивала.

«Сегодня же! Хоть ночью! Хоть когда! Переберу архив Фрейи! – клялась я себе, судорожно стискивая под столом кулаки. – Ритуалы какие-то, интриги! Теперь ещё и любовники! Срочно разобраться! А то сама себя по незнанию так подставлю, что о нормальных отношениях с мужем можно будет сразу забыть!»