Наталья Жарова – Десять уроков для ведьмы (страница 25)

Эдгертон мимолетно удивился, откуда такое несоответствие, почему, умея пользоваться, девушка совершенно не ценит подаренную ей природой силу. Не сдержавшись, он даже произнес этот вопрос вслух.

Шарлотта подняла голову, несколько секунд непонимающе смотрела на мужчину, словно пыталась вникнуть, что за тумбочка вдруг заговорила рядом. Стефан уже собирался извиниться за неуместное любопытство, когда она все-таки ответила:

– Наверное, потому, что это единственное, что во мне всегда ценили окружающие.

– В каком смысле? – опешил Стефан.

– От отца я то и дело слышала: «Твой дар достоин лучшего применения, Шарлотта. Я разочарован». И матушка вечно качала головой, когда подбирала мне платья: «Ты, конечно, не красавица, дорогая, но будущий супруг наверняка оценит твой магический потенциал». Мне же хотелось, чтобы отец гордился мной, потому что я его дочь. А будущий супруг не потенциал во мне увидел, а лично меня. Настоящую! Понимаешь?

– Понимаю, – кивнул Стефан.

Он хотел было добавить, что в ней куда больше достоинств, чем пресловутая магическая сила, и только слепец или дурак может этого не замечать. Но, вспомнив об обстоятельствах их знакомства да и причинах сегодняшней встречи, прикусил язык. Сейчас такие уверения прозвучали бы насквозь фальшиво.

Шарлота не обратила на микроскопическую заминку никакого внимания и снова склонилась над звездой. «Когда-нибудь я ей это скажу, – пообещал себе Стефан, не отводя взгляда от испачканных мелом тонких пальцев девушки. – В более подходящий момент».

В комнате повисла тишина, нарушаемая только поскрипыванием мелка и тихим бормотанием. Мужчина завороженно наблюдал, как белоснежные линии наливаются тусклым свечением, где-то едва заметным желтым, а где-то ярким голубым. Присмотревшись, он различил и другие оттенки: сложный узор наполнялся силой, превращаясь из простого рисунка в средоточие волшебства.

Эдгертон даже дышать старался тише, чтобы не отвлекать напряженную девушку. Сейчас происходило то, что никогда не было доступно ему самому: творилась магия высшего порядка.

Когда-то он злился и мечтал о том, чтобы обладать таким даром. Позже, раз за разом одерживая победы на любовном фронте, он смотрел в глаза разгоряченных женщин, одаренные мужья которых задевали рогами потолки, и считал, что знает, кто в этой жизни в итоге вышел победителем.

Теперь же Стефан банально растерялся. Шарлотта, сама того не подозревая, показала ему, что ни сильный магический дар, ни умение взбудоражить кровь любой красотке ничего не значат. Вот она перед ним – ведьма, одаренная сверх всякой меры, но это не помогло ей стать счастливой. Вот он сам – известный дамский угодник, помогает девушке, которая нравится ему, выйти замуж за другого. Тогда что же надо, чтобы иметь право на счастье просто потому, что ты – это ты?

– Готово! – воскликнула Шарлотта, сбив его с минорной ноты, и тут же испуганно прикрыла рот ладошкой.

С минуту они судорожно вслушивались в дыхание спящего дома, но никто не спешил потревожить их уединение. Стефан перевел дух и напомнил:

– Лучше не шуметь.

– Без сомнения, – согласилась она едва слышно и поманила его к себе. – Подойди. Заговор надо читать, когда объект, то есть ты, близко.

– Как близко? – уточнил Стефан, осторожно переступая налитые магическим свечением линии.

– Очень близко. Совсем, – покраснев, как маков цвет, сказала Шарлотта и, окончательно смутившись, ткнула пальцем в сторону подпертого подушкой фолианта на своей кровати.

Стефан прищурился, вчитываясь в старинную буквицу, хмыкнул и шагнул вперед, бережно обвивая руками тонкий стан девушки. Та застыла, словно на мгновенье превратившись в статую. Но кожей Стефан чувствовал, как быстро бьется ее сердце, а узкая спина под его ладонями едва заметно поднимается в такт дыханию. Он заключал в объятия множество женщин в куда менее целомудренных ситуациях. Но то, как доверчиво Шарлотта позволила до себя дотронуться, как мягко положила ладошки ему на грудь, оказалось гораздо интимнее, чем все, что было раньше.

Мужчина понял, что еще немного – и он плюнет на самоконтроль, прижмет ее к себе, скажет, что чувствует, или сделает еще какую-нибудь глупость! Но не время… Пока не время.

Скрипнув зубами, Стефан заставил себя спросить:

– Что дальше?

– Дальше? – Шарлотта вздрогнула, словно проснувшись, покраснела еще сильнее, хотя, казалось бы, это уже невозможно, и проговорила: – Заговор. Конечно же, заговор. А потом…

– Я помню, что потом, – мягко продолжил он, уже успев пробежать глазами текст до конца страницы.

Девушка не ответила. Только улыбнулась с благодарностью и принялась торжественно, хоть и тихо, проговаривать витиеватые старинные фразы.

Краем сознания Стефан отметил, что в книгу она даже не подглядывает, явно выучив замысловатую тарабарщину наизусть. К счастью, составитель ритуала не был склонен к излишнему словоблудию. По сути, девушка лишь недвусмысленно подтверждала, что действительно хочет напитать партнера своей силой и делает это добровольно, безо всякого принуждения.

Когда прозвучало последнее слово, Стефан чуть наклонился и осторожно коснулся приоткрытых розовых губ своими губами. Рука словно сама собой скользнула по спине, вверх к затылку. Пальцы запутались в рассыпанных золотых локонах, подсвеченных яркими всполохами окружившей их магии. Шарлотта откинула голову, неосознанно воспользовавшись этой опорой, и подалась вперед.

Ее дыхание едва заметно отдавало яблоком и корицей. Магическое свечение давно погасло, но Стефан этого даже не заметил, неожиданно для себя потерявшись в сладком аромате. Наслаждаясь целомудренным и в то же время возбуждающим прикосновением, он неспешно ласкал мягкие податливые уста, то поглаживая, а то едва заметно прикусывая нежную кожу. Медленно прошелся языком по белоснежной кромке зубов и почувствовал, как, стиснутые раньше, они разомкнулись, открывая ему новые области. Тихий стон девушки ударил по напряженным нервам, обжигая ранее неизведанной негой.

Стефан осознал, что еще немного – и он точно натворит глупостей. Через силу он заставил себя прервать поцелуй и отстраниться.

Но Шарлотта вдруг качнулась следом, требуя продолжения. Отзывчивая, нежная, манящая…

Понимая, что если позволит ей вновь оказаться так близко, то глупости станут неизбежны, а одурманенная то ли откатом от ритуала, то ли самой ситуацией Шарлотта потом ему этого никогда не простит, Стефан шагнул назад. Ткнулся спиной в какой-то столик, и тишину разорвал хруст бьющегося фарфора.

– Прости, – машинально выдавил он.

Шарлотта подняла на него затянутые мутной дымкой глаза:

– Поцелуй меня еще раз, и можешь разнести все остальное.

– Что ты просишь? – недоверчиво нахмурился Стефан.

Девушка вздрогнула, словно очнувшись от глубокого сна. Ее испуганный взгляд метнулся к его лицу и тут же ушел в сторону.

– Я говорю, ничего страшного. Я все равно терпеть не могла эту штуку.

– А… – кивнул Стефан, решив, что возбужденное сознание сыграло с ним дурную шутку. – Мне жаль. Давай я куплю новую… новое… Эм-м… А что это вообще было?

Шарлотта уже осмысленным взглядом посмотрела на черепки под его ногами и наконец хихикнула:

– Понятия не имею!

Стефан приложил палец к губам, умоляя не шуметь, но девушка снова прыснула и расхохоталась. Еще секунду мужчина боролся с собой, но напряжение этого безумного дня требовало хоть толики отдыха, и он присоединился к хохоту, напрочь забыв о столь необходимой тишине.

Глава 13

Где-то в коридоре хлопнула дверь и раздался негодующий голос Оливии:

– Шарлотта! Дрянная девчонка! Что ты там делаешь?

Парочка испуганно переглянулась. Точнее, испугалась только Шарлотта. На лице Стефана читалось скорее желание придушить вздорную тетку.

– Она сейчас кликнет дядю! – придушенно ахнула девушка.

Шаги в коридоре приближались.

– Не успеет, – подмигнул Стефан. Подхватив со спинки кровати шелковый халат, он кинул его Шарлотте и мотнул подбородком в сторону ширмы. – Платье долой, и надевай.

Щечки девушки слегка порозовели, но, кивнув, она все-таки скрылась за ширмой.

Стараясь производить как можно меньше шума, Стефан задвинул ногами под кровать осколки нелепой вазы (если это, конечно, была ваза), вернул на место ковер, переставил обратно стол и окинул комнату быстрым взглядом – не осталось ли еще каких-то следов происходившего? Мгновенье, и толстая книга по ритуальной магии скрылась под подушкой, а одеяло, напротив, отлетело в сторону, как будто девушка только встала.

А Оливия уже колотила в дверь:

– Открывай немедленно!

Шарлотта выскочила из-за ширмы и с благодарностью кивнула, заметив наведенный порядок.

– Ты крепко спала, – одними губами подсказал Стефан и скрылся за плотной гардиной.

Глубоко вздохнув, Шарлотта подошла к двери и, щелкнув задвижкой, распахнула створку. Багровая от злости Оливия, внезапно потеряв опору, ввалилась в комнату, едва не упав. Девушка и не подумала поддержать тетку. Вместо этого она зевнула, старательно прикрывая рот ладошкой, и посмотрела на хмурого полковника Матсуса.

– Что случилось, дядюшка?

Тому происходящее явно не доставляло никакого удовольствия. Халат сидел криво, брови сошлись в одну линию, и даже знаменитые усы, вопреки обыкновению, уныло обвисли, углубляя мрачные складки в уголках рта.