Наталья Юрай – Сердца из разных миров. Вместе (страница 12)

Спутать женские стоны с каким-то другим звуками было сложно. Катя уже было повернула назад, не желая спугнуть парочку, но решила тихонько затворить полуоткрытую дверь и спасти влюблённых от возможного конфуза. Нечаянно брошенный внутрь склада взгляд заставил замереть. Ритмично зарываясь в женское тело, спиной к ней стоял законный муж со спущенными штанами. И над всем этим возвышался Меньша. Ирония.

Не торопясь, Катя допила шампанское, аккуратно поставила пустой бокал на пол, безучастно наблюдая, как мужские руки страстно сжимают стройные, ноги Кьяры. Любовники застонали, переживая разрядку, но не отлипая друг от друга. Балашова сняла туфли и сделала шаг вперёд, но сразу же передумала обнаруживать себя – Фёдор имел право быть любимым или хотя бы желанным, развернулась. Нечаянно задетый бокал упал со звоном и покатился по полу, описывая дугу.

ГЛАВА 7. Точки над i

— И вот, что я думаю, господа искатели! Нужна экспедиция в эту вашу Поленницу.

— Пеленицу.

— Не важно! Там, вероятно, есть месторождение этих самых камней. Нельзя упускать такую возможность! Это же прорыв!

— Эд, ну ты же понимаешь, что я такие вопросы не решаю, – присоединившийся к разговору Мартин пожал плечами. – Делай запрос, обосновывай. Я посоветую тебе надёжных людей.

— Вам покажется безумством, но я бы тоже хотел перейти!

— Ты? – хором воскликнули друзья и переглянулись.

— Бецкий, ты ученый! Пусть и многопрофильный, но по сути — археолог-реставратор! Ре-став-ра-тор!

— Знаю, Ставр, знаю!

— К тому же, у тебя нет прививок, ты не подготовлен должным образом! – отговаривал профессора Мартин Нортон, но воображение уже подсовывало ему варианты решения, и сладкий запах приключения щекотал ноздри. — Делай запрос, пока это всё, что можно предпринять.

***

Огонь парил над камнем, не касаясь его, со стороны могло показаться, что горел сам воздух, ведь источника пламени не было видно. Яга в длинной рубахе, в глубоком вырезе которой то и дело мелькало старое голое тело и висящие сморщенные груди, шептала заклинания. Рыжие огненные языки лизали руки, но ведьма не боялась, а повелевала ими. Глаза закатились, волосы, распущенные для обряда, свисали длинными седыми прядями. Губы шептали слова, причмокивали, посвистывали, Яга время от времени страшно, по-волчьи подвывала. В это же самое время в зимовье метался во сне Вольга.

Темноволосая женщина тянула к нему руки, в карих глазах вспыхивали золотистые искорки. Оборотень без страха шёл на её зов, подчиняясь велению сердца и тела.

— Не останавливайся, только не останавливайся, волк! – шептали сочные зацелованные губы.

Жажда обладания становилась всё сильнее. Вольга с восхищением оглядывал прекрасное лицо, смугловатую ровную кожу, впадинку между ключицами. В каждой косточке нарастал жар, выкручивая мышцы, выламывая суставы, раскалывая череп непереносимой болью. Когда терпеть стало невмоготу, Вольга распахнул глаза. Остатки наваждения ещё цеплялись за просыпавшееся сознание, но мужчина уже не помнил сновидения. Удивлённо глядя на явный признак возбуждения, оборотень замотал головой.

— Ох, Васёна, что же ты со мною делаешь! – уже произнося имя, Вольга знал, что до темноты в глазах желает совсем другую, неизвестную ему, но уже приходившую во снах женщину.

Обессилено опустились руки. Яга дышала тяжело, с посвистом. Под лавкой, тараща глаза, сидел большой чёрный кот с белыми кончиками лапок, грудкой, бровями и усами. Дождавшись, когда ведьма устало присядет, животное вытянуло из убежища свое гибкое тело и потёрлось мордочкой о ноги старухи.

— Что, Баюнушка, пригрелся, пермогся, пора тебе и честь знать! Негоже подглядывать!

Черный кот потянулся, коротко мявкнув, и направился к двери. Яга с трудом встала и выпустила знакомца на улицу, наблюдая, как из мягких лапок появляются когти, не позволившие животному поскользнуться на наледи, покрывающей крыльцо. Баюн спрыгнул на землю и стал увеличиваться в размерах. Напоследок зыркнув на подругу зелёными глазищами, ставшими больше в несколько раз, огромный кот поднял хвост и потрусил в чащу леса.

— Иди-иди, душегуб, людоед белоусый. Повадился раны зализывать, ишь! – Яга плюнула вслед пушистому гиганту и захлопнула дверь.

Кот несколько раз со злостью ударил себя хвостом по бокам. Старая ведьма нужна ему, только она залечивает кошачьи раны, иначе давно бы откусил её косматую голову!

***

Оглядывая зимовье, Вольга сразу заметил порядок и хозяйскую смётку. Всё было на своих местах, по уму устроено. Оборотень ощупал бок, подивился умело наложенной повязке и отсутствию острой боли от раны. Сразу сесть не получилось, закружилась голова, во рту пересохло. Кто бы ни спас его из ямы, человек этот был заботлив: на столе стояла крынка, а рядом узелок с чем-то явно съестным. Оборотень поднялся, ноги дрожали, но голод был сильнее, и Вольга развязал ткань, обнаружив пирог с репой и варёное яйцо. Вода в крынке замёрзла, но несколько быстрых ударов ножом, и лёд, раскрошенный острым лезвием, высыпался на ладонь. Вольга захрустел ледышками и облегчённо выдохнул. Пусть легка будет дорога у доброго человека!

Снаружи настойчиво кричал ворон. Уж не бабкин ли посланец? Едва передвигая ноги, мужчина дошел до низкой двери и попытался выглянуть наружу. Крепкий наружный засов, опущенный хозяином зимовья, не позволил бы дикому зверью добраться до раненого человека, но и Вольге выйти не давал.

— Подмогни, братко!

Ворон сорвался с ветки, вцепившись острыми когтями в дерево и отчаянно взмахивая крыльями, с большим трудом, но вытянул деревянный брусок из пазов. Дверь с едва слышным скрипом отворилась. Птица залетела внутрь и опустилась на доски столешницы. Вольга заметил мешочек, и отвязал его от птичьей ноги, пока ворон склевал скорлупу с остатками яичного белка и подобрал крошки от пирога.

— Дух поганый, – понюхав содержимое мешочка, поморщился оборотень. – Выпить?

Ворон каркнул.

— Ой, гляди, братко, помру, старая тебя метлой отходит! – Вольга высыпал содержимое мешочка в кружку и направился к небольшому очагу. Тут же нашёл кремень, и скоро в зимовье затеплился огонь. Зелье оказалось горьким на вкус, но уже после последнего глотка голова оборотня стала яснее, дрожь в руках и ногах исчезла.

— Бабушка, добро тебе в дом!

— Вот и ладно, Вольгушка, вот и ладно, — Яга остановила яблочко, мерно катающееся по блюду. — Теперича наречённую твою дожидать станем. Скоренько уже явится. Скоренько!

***

Катя поднималась по лестнице босиком. В голове слегка шумело, подрагивали колени, леденели пальцы. Гул вечеринки становился ближе и стоило обуться, чтобы не вызвать ненужных вопросов. Через несколько секунд сзади послышались шаги – жену догонял Фёдор. Катерина не могла заставить себя обернуться на звук, дурнота от выпитого подкатывала к горлу. Было не больно, не обидно. Было никак. Но именно это пустота в душе и пугала.

— Кать, послушай, я знаю, что мне нет оправдания.

— Почему?

Фёдор вдруг взорвался, неверно истолковав смысл вопроса:

— Да потому, чёрт возьми! Кто я тебе, а? Муж? Сосед? Товарищ? Я тоже живой человек, у меня есть чувства и потребности, и не надо мне сейчас про экзосимуляторы. Ты сама знаешь, что секс — это не просто физиологическое удовольствие!

— Не кричи, в голове звенит. Почему нет оправдания, я хотела узнать? Ах, да. Ты столько причин перечислил, – Катя говорила очень спокойно, сбивая супруга с толку.

— Погоди… — Фёдор совершенно по-детски хлопнул себя по лбу ладонью. — Тебе что, всё равно? Всё равно, что я только что имел другую бабу?

— Абсолютно.

Пролетом ниже Кьяра вслушивалась в разговор, ещё переживая острое чувственное наслаждение, которое подарил ей этот невероятный мужчина. Фёдор явно стоит затраченных усилий.

— Какая же ты…

— Дрянь?

— Дрянь! Я знаю, там, внизу, стоит Меньша, твой любовник. Как жаль, что статуи не оживают, да? Каменный гость получился бы на славу, ребёночка бы тебе заделал ещё одного. И учти: Машку я тебе не отдам, она моя дочь если не по крови, то по духу. Пока ты с артефактом развлекалась, я с дочкой рядом был! Я, а не твой неотёсанный кузнец из Пеленицы!

Кьяра напряглась. Значит, ребёнок Катерины от человека из другого времени и другой реальности? Вот и отлично!

— Федь, я понимаю тебя, честно! Понимаю и не осуждаю, поверь! Между нами был договор, и ты его ни разу не нарушил. Не собираюсь разводиться, если тебе интересно. Но никогда не смогу к тебе притронуться, Федь, брезгую, знаешь ли. Кстати, ты можешь вернуться к своей… даме. Я прервала вас на самом интересном месте, кажется. Не хотела, извини, — и Катерина, слегка пошатываясь – шампанское всё же слишком сильно ударило в голову, зашагала по направлению к экспозиционному залу.

— Катюш, постой! — Фёдор схватил жену за руку.

— Пусти, больно!

— О, ребята, вот вы где! Уединились, понимаю! — Мартин хохотнул, бросив выразительный взгляд на оставшуюся в руках Балашовой туфли. – Эх, Фёдор, не довелось мне встретить такую женщину, как твоя жена. Я бы тоже по углам с ней тискался!

Катя вдруг пьяно и истерично захохотала, Нортон было присоединился, но увидел выражение лица Фёдора и замолчал.

Замершая на месте Кьяра продумывала план действий.

В коридор вышли Ставр и Эдуард Бецкий.

— Коллеги, есть серьёзный разговор. Предлагаю ехать в наше место.