Наталья Языкова – Тощий человек. Сборник страшных рассказов (страница 2)
Мария смотрела вслед эксперту, уносящему улику. В её голове уже складывалась первая версия. Но она пока не была готова ею делиться. Слишком мало фактов. Слишком много вопросов. И слишком мрачная картина вырисовывалась перед ней.
– Я хочу осмотреть место подробнее, – сказала она Игнату. – Можно?
– Конечно. Только будьте осторожны.
Мария кивнула и направилась к ближайшей раскопке. Её взгляд скользил по земле, по деревьям, по каждому камешку. Где-то здесь скрывалась разгадка страшной тайны. И она была полна решимости её найти.
***
Марья сидела за чужим столом, погрузившись в изучение папок с делами о пропавших без вести. Каждая страница, каждый документ словно пропитаны болью и отчаянием. Чем глубже она погружалась в материалы, тем отчётливее понимала – это дело станет одним из самых мрачных в её карьере.
В лаборатории кипела работа. Криминалисты трудились практически круглосуточно, проводя сложнейшие экспертизы. Удалось опознать первую жертву – Майю Слепкову.
– Семнадцать лет, первокурсница, – прочитала Марья. – Пропала шесть лет назад во время первой сессии. Оставила все вещи в общежитии, не местная – из посёлка недалеко от города.
– Родители опознали серьги и кулон, – добавил Игнат. – Набор был подарен на окончание школы.
– Значит, ограбление исключается. Нужно повторно опросить всех, кто её знал.
– Уже сделано. За пару месяцев до исчезновения она вроде устроилась на подработку, но куда – неизвестно.
Вторая опознанная жертва – Зоя Шевелёва.
– Исчезла семь лет назад, – продолжил Игнат. – Заявление писала мать. По её словам, Зоя не вернулась с подработки на овощной базе.
– На овощной базе? Что подросток мог там делать? У них неблагополучная семья?
– Нет, семья вполне нормальная. Отец умер, мать не работала, но выглядела хорошо.
– Странно. Если мать не работала, на что они жили? На подработки подростка?
– Вот именно. Мне тогда показалось, что мать специально отправила дочку на эту работу.
– Кто опознал Зою?
– Не мать. На шее было необычное украшение – плетёнка из тонких кожаных полосок. Мать хорошо описала его, так как Зоя иногда продавала такие вещи.
– А что с матерью?
– Антонина недавно скончалась от обширного инфаркта.
– Ничего странного. Немолодая женщина, годами переживала за дочь…
– Ты не знаешь эту Антонину. Дочь была последним, о чём она могла переживать. Заявление написала только из-за общественного давления. И ещё – она никогда не работала, но всегда имела деньги.
– Такое бывает. Иногда у скромных пенсионеров обнаруживаются миллионы на счетах.
– Да, но здесь что-то не так…
Марья задумчиво перелистывала страницы дела. В её голове складывалась мрачная мозаика, и каждый новый факт только усложнял картину. Она чувствовала – это дело скрывает гораздо больше тайн, чем кажется на первый взгляд.
Внезапно её взгляд упал на одну деталь в документах. Что-то здесь не сходилось…
– Игнат, – тихо произнесла она. – А не кажется ли тебе, что все эти исчезновения как-то связаны? И работа на овощной базе, и внезапные подработки… Может, это не просто совпадения?
***
Вечер опустился на съёмную квартиру тяжёлым покрывалом. Мария стояла у микроволновки, рассеянно помешивая ужин. Её мысли крутились вокруг дела, которое казалось всё более запутанным. Интуиция, отточенная годами работы, кричала, что это не просто дело о маньяке. Здесь крылось нечто куда более зловещее.
Мелодичный звон микроволновки вырвал её из размышлений. Мария машинально достала тарелку, но аппетит пропал. Она не хотела браться за это дело – слишком мрачной казалась атмосфера. Но Ева, её начальница, была в отъезде, и выбора не оставалось.
В памяти всплыла Лачи – подруга Евы, цыганка с репутацией настоящей ведьмы. Она не раз помогала в расследованиях, но сейчас находилась где-то вместе с Евой, вне зоны доступа.
Глубокой ночью сон пришёл к Марии, но принёс не отдых, а леденящий ужас.
Ей приснился лес – тот самый, что фигурировал в деле. Промозглый, сырой, пропитанный запахом хвои и смерти. Луна, яркая, как прожектор, освещала каждую ветку, каждый сучок. Под ногами хрустели сухие листья, а в воздухе витало предчувствие беды.
Крики разорвали тишину. Выстрелы эхом отразились от деревьев. Мария бросилась бежать, спотыкаясь о корни, падая в грязь. Острая боль обожгла руку – в неё стреляли. Но она продолжала бежать, даже когда почувствовала второй выстрел в спину.
Перед глазами застыла картина: тёмное небо и идеально круглая жёлтая луна. А потом…
Мария словно наблюдала со стороны. Трое мужчин вышли из-за деревьев. Один с ружьём, двое других с лопатами. Тот, что с ружьём, подошёл к распростёртому на земле телу и с удовлетворением пнул его ногой.
Мужчины спокойно выкопали яму под старой берёзой. Они не торопились, методично закапывая тело, затем положили сверху сумку. Закончив, они ушли, насвистывая какую-то мелодию.
Густой влажный туман окутал поляну. Мария отступила назад. На том месте, где только что было захоронение, стояла погибшая девушка. Её одежда пропиталась кровью, образуя яркое пятно на груди. Волосы были изуродованы, словно безумный цирюльник вырвал их клочьями.
Покойница подняла голову и посмотрела прямо на Марию.
– Охота продолжается… – прошелестел бестелесный голос.
Крик, полный отчаяния и боли, разорвал тишину. Мария проснулась от собственного вопля, застрявшего в горле. Кошмар был настолько реальным, что она всё ещё чувствовала влажный запах леса.
Рывком она откинула одеяло, намереваясь пойти за водой. И замерла. Её ноги были выпачканы в грязи, а к ступням прилипли прелые листья.
Холодный пот выступил на лбу. Это был не просто сон. Что-то гораздо более зловещее пыталось ей что-то сказать. И она знала – игнорировать это послание нельзя.
Дрожащими руками Мария ощупала свои ноги. Грязь была настоящей – влажной и холодной. Прелые листья прилипли к ступням, словно кто-то специально разбросал их по квартире.
Она бросилась к зеркалу. В отражении увидела бледное лицо с лихорадочно блестящими глазами. Волосы растрепались, а на шее пульсировала жилка.
**
Тусклый свет настольной лампы отбрасывал причудливые тени на стены кабинета. Игнат сидел в кресле, сжимая в руках кружку с остывшим кофе. Листы документов шелестели в его пальцах, словно осенние листья на ветру.
Дверь тихо приоткрылась, и в кабинет скользнула Марья. Её лицо было бледным, под глазами залегли тёмные круги. Она остановилась на пороге, словно собираясь с мыслями.
– И тебе доброе утро, – не оборачиваясь, проговорил Игнат. В его голосе слышалась усталость. – Опять не спалось?
– С чего ты взял? – её голос звучал хрипло, будто она долго молчала.
– Вид у тебя… роскошный, особенно синяки под глазами.
– Не умничай. Мне приснился кошмар. Но знаешь что? Кажется, сон в руку.
Игнат медленно повернулся к ней, его глаза прищурились.
– Есть теория?
– А то!
– Делись, коллега.
Марья сделала шаг вперёд, её взгляд стал острым, почти хищным.
– Я думаю, что в регионе действует группировка. Они устраивают охоту на людей. Молодых девчонок заманивают под разными предлогами – якобы на подработку. А там… там они попадают в руки настоящих зверей. Людьми их назвать трудно. Они гоняют девушек как дичь, и в итоге побеждают. Я уверена: подобное кладбище не одно в регионе. И знаешь что? У них есть защита в высших кругах. Будет сложно.
Игнат смотрел на неё, его лицо выражало смесь недоверия и тревоги.
– Откуда ты весь этот бред взяла? – его голос дрогнул.
Марья выдержала паузу, её пальцы нервно теребили край пиджака.
– Показали.
– Кто?
– Всё равно не поверишь. Покойница.