Наталья Варварова – Скандальная помолвка адского лорда (страница 13)

– Почему ты крутишься вокруг моей невесты? – Эттвуд добавил рычащие нотки, и Елена тоже готова была испугаться.

– А сам ты как объяснишь свое появление, – парировал Льеф. – Мы условились встретиться часа через четыре. Ты должен был отсыпаться, а еще написать отчет.

– Не дождешься, – граф рычал. Елене не послышалось. Два демона кружили друг напротив друга.

Она схватила кувшин с водой и без долгих прицеливаний выплеснула содержимое в сторону Эттвуда. Справедливо, что и его другу досталось прилично. Мокрые мужчины застыли, потом перевели взгляд на нее и одновременно расхохотались.

Глава 16. Колечко на память

Энтони Эттвуд (пиджак придется сменить, однако он переживает по другому поводу)

Графу не понравилась сцена, свидетелем которой он стал. Елена и Бельфагор мирно ворковали. Маркиз сыпал любезностями, как в каком-нибудь светском салоне. Энтони едва удержался от того, чтобы не стиснуть виски. Десять минут назад их сковала пульсирующая боль, выдернув его из-за стола, где он занимался бумагами.

При этом он был уверен, что этот приступ принадлежал Елене. Хотя бы потому, что демоны могли страдать разве что от открытой раны. Туда же добавилось уверенность, что ей угрожает опасность. И что он нашел в итоге? Льефа, который делал все, чтобы сбить его с толку и скрыть, что на самом деле произошло в комнате. Елену со следами пережитого страха. Ее боль рассеялась, но тревога осталась, несмотря на все ужимки маркиза.

Кстати, демон-смотрящий потер весь негативный магический фон. А ведь перед его приходом в гостиной был еще кто-то третий. Сейчас же Льеф, по щекам которого стекала позеленевшая после букета вода, выглядел комично. А на кого похож он сам, судя по тому, что рубашка и брюки прилипли к телу… Два демона, побежденные мышкой.

– И все-таки, что здесь произошло?

Необходимо разобраться, почему его привязка вдруг резко дала о себе знать. И при этом нельзя даже намекнуть о ее существовании Льефу. Он уже навострил уши и явно подозревает.

– Небольшая неприятность, связанная с обслуживающим персоналом. Я проходил мимо, так как шел к консьержу, и помог леди разрешить спор, – маркиз, как всегда, излагал складно. А еще он реагировал на такие нюансы, на которые другой бы не обратил внимания. – Мне непонятно, как ты оказался здесь. В честь какой бездны. Словно почувствовал, что твоей леди некомфортно.

В подтверждение его слов Елена сжалась на стуле. Вылив на них содержимое вазы, она не поверила в собственную смелость. Затем немного успокоилась и оттаяла. А сейчас напряглась снова. Они обсуждали ее, но не в тех категориях, чтобы девушка сумела сориентироваться, в чем проблема.

– Можно согласиться, хотя и с натяжкой, что ты известишь первый круг о своей помолвке чуть позже, – продолжал Льеф. – Дело молодое. Елена – нежная девушка. Чтобы встретиться с нашими патриархами, человеку необходимо время на подготовку. Но если ты утаиваешь, что связь между вами иного порядка… Я отказываюсь в это верить. Ты же очень разумный демон.

Теперь маркиз обращался к Елене:

– Еще раз простите меня, леди. Я стараюсь сбить спесь с этого охламона. Показать, как его выкрутасы выглядят со стороны. Он пребывает в блаженной уверенности, что непогрешим, как сонм пресветлых. А нам, суетным, остается читать его мысли на расстоянии.

– Нет-нет, что вы, продолжайте. Можете делать вид, что меня здесь нет. Обменивайтесь ребусами. Я невеста демона всего второй день как. Не покидает чувство, что полный профан в этом деле, – Елена обнажила острые зубки, а Льеф такого не ожидал. – Вариант, что для графа помолвка – лишь прихоть, способ развеять скуку – вами не рассматривается? Если жениться он не собирается, зачем рассылать уведомления во все адские конторы…

– Я, пожалуй, пойду, – заторопился Льеф. – Вам, наверное, следует поговорить наедине. Но я и при Эттвуде озвучу то же самое предложение. Чтобы между нами все прозрачно… Если этот рогатый моралист вам наскучит, то смело отправляйте его в отставку. Я буду куда более удобным спутником жизни. Все подробности – в письме. Разрешите писать вам?

В Льефа полетела пустая ваза, но он ловко наклонился, пропуская ее вперед, и вышел вон. Перед этим маркиз умудрился отвесить поклон.

– Не разрешаю! Еще раз увижу рядом с невестой в мое отсутствие, расквашу морду без всяких поединков, – гаркнул Эттвуд в спину товарищу.

– Он это, что, серьезно? Или у вас такой обычай, переманивать чужих девушек? – Елена сцепила руки на коленях.

Эттвуд почувствовал себя неловко под ее строгим взглядом. Он вбежал сюда на эмоциях, а сейчас не мог решить, где приличнее постоять. Сесть она не предложила.

– Он так выражает поддержку, я полагаю. Вы в непростой ситуации. Весь Мидиус наблюдает за нами. Почему он вдруг воспылал симпатией и насколько серьезно его предложение, боюсь, выяснить я не позволю, – его челюсть непроизвольно сжалась. Елена наблюдала за ним очень внимательно. – Будь вы парнем, я бы сказал, что Льеф – славный рогатый увалень. Но вы это вы. Рекомендовать его не стану.

Елена догадалась, что Льеф выгораживал Эккерсли неслучайно. Граф среагировал бы на бывшего жениха, к гадалке не ходи, вторым вызовом. И скорее всего в этот раз проигнорировал бы ее просьбу не причинять Барту вреда.

Эттвуд же сжимал в кармане миниатюрную коробочку и лихорадочно соображал, как ему быть. Эта девушка, лишенная магических способностей, даже не сознает, в какой опасности пребывает ежедневно. Кирпич на голову упадет, начнется в отеле пожар, страус лягнет (экзотическую птицу она из-под земли достанет, не проблема) – и все, и конец. Это если не вспоминать про Барта Эккерсли, который справится с ней так же легко, как с маленьким ребенком. И еще стервятник Льеф…

– Елена, вчера я до этого не договорил. Нам надо постараться скрывать факт привязки как можно дольше. Через вас недруги, а их более чем достаточно, легко достанут меня. В смысле, я боюсь не этого, а того, что вы пострадаете, – Эттвуд сделал паузу. Это невероятно, когда она рядом, он косноязычен до неприличия. – И Льеф прав. Каждый демон верхнего ранга обязан уведомлять владыку о том, что она появилась. Я торопиться не намерен, в ваших же интересах. Пока предлагаю вот это. Оно защитит вас.

Он вытащил из кармана коробочку, оббитую черным бархатом. Одно нажатие, и перстень засверкал оттуда так сильно, что Елена зажмурилась.

– Я собирался вручить его вам вечером в присутствии родителей. Это обязательный атрибут помолвки, как и у людей. А сам по себе является сильным защитным артефактом. Плюс послужит передатчиком между нами.

– Вы дарите мне обручальное кольцо?

Эттвуд аккуратно прикрыл за собой дверь и приблизился. Елена нервничала. Какой неподходящий момент для первого поцелуя, придется его отложить. Или не стоит? Граф склонился над ее рукой. Девушка сначала ощутила, как слегка обожгло запястье, а потом, какие нежные, почти невесомые касания у его губ. Эккерсли, да не к ночи он будет помянут, всегда вдавливал губы чуть ли не ей в руку. Эттвуд протянул ей руку, и она вложила в нее свою. Причем выпускать ту, которую целовал, граф тоже не собирался. Возможно, первый опыт с демоном выглядел бы иначе, некстати подумалось Елене.

Глава 17. Демон на своем месте

Несмотря на то, что уезжать от Елены не хотелось, Эттвуд сделал над собой усилие. После того, как она спустя нескольких секунд раздумий – для него они растянулись в полчаса на вертеле над адским огнем – надела его кольцо, они спустились в холл. Там провели вместе больше двух часов. Она листала подаренную им книгу (Энтони настоял, чтобы «Лучшие голоса лиственных лесов» все-таки нашли свою хозяйку) и сразу делала записи. А граф, раздобыв бумагу и чернила, вернулся к отчетам.

Оставаться с девушкой наедине в апартаментах значило толкать ее на очередное нарушение приличий. Но и одной ей быть не следовало, демон был в этом уверен. И инстинктам своим он доверял безоговорочно. Поэтому они мирно дожидались леди Фелиции. И со стороны казались во всех отношениях уравновешенной парой.

«Современные молодые люди, – вздыхал портье, глядя на них. – У таких на первом месте дела, а не сантименты. Вот в наше время…». Елена же с трудом сдерживалась, чтобы не обрушить на соседнее кресло ворох вопросов, подозрений и даже обвинений. Положение спасала биография белой трясогузки: певчие птички-невелички жили на Мидиусе уже несколько миллионов лет. Мысль о том, что должное изучение этого вида пролило бы свет на эволюцию всей фауны, вот единственное, что отвлекало от красавца-демона.

Эттвуд второпях заполнял листы бюрократическими кульбитами – пускай надзиратели в адской столице ищут, какое из его действий выходило за рамки регламента. Не подкопаются. Одновременно он пытался справиться с носом. Рядом с девушкой ноздри непроизвольно приходили в движение. Как у хищника, чья добыча уселась так близко, что почти отдавила ему хвост.

Эти взаимные мучения прервала матушка Елены, за которой следовали два крепких парня, увешанных пакетами. Граф тут же раскланялся, предоставив девушке самой объяснять, что забыл у них в отеле сиятельный жених.

– Мое почтение, леди. Вечером я пришлю за вами экипаж. Сегодня выходные, и перевозчики уже понабрали заказов. Прекрасно выглядите. Эта шляпка подходит вам как никому другому.