Наталья Третьякова – Сон пчелы (страница 9)
Апис: Возможно, но зависть опасна, если её не контролировать. Люди, поглощённые мыслями о чужом благополучии, часто теряют радость от жизни, забывая ценить то, что имеют.
Ирша: Может ты забыл, но у меня теперь ничего нет, мне нечего ценить!
Апис: Я тоже потерял всё и то, что я говорю тебе, я говорю и себе, что бы мне не было так больно.
Ирша: А как же Сапиентиа?
Апис: Я потерял её в том пожаре. И теперь сравнивая себя с другими без меры, впадаю в уныние, не находя в себе силы двигаться дальше, а мне необходимо продолжать путь.
Ирша: Так ты разыскиваешь Сапиентию?
Апис: Да, я ищу её и всех кто мне дорог, я хочу найти своих друзей и именно по этому мне важно фокусироваться на своём пути, а ставя перед собой цель, я меньше завидую, так как занят поиском.
Ирша: А я никого не ищу, у меня уже есть новые друзья и пусть они поглощены своим соревнованием кто из них лучше танцует, не замечая моей грусти, продолжают обмениваться историями, приправленными шутками и преувеличениями, это всё равно лучше, чем быть одной.
Апис: Твои друзья - это твой выбор, но окружение сильно на тебя влияет. Если ты постоянно находишься среди тех, кто выставляет свою жизнь напоказ, сложно не поддаться искушению, сравнивая свои скромные результаты с их возможностями и не забывай, у вас разные точки отсчёта, у тебя путь только начался.
Солнце окрашивало всё вокруг в тёплые оттенки, Апис, закрыв глаза, вдыхал аромат полевых цветов, растущих неподалёку, тогда как Ирша обдумывала их разговор, боясь упустить что-то важное. Облака, меняя свои очертания, напоминали ей об изменчивости её настроения, и увлечённая этой игрой воображения, она немного успокоилась.
Ирша: Значит, нужно выбирать окружение осознанно?
Апис: Я стараюсь общаться с людьми, вдохновляющими на созидание, а не на зависть — они делятся опытом, помогая расти, вместо того чтобы соревноваться.
Ирша: Получается, проблема не в самой зависти, а в том, как я её проживаю? То есть, осознавая свои эмоции, могу превратить их в мотивацию?
Апис: Именно! Вместо того чтобы злиться на чью то удачу, лучше спросить себя: «Что я могу сделать, используя этот пример как ориентир?» — и двигаться вперёд, не оглядываясь на тех, кто идёт другим путём. Знаешь, я всё чаще думаю о том, как зависть, подтачивающая силы изнутри, мешает людям радоваться жизни, не позволяя замечать собственные успехи.
Ирша: Но ведь зависть — это естественное чувство, присущее каждому!
Апис: Может и так, но люди, поглощённые завистью к чужим достижениям, часто теряют связь с реальностью, забывая развивать свои таланты. Главное — научиться использовать энергию зависти правильно, превращая её в собственный духовный рост.
«Но как избавиться от этого чувства? — спросила Ирша, сжимая в руках свою белую сумку и глядя на танцующие вдалеке пары. — Оно появляется само собой, словно тень за спиной».
«Давай представим, — предложил Апис, — что каждый раз, завидуя другому, ты забираешь частицу счастья у самой себя, а, желая человеку добра, ты, наоборот, вкладываешь в свою жизнь что то светлое».
Ирша, пытаясь осмыслить сказанное и вспоминая свои недавние переживания, тихо произнесла: «Получается, я сама лишаю себя радости, когда завидую?»
«Именно так, — подтвердил Апис. — Представь мир как сад, где добрые пожелания, посеянные с искренностью, прорастают цветами, украшающими и твою собственную жизнь».
Ирша, наблюдая за танцующими и чувствуя, как в душе что-то меняется, спросила: «А если я начну искренне радоваться успехам других, это действительно поможет мне?»
«Обязательно, — улыбнулся Апис. — Но для начала надо отпустить зависть, и не омрачать момент своими чувствами. Когда ты желаешь добра другому, не сдерживая искренних чувств, ты освобождаешь место для благодарности и радости в своём сердце, а чувствуя это и твоя жизнь становится такой, какой ты желаешь».
«Тогда я поняла, — продолжила Ирша, — наше счастье не зависит от чужих достижений, а создаётся нашими чувствами к другим?».
«Да, но не всегда бывает это легко и иногда приходится переводить своё внимание на то, что нравится — задумчиво продолжил Апис. — И заметь, как изменится твоё состояние, когда ты сделаешь это, освободившись от тяжести зависти».
Апис и Ирша задумались, глядя на реку. Лёгкий ветерок, шевелящий листья над их головами, доносил обрывки мелодии, под которую пары, кружащиеся в танце, плавно скользили по траве, освещённой отблесками дня.
«Ирша, — спросил Апис, обернувшись, — а что с твоей флейтой? Моя стала фальшивить после того как от нас ушёл Симха и думаю, что она сломалась.»
Ирша, оторвав взгляд от своих новых друзей и достав свою флейту из сумки, вздохнула: «Моя флейта не сломана, но она всегда фальшивила, просто этого не было слышно когда мы играли на них все вместе».
Апис взял её флейту в руки и, попробовал сыграть — но звук получился резким и фальшивым, резанувшим слух.
«Странно, — удивился Апис, — может дерево рассохлось?»
Ирша, подвинувшись ближе и внимательно осмотрев инструмент, заметила: «Нет, она цела, трещин не видно — видимо, дело не в дереве, а в чём-то другом».
«А ты смогла прочитать книгу, которую нам дали в школе?» — спросил он, доставая из сумки свою.
Ирша, слегка улыбнулась: «Я не могу её прочитать — текст написан на неизвестном мне языке».
Апис, взяв книгу в руки и впервые открыв её, удивлённо поднял брови: «И правда, буквы какие-то необычные, я не могу разобрать хотя бы пару строк».
Ирша, внимательно рассматривая переплетённые символы, выстроенные в ровные ряды, заметила: «Они напоминают мне иероглифы древних манускриптов».
«Возможно, ты права, — согласился Апис, — Давай попробуем разобраться вместе — вдруг у нас получится расшифровать хотя бы начало?»
Но даже используя все свои знания они не смогли понять ни единого слова, оставшись в полном недоумении.
Друзья, склонившись над страницами и сравнивая знаки в своих книгах, провели так много времени, но всё было безуспешно.
Апис, положив свою книгу обратно в сумку, вздохнул: «Похоже, этот язык действительно редкий — ни одного совпадения между нашими книгами нет, несмотря на все наши старания».
Он развернул свой белый свиток пройденных уроков, там золотыми буквами было написано:
Пары у реки, завершая свой танец, разбредались по берегу, а их смех, затихающий вдали, оставлял после себя ощущение светлой грусти.
Ирша: Апис, посмотри туда, по берегу реки, идёт кто-то знакомый.
Апис посмотрел куда указывала Ирша: Это же Аварития, мы так и не виделись после пожара.
Аварития, одетая в чёрное, шла неторопливо, словно погружённая в свои мысли. Подняв глаза на холм с деревом, под которым сидели Апис и Ирша, она заметила своих одноклассников и подошла к ним.
Аварития: Друзья мои! Какая неожиданность — встретить вас здесь, когда-то мы хотели всегда оставаться рядом, несмотря на расстояния и время.
Апис: Да, те дни были особенными. Мы, не думая о завтрашнем дне, жили настоящим — смеялись, танцевали, мечтали.
Аварития: Да, но это прошло. Сейчас это даже смешно вспоминать.
Апис: Почему смешно? Мне грустно, что я потерял всех своих друзей. А сейчас, оглядываясь назад, понимаешь, что те простые моменты — они и были самым настоящим счастьем. Мы, не имея ни денег, ни особых возможностей, умели радоваться мелочам, ценили каждый миг, проведённый вместе.
Аварития: Теперь у меня много денег и я не хочу возвращаться в прошлое.
Апис: А я ищу Сапиентию и своих друзей не для того чтобы вернуться в прошлое, а чтобы с ними жить дальше, я помню как хорошо нам было вместе.
Ирша: Но, Апис, Аварития права! Мне нужны деньги на всё что я так хочу, я это заслужила, я столько отстрадала, я не понимаю где мне их взять и что мне теперь делать.
Аварития: Я нашла чем заниматься и если вы хотите, то можете пойти со мной.
Апис посмотрел на золотую стрелку своего компаса, она вращалась не указывая точного направления и он решил последовать за Иршей и Аваритией.
СОН 10: Тринадцать чёрных коров