Наталья Томасе – Наследие призраков (страница 17)

– Так ты его знала? – наконец придя в себя после минутного замешательства, растерянным голосом спросила она. – Но я никогда не слышала от тебя имя Ричард Блэкмор.

Мадам Ришар встала и, подойдя к окну, молча смотрела вдаль несколько минут. Амели тоже не нарушала тишину, понимая, что пожилой женщине нужно время на переосмысление и принятие решения: рассказывать или оставить все как есть.

– Это был май 1982 года, – тихим голосом произнесла пожилая женщина. – Мы с мужем путешествовали по Провансу и Лазурному берегу. В тот день мы возвращались из Канн в Марсель, и где-то в районе Мандельё-ла-Напуль нас обогнал Renault на сумасшедшей скорости. Мы тогда еще подумали, что это полный идиотизм ехать на такой скорости по извилистым дорогам. Тем не менее, водитель, казалось, не ощущал ни страха, ни опасности, словно этот извивающийся серпантин был для него лишь игрой. Когда мы проезжали мимо скалистых обрывов, мой муж Пьер опять что-то сказал о безрассудном гонщике. И в этот момент перед нашими глазами оказался этот злосчастный Renault, врезавшийся в скалу. Мы подбежали к авто. Женщина, сидевшая за рулём, была мертва, а что было с девочкой на заднем сидении, мы не знали. Пьер пытался открыть заднюю дверь, но она была заблокирована. Я посмотрела на мужа, глаза его были полны растерянности и страха. Мы понимали, что, если девочка жива, но без сознания, каждое мгновение может стоить ей жизни. Я уже хотела ехать за помощью в ближайшую деревню, как из-за поворота вывернул шикарный серебристый Porsche. Автомобиль резко затормозил, и из него вылетел молодой мужчина. Его лицо было перекошено от ужаса. Он бросился к переднему сиденью, схватил женщину за плечи и, глядя в её потускневшие глаза, смотрящие в никуда, тряс её, звал по имени и что-то причитал по-английски. Казалось, он не понимал, что вообще происходит и что женщина мертва. Сердце моё колотилось и разрывалось от боли, глядя на это. Вокруг стояла мертвая тишина, только звуки его истеричных криков разрывали бесконечное молчание. Они до сих пор стоят у меня в ушах. «Лили! Лили!» – повторял он, как будто надеялся, что имя – это заклинание, которое вернёт её к жизни. Пьер подошёл к отчаявшемуся мужчине и сказал, что нужно вызвать полицию и скорую, возможно малышка жива и ей нужна помощь. Словно очнувшись от безумного кошмара, англичанин взглянул на Пьера. Его глаза были полны отчаяния и страха, на лице прокатилась волна эмоций, и он издал протяжный звук, будто раненый зверь, которому в душу вонзили огромную острую иглу.

В этот момент ребёнок открыл глаза. Мы все звучно выдохнули. Девочка улыбнулась, и в этот момент мне показалось, что она маленький ангел, посланный мне небесами немного украсить мою серую, бездетную жизнь. Она смотрела на меня, и её взгляд стал источником тепла в моём замороженном после многих выкидышей сердце.

«Я не знаю, что мне делать, – долетели до меня слова с сильным английским акцентом, – у девочки никого нет родных, а я.., – он замолчал, а потом уверенно добавил, – я не могу, не имею права взять её».

Я посмотрела на мужа. Наверное, мой взгляд был очень красноречив, потому что Пьер, ничего мне не сказав, предложил англичанину, что мы возьмём ребенка и воспитаем, как своего.

Этот пахнущий деньгами месье был безумно рад и сказал, что мы не будем ни в чём нуждаться. Он обеспечит безбедную жизнь нам и девочке, при условии, что мы будем хранить в тайне правду о том, что действительно произошло на шоссе. Через два года Пьер скончался от сердечного приступа. Потом я сошлась с Николя, и, естественно, он ничего не знал о случившемся на Лазурном берегу.

С этими словами мадам Ришар повернулась и, посмотрев на Амели немного грустными глазами, растянула губы в нежной улыбке, словно их коснулся первый солнечный луч в пасмурный день, и ласково произнесла:

– Так ты стала моей внучкой. Сэр Ричард справил нужные документы, и Эмили превратилась в Амели Ришар с выдуманной историей о родителях. Я полагаю, твоя мать Лилиан была возлюбленной этого богатого английского барона, по каким-то причинам не пожелавшим на ней жениться. Я никогда не спрашивала его об этом. На самом деле, я его видела после этого случая всего один раз, он приезжал на твой выпуск в Сорбонне. Но хорошие деньги от него приходили на мой счёт регулярно, а я, как мы и договорились, отправляла ему твои фотографии и хранила молчание.

На мгновение время для Амели остановилось. Все тревоги и неизвестность, которые мучили её в последние несколько дней, рассеялись, как дым. Звуки, которые кружили вокруг, напоминали мелодию, специально написанную для этого момента. Момента перерождения, момента осознания, кто она есть на самом деле. У неё было чувство, что жизнь начинается заново, и каждое последующее мгновение будет как бесценный дар, который нужно будет бережно хранить в сердце.

Она закрыла глаза и вдохнула глубокий воздух, наполненный ароматом кофе и выпечкой, ароматом дома. Она поймала себя на мысли, что подумала о Блэкмор-холле как о «доме» с его утренними разговорами за чашкой кофе с кухаркой, с прогулками по саду с Эриком. И даже «Корона» с ее полупьяными завсегдатаями и всезнающей сплетницей миссис Харпер входили сейчас для неё в это понятие «ДОМ».

… Она возвращалась в Англию. Она знала, впереди её ждёт незнакомый путь, но теперь он был не пугающим, а завораживающим. Сейчас она была абсолютно уверена, что действительно она часть рода Блэкмор и замок по праву принадлежит ей.

– Мадам, наши новости за последние два дня, – поприветствовав хозяйку и, забирая у неё дождевик, отчитывался дворецкий. – Звонил какой-то Митчел Грегори, представился…, -Уинтерс на мгновение замолчал, словно вспоминая, и уверенно произнёс, – представился ивент-менеджером35. Он оставил свои данные. Я сказал, что если вы сочтёте нужным, то свяжетесь с ним. Миссис Рид поехала к дантисту, ей удалили зуб, и я заказал доставку еды из «Льва и Короны» к ужину. И, наконец, мистер Харрингтон, архитектор из Лондона, ожидает вас в библиотеке. Я предложил ему чай, но, увидев глобус с бутылками, он отказался. Полагаю, мадам, он предпочитает напитки покрепче. Надеюсь, он не опустошит наши винные погреба, пока будет заниматься реконструкцией.

Всё это было сказано с серьёзным выражением лица и стальным голосом. Амели прикусила язык, чтобы не улыбнуться на замечание мажордома.

– Как вы думает, Уинтерс, – немного поразмыслив, сказала она, – как нам лучше поступить? Предложить ему остановиться у нас в одной из гостевых комнат или дать подзаработать миссис Харпер?

– Если вы хотите знать моё мнение, то лучше б он вернулся в Лондон, – ответил Уинтерс, поглаживая гладко выбритый подбородок. – Знаете, миледи, эти столичные франты так и норовят всё изменить до неузнаваемости, зачастую забывая о духе традиций, которые так сильны в глубинке. Я лишь боюсь, как бы наш замок не потерял свою индивидуальность.

Амели молча переваривала слова дворецкого. Что-то внутри заставило её напрячься, но она не могла объяснить, что именно. В зале повисла тишина, за окном лишь слышался дождь и глухие разговоры, идущие из кухни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.