Наталья Томасе – Блудливая Венеция (страница 16)

– Вы сделали шаг, – немного лукаво произнёс он.

Лукреция медлила с ответом. Её сердце всё ещё бешено стучало, но она не отводила взгляда.

– А вы ждёте, что я сделаю следующий?

– Нет, – «Пьеро» чуть улыбнулся. – Я жду, когда вы сами решите, каким будет ваш следующий шаг.

– Пусть это будет наша ночь, а после я решу, каким будет мой следующий шаг, – с обворожительной и соблазнительной полуулыбкой решительно ответила Лукреция.

– Тогда пусть ночь принадлежит нам!

И с этими словами «Пьеро» нежно обнял её за талию и, приблизив к себе, дотронулся до её губ своими. Поцелуй был лёгким, почти невесомым, словно прикосновение бабочки, но он мгновенно воспламенил ее кровь. Лукреция ответила на поцелуй, забыв обо всем на свете. О долге, о Джованни, о свадьбе. Сейчас ей важна была только эта ночь, только она и «Пьеро». Она знала, что утро принесёт ответы, но пока ночь принадлежала только им – без обещаний, без прошлого, без будущего, лишь одно мгновение, в котором решение ещё не было окончательным.

Его губы стали более настойчивыми, требовательными. Он углубил поцелуй, и Лукреция почувствовала, как все ее тело охватывает дрожь. Она обвила руками его шею, желая раствориться в нем и слиться с ним в единое целое.

– За углом стоит гондола, – услышала она хрипловатый от возбуждения голос «Пьеро».

Лукреция отстранилась, тяжело дыша. В голове царил сумбур. Одна часть её разума кричала об опасности, о недопустимости такого поступка, другая же – жаждала продолжения, жаждала забыть обо всем и отдаться во власть чувств. Она посмотрела в глаза «Пьеро», полные страсти и мольбы.

– Гондола? – переспросила она, стараясь вернуть себе самообладание. – Но я же не приняла еще решение сбежать с вами.

– А кто говорит о побеге? – томно, немного насмешливо, еле касаясь её губ, ответил «Пьеро». – Если это наша ночь, почему бы лодку не использовать не совсем по назначению?!

Лукреция вздрогнула от его слов. Он играл с ней, дразнил, распалял ее чувства до предела. Ее разум протестовал, твердил о благоразумии, о последствиях, но тело уже не повиновалось. Оно жаждало его, каждой его ласки, каждого его поцелуя. Она молча смотрела на него, не в силах оторваться от его глаз. В них плясали чертенята, отражались блики уличных фонарей и таились обещания наслаждения. Она знала, что если сейчас поддастся, то пути назад уже не будет. Но разве она этого не хотела?! Медленно, словно в трансе, она кивнула, давая ему понять, что согласна. «Пьеро» довольно улыбнулся и, не теряя ни секунды, подхватил её на руки и завернул за угол, где, действительно, покачиваясь на волнах, стояла гондола.

Он, оставаясь в одной блузе, сбросил черный плащ на дно лодки и положил на него свою драгоценную ношу. Он осыпал ее лицо поцелуями, спускаясь к шее и к плечам. Лукреция стонала, запрокидывая голову, позволяя ему делать все, что он пожелает. Его руки скользили по её телу, лаская каждый изгиб. «Пьеро» смотрел на нее так, словно она была самым драгоценным сокровищем, которое он когда-либо находил. Его взгляд был полон обожания и желания. Шёлковая туника Лукреции поднималась всё выше, а поцелуи «Пьеро» спускались всё ниже. Страсть, словно огонь, охватила их обоих, сжигая все сомнения и страхи. Они слились воедино в танце любви, в ритме, который диктовала блудливая, порочная, но такая прекрасная Венеция…

… Город еще был окутан тихой, призрачной красотой ночи. Он еще спал, но вода в каналах уже нашёптывала предрассветные звуки и отражала первые проблески света. Фонари, догорающие в ночи, отбрасывали длинные тени, воздух был пропитан солью и влажностью. Гондолы, привязанные к деревянным сваям, слегка покачивались в такт течению. Где-то вдалеке слышался одинокий приглушённый голос – может, ранний торговец, или, может, прохожий, который не спешил покидать ночную Венецию. Еще немного, и рассвет начнёт окрашивать небо в нежные пастельные тона. А пока город лишь готовился к пробуждению.

Они спали под меховыми покрывалами, обессиленные, в объятиях друг друга. Их ночь еще продолжалась, и только им было известно, что произошло в этой гондоле под покровом безлунной венецианской ночи. Лукреция, просыпаясь, потянулась. Она вдохнула солёную свежесть, принесённую лёгким ветерком, и вместе с ней пришло осознание происходящего. Она не хотела думать о принятии какого-то решения, в этот момент ей было все равно. Она провела ночь, полную безумия и наслаждения, с мужчиной, о котором не знала ничего – ни его настоящего имени, ни откуда он, ни его лица, остающегося в маске.

Его рука все еще покоилась на ее талии, теплая и тяжелая. Лукреция осторожно высвободилась, стараясь не разбудить его. Дыхание «Пьеро» было ровным и спокойным. Лукреция позволила себе секунду разглядывать его – расслабленную линию губ, тёмные волосы, выбивающиеся из-под платка-маски. И вдруг её глаза тронула хитринка, и пальцы коснулись маски. «Пьеро» не шевельнулся, но его дыхание изменилось – едва заметно, но достаточно, чтобы она почувствовала, что он проснулся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.