Наталья Точильникова – Список обреченных 1 (страница 6)

— Пульс в норме, — прокомментировал Олег. — Температура за полчаса спадет. Можете пока отдохнуть. Не тошнит?

— Нет, все в порядке.

— Ну, и отлично.

— Я бы себе больше тройки не поставил.

— А что?

— Мог быть и терпеливее. Извините.

— Да, ладно! Вполне прилично на общем фоне. Вы же не в Гестапо, чтобы геройствовать. Если хотите спать — поспите.

— Здесь?

— Конечно. Биопрограммер работает.

На экране компьютера появилось трехмерное изображение человеческого мозга. На нем начали возникать зеленые точки, которые постепенно росли, превращаясь в пятна с неровными очертаниями, похожие на объемные кляксы светло-зеленых чернил. Над картинкой снова появились цифры в процентах.

— Это он картографирует? — спросил Андрей.

— Да, — кивнул Олег, — но это долгий процесс. Поспите. В коре головного мозга около десяти миллиардов нейронов.

— Суда по скорости поиска в интернете, должно занять менее часа, — заметил Альбицкий.

— Видимо, это сложнее, — сказал Олег. — По моему опыту, полтора-два часа. А потом вы нам понадобитесь.

На улице подул шквалистый ветер, так что пришлось закрыть окно. Стало совсем темно, сверкнула молния, раздались раскаты грома и на сад обрушился ливень.

Олег и Марина ушли, с пациентом остался только Дмитрий.

Температура упала еще на полградуса. Монитор показывал тридцать восемь.

Стихия слегка успокоилась. Ветер улегся, гроза ушла, ливень сменил моросящий дождь, и Андрей задремал.

Когда он проснулся, на часах было без пятнадцати пять, а на изображении мозга на компьютере, осталось немного мелких белых пятен, и они стремительно сокращались в размерах.

— Он заканчивает? — спросил Альбицкий.

— Да, — согласился Дмитрий, — еще минут десять.

Над картинкой зеленые цифры 94 % превратились в 95 и окрасились красным.

— Насколько сейчас можно отлучиться? — спросил Андрей.

— В туалет? Вон, белая дверь, рядом со столом с вашим арсеналом, там биопрограммер ловит.

Когда Альбицкий вернулся, Олег Николаевич уже был в кабинете. Склонившись над монитором, он внимательно наблюдал за картинкой.

Нож со стола исчез.

— Ну, префронтальная кара готова, — сказал психолог. — Сейчас височные доли доснимет. Они для нас тоже важны.

Андрей подошел, встал рядом. На боковых участках мозга исчезали последние белые крупицы.

— Вот это височные доли? — спросил он, указал на них рукой.

— Угу, в доминантной доле хранится долговременная память, и есть участки, ответственные за убеждения, — сказал Олег. — Мы их обычно не трогаем, однако всякое бывает.

— И когда вы их трогаете?

— Когда они криминальные. Например, если вы считаете, что азиатов надо убивать, чтобы очистить от них улицы Москвы — это криминальное убеждение. Мы его не только имеем право трогать, но даже обязаны. Если же вы убеждены в том, что мир сотворил летающий макаронный монстр в состоянии глубокого опьянения, тут уж, — он развел руками, — ничего сделать не можем. Имеете полное право.

Счетчик над картинкой, наконец, показал 100 %. И под ним возникла надпись: «Подготовка к анализу данных».

— Андрей, берите стул. Вон, у окна, садитесь к компьютеру. У нас будет примерно час совместной работы, потом начнется анализ результатов.

— А Психологическое заключение?

— На основе анализа.

Все сели к монитору. Андрей в центре, Олег и Дмитрий — по бокам.

Изображение мозга на экране стало совсем светлым, только черные контуры.

— Так, Андрей, я сейчас буду задавать вопросы, делать какие-то предположения. Лучше, чтобы это был диалог, а не монолог, но, если где-то вам тяжело отвечать — в общем-то ничего страшного.

Альбицкий кивнул.

— Мы, к сожалению, с вами так и не успели толком поговорить. Все время куда-то бежали. Но сказали вы довольно много. По крайней мере, есть, о чем спрашивать. Вас преследует СБ?

— Да.

На картинке в области височной доли вспыхнуло красное пятнышко.

Андрей уставился на экран.

— Почему он так реагирует, я же не вру.

— Конечно не врете. Я вижу. Просто эмоциональная реакция. Если бы вы сказали «нет», была бы явная ложь. Да не смотрите вы туда!

— Это сложно, — улыбнулся Альбицкий.

— Дело связано с политикой?

Глава 3

— В какой-то степени… — проговорил Альбицкий.

На экране появилась еще одна красная точка.

— Андрей, ну, не увиливайте! «Да» есть да, «Нет» — это нет, а все, что сверх того, то от Лукавого.

— Я не увиливаю, Олег Николаевич. Действительно не понимаю, можно ли это считать политикой. Это становится политикой только в несвободных странах.

Рядом с красной точкой зажглось несколько оранжевых.

— У нас несвободная страна?

— Последняя диктатура Европы! Вы, о чем? Какая она свободная!

Картинка отреагировала россыпью оранжевых огней.

— Мы не так уж плохо живем при этой диктатуре, — заметил Олег.

— Ну, да! Вы неплохо живете. А почему в Лесногородском Центре больше не работаете, Олег Николаевич?

— Вы знаете ответ, — сказал Олег, изучая очередную красную вспышку.

— Конечно. Потому что вас заставляли фальсифицировать психологические заключения, а вы отказались. И потому вы там больше не работаете.

— Да, вы правы. Но я нашел себя. Выход есть. Можно не участвовать в подлости.

— Не всем этого достаточно.

— Андрей, но насилие — не выход! Есть вещи недопустимые!

Зажглась красная точка в префронтальной каре.