Наталья Тихонова – Кино (страница 1)
Кино
Глава первая. Валерия Сергеевна
Немного поерзав, Валерия Сергеевна удобно расположилась в кресле. До начала сеанса оставалось еще минут десять, и можно было расслабиться и оглядеться. Последние годы она редко бывала в кино, хватало интернета и телевизора, а вот времени не хватало — катастрофически. Причем буквально ни на что. Успешная деловая дама после смерти супруга, множа свои трудовые свершения, устало тянула лямку крупного бизнеса.
Казалось бы: вот, наконец, наступил долгожданный момент, когда все цели уже достигнуты, она на вершине успеха, и самое время расслабиться и начать принимать от жизни честно заработанное удовольствие. Даже как-то странно, но вместо удовольствия она получила душевный разлад. Было ощущение полного тупика: непонятно, что делать дальше.
В советские годы родители Валерии Сергеевны — интеллигенты в первом поколении на зарплату в сто пятьдесят рублей добросовестно досидели до пенсии в одном из «почтовых ящиков». Белорусский ковер на стене и чешский хрусталь в витрине полированной стенки олицетворяли собой вершину советского счастья. Показалось, что жизнь, наконец, удалась.
Но подолгу жить спокойно в России не могут. Вот и в этот раз кому-то там наверху захотелось узаконить свои «левые» прибыли, и страна, перекинув стрелку, зашагала в светлое будущее уже под новым лозунгом: «Так жить больше нельзя». Молодость легка к переменам. В наивной вере в капиталистический рай лет двадцать назад, на родительской кухне, Валерия Сергеевна вместе с супругом основала кооператив по производству пельменей. Название дали, следуя духу нового времени: «Royal Food». Почти все лавки «рога и копыта», следуя моде, тогда назывались на американский манер. В те годы они оба жили мечтами. У них не было ничего, кроме сил и здоровья, а хотелось всего, причем быстро и сразу. Супруг развозил «королевскую еду» по заказам на списанном старом УАЗике, а она на шестиметровой кухне усердно строгала пельмени.
Какие бы правители в Кремле не сидели, а кушать народ хотел при любой власти. Не слишком долго наслаждаясь плодами потребительской революции (любая поза за ваши деньги), люди к тому времени уже подустали от опытов над собой и в глубине души потихоньку начали ностальгировать по спокойным застойным временам. Тонко почувствовав новое веянье времени, почивший в бозе кооператив «Royal Food» преобразовался в ласкающее советское ухо ООО «Главпродуктснаб».
Бухгалтер, начальник производства, агент по сбыту — она бралась за все, чего требовала текущая обстановка и почти ежедневные форсмажорные ситуации. Работы она не боялась, да и муж на первых порах оставался незаменимой опорой. В те лихие бандитские годы он взвалил на себя самую грязную часть их семейного бизнеса: выстраивал отношения с чиновничьим племенем, ментами и «крышей». Интеллигентские замашки супруга постепенно куда-то исчезли, а лексикон со временем стал мало разниться от того же бандитского.
Бизнес уверенно двинулся в гору, но чем успешнее шли их дела, тем все меньше она узнавала своего благоверного. Маленький цех в промзоне на задворках Москвы превратился в крупный комбинат по производству мясных полуфабрикатов, консервов и колбасных изделий. Дом на Рублевке и большая квартира в пределах Центрального округа обещали превратить ее жизнь в праздник и сказку, но с каждым годом сказка все больше походила на триллер.
В общем, произошла типичная до смешного история, которую пережили в те сложные годы сотни тысяч советских женщин. Мужчины без денег — зрелище мерзкое: истерики, пьянка, депрессии, но в пиджаках от Версаче свекольного цвета они превращались уже просто в… «Все мужики сволочи» — лозунг российских женщин.
При советах денег больших почти никто не имел, вместо них народ имел убеждения, а еще партком и местком. Мужчине, настроенному на карьеру аморалка или «телега» из медвытрезвителя по месту работы могла в одночасье слить эту карьеру глубоко в унитаз. Но как только вериги сняли, тут все то, что в воде не тонет, радостно всплыло. Все до единой подруги Валерии Сергеевны поразводились с мужьями. Мужики — кто не смог приспособиться к новой жизни быстро спились и умерли, а те, что приспособились и стали успешными… лучше бы тоже умерли.
Что и сделал супруг Валерии Сергеевны в элитном борделе от передоза виагры. Так, в чем мать родила, привезли его в морг из закрытой вип-сауны, вход в которую стоил дороже, чем годовая зарплата санитарки в муниципальной больнице.
На кладбище пришло мало народа. К моменту смерти друзей у супруга почти не осталось, были только деловые партнеры, а нищих родственников покойный не больно-то сам привечал. На поминках Валерия Сергеевна искренне обливалась слезами, но вовсе не над бездыханным телом некогда сильно любимого мужа. Плакала от жалости к себе за растраченные в одиночестве, при живом супруге, свои лучшие женские годы. Дама неглупая, она знала прекрасно, что муж не развелся с ней только по причине нежелания делить совместно взлелеянный бизнес. Не имея ни грамма иллюзий, он понимал, что новое дело ему поднять уже не по силам, а убирать ее к праотцам (и такое случалось) — тоже резона не было.
Мужчины считают: главное назначение женщины — это любовь, а сила женская в сужденной Богом слабости (а раз сила есть, ума тогда и не надо). Но вот те, кто желания больше не будят — для работы вполне пригодны. Распыляя свой пыл на блондинок, брюнеток, жену он держал в голодном теле: «Валерия Сергеевна, баба должна хотеть ровно столько, насколько способен мужчина».
Но было у Валерии Сергеевны одно утешение: она как-то между делом исхитрилась родить сыночка Алешеньку, которого сразу успешно сплавила маме. А как по-другому? Тут либо бизнес, либо пеленки. К тому же, мама и сама оказалась не против. Если не вникать в подноготную жизни Валерии Сергеевны, то, наверное, многие ей потихоньку завидовали. Вот только сама себя ощущала, эта уставшая бизнес леди, скорее заезженной клячей.
Успех — коварная штука. Благополучная женщина, она боялась пускать в свою жизнь новых мужчин. Помня выкрутасы покойного мужа, богатые упорно вызывали у нее отвращение, а бедных она не хотела из страха нарваться на жигало. Копаться в проблемах Валерия Сергеевна не очень любила, иначе пришлось бы признать, что совсем разуверилась в своей сексапильности вот и придумывает всякие там отговорки, чтобы держаться от мужчин, насколько возможно, подальше. Но кого-либо посягающего на ее независимость, на горизонте не было видно, а сама она не заморачивалась поисками новой любви, в которую не очень-то верила в уже далеко не девичьем возрасте.
Теперь ей не приходилось докладывать кому-либо о своем местонахождении и давать отчет о денежных тратах. По утрам, просыпаясь и лежа поперек широкой постели, Валерия Сергеевна с удовольствием думала: как же хорошо не волноваться по поводу, что выглядит сейчас, мягко скажем, не очень. Находя жизнь в одиночестве прекрасной, она радовалась, что можно никого не таясь, с наслаждением испортить слегка атмосферу и не задаваться вопросом: пахнет, сейчас ли нечищеный рот? В общем, завидуйте — это запах свободы. А старый дружок-виртуоз — указательный пальчик, никогда не предаст и всегда безотказно придет на подмогу.
Свет погас, на огромном экране поплывшие титры ложились на красивый вид тропического берега моря. Нежная музыка, органично сливаясь с шумом прибоя, располагала Валерию Сергеевну к приятному отдыху. Солнце, пальмы, песок. Боже, как хорошо! На заднем плане поросшие джунглями горы с первых кадров впереди обещали интересный сюжет.
Но вот титры закончились, и камера, оставив в покое пейзаж голубой лагуны, неспешно наехала на великолепный мужской торс со спины. Смакуя прелестное зрелище, неторопливо, она проскользнула снизу вверх по рельефным накаченным бедрам и загорелым мускулистым плечам. Потом, со вкусом облизав идеальное тело, камера плавно развернулась и навела свой оптический глаз на лицо молодого актера и… Валерия Сергеевна чуть не свалилась с кресла.
В первую секунду не поверив глазам, она решила: это компьютерная графика, через мгновенье женщина с изумлением уже понимала, что явно ошиблась. Открыв рот, и наблюдая за тем, как по экрану двигалась ожившая статуя античного бога, она пережила глубочайший шок. Парень выглядел сногсшибательно. Мужская фигура поражала совершенством пропорций, а юное лицо осветилось белозубой улыбкой.
«Его, что в пробирке вывели?» — растерянно подумала Валерия Сергеевна. Юноша был так беспощадно красив, что убивал наповал и выносил все окна разом. Затрагивая глубинные струны, он вызывал настолько бурные чувства, что никакому описанию это не поддавалось. Прежде такого она ни разу не видела. Куда там — даже не знала, что может быть в природе подобная сила воздействия.
Его беспардонная красота одним махом, как клюшка хоккейную шайбу, вышибала с территории разума. Двигаясь по экрану, этот шедевр генной инженерии из секретных советских лабораторий с чистым небесным взглядом, что-то говорил, происходили события, но сюжет фильма перестал иметь хоть какое-нибудь значение.