Наталья Телегина – Буквоежка: Дверь в страну недописанных строк (страница 2)
– Тишины целы, – шепчет Фея, поправляя прозрачные волосы. – А если что… у нас есть лунное какао.
И пусть Ветер теперь коллекционирует радужные икотки. В Буквоежке снова уютно – как в старые времена, когда «Ледяной чайник» был всего лишь созвездием, а не причиной зимней сказки.
«Жили-были Фея без имени и Кот, который проглотил слово»
В Буквоежке, где тишины рвутся, как старые кружева, а забытые слова спят в кошачьих усах, жила Фея, которая чинила молчание жеваной ручкой. Её звали Аэлин – имя, звучавшее как шёпот травы под луной, пока Ветер-проказник не выкрал его, пока она латала трещину над домом Старика Свитера. Кот-библиотекарь, пробегая мимо, случайно проглотил имя, спутав его со словом «нежность». Так начались их странствия.
Чернильная река, узнав о краже, вздулась от гнева и выплюнула на берег обрывки фраз:
– Брось это, – сказала она Коту, но тот лизнул шарик и сморщился:
– Мур-сладко. Дай «сожаление».
Они бросили в реку горькую каплю, и та, сварливо булькнув, отпустила их к Складу неназванных вещей.
Там, среди пыльных «таких штуковин» и «этих как их», их встретило Недоумение – существо из вопросов без ответов.
– Имя? – пробурчало оно, роняя «ну эт самое». – Ветер продал его за три вздоха.
Фея собрала вздох из бабушкиного сундука (пахло лавандой и пирогами), вздох Луны (холодный, как одиночество в полночь) и свой собственный – горький, как недописанное «прости». Недоумение протянуло коробку, и буквы «Аэлин» обвили её пальцы, тёплые, как шарф из детства.
Но Фея вдруг отшатнулась. Её прозрачные волосы дрогнули:
– Мне… больше не нужно оно.
– Мур-почему? – Кот уронил ус, запутавшийся в слове «доверие».
– Потому что я – Та-Кто-Чинит-Тишины.
Она оставила имя в Архиве забытых слов, а Кот спрятал его между «первым поцелуем» и «надеждой». Возвращаясь, они видели, как Ветер-проказник носился с новой добычей – объятиями, которые щемили в груди. Но Фея уже шептала у реки, выводя жеваной ручкой:
А на тропинках Буквоежки до сих пор лежат пустые книги. Подними одну – и, может, внутри напишется твоя история. Только не забудь начать со слов:
«Жили-были женщина, которая стала дождём»
Когда-то Элинор была не просто музой – она была воплощением летнего ливня, танцующим под джаз капель и смеющимся так, что даже река из букв застывала, чтобы послушать. Старик Свитер, тогда ещё поэт Лоренцо, писал стихи, которые заставляли звёзды менять орбиты. Они любили друг друга безумно, пока страх не вполз в их историю, как чернильная клякса.
Лоренцо боялся, что Элинор исчезнет, как утренний туман. Он выменял у таинственного часовщика вечность в обмен на сердце. Часы, вживлённые в грудь, должны были остановить время. Но в первую же грозу, когда Элинор кружилась под дождём, часы взбесились
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.