Наталья Судельницкая – Ледовая симфония (страница 22)

— Горе ты моё, — вздохнул Изуми и потянул жену к себе. Вроде бы ей стало легче и можно попробовать добраться до дома. — Ни на минуту оставить нельзя одну, сразу или поесть забываешь, или курить с подозрительными личностями начинаешь.

— Это он сегодня только стал подозрительным. А так виделся мне исключительно положительным молодым человеком. — Нэоко показала язык партнёру и в обнимку с мужем поползла к машине. Зверски хотелось есть, спать и в душ. Можно одновременно, и наплевать, что из этого получится. Хотя нет, есть уже не хочется. Где там эти чёртовы пакеты?

— Слушай, мне что-то не становится легче. Опять тошнит. Раньше только утром так плохо было, а теперь весь день. Ещё и мёрзну постоянно. Как бы не пролететь с финалом, заболев.

Изуми встревожено поцеловал жену в лоб, измеряя температуру. Чёрт возьми, горячий. Как она не вовремя простыла.

— Поехали в больницу.

Запихнув Нэоко с Сотой в машину, Изуми набрал телефон своего знакомого врача. Если повезёт, то он окажется на смене.

Фортуна сегодня вечером была на стороне супругов. Знакомый врач хоть и не обещал встретить их и сам осмотреть Нэоко, но посоветовал, к кому обратиться, а потому Изуми сразу рванул по указанному адресу. Их там уже ждали, и женщина, по-прежнему на руках мужа, без промедлений была доставлена в кабинет.

Доктор, пожилой и очень усталый мужчина, быстро измерил давление, заглянул в глаза «больной», прослушал её лёгкие и озвучил диагноз. Простуда в почти запущенном состоянии. Немудрено, собственно. Холодная погода, прохладный дом, лёд, опять же. Насморк и лёгкий кашель напали на Нэоко уже через неделю после начала тренировок и не покидали до сих пор.

— Помимо простуды, у вас есть ещё жалобы? — Доктор внимательно оглядел женщину. — Меня смущает ваша излишняя худоба. Вы нормально едите?

— С учётом нагрузки, у меня всё хорошо. Как закончится проект, я сразу приду в норму, — отмахнулась Нэоко, забрала выписанные рецепты и пошла к мужу. Пока она сидела на кушетке, тошнота отступила, и общее состояние можно было уже охарактеризовать как среднепаршивое. А с таким состоянием можно даже в космос лететь.

Глава 8

— На съёмочную площадку вызывается пара Сота Такаяма и Нэоко Аомори.

Высокие мужчина и женщина, повернувшись друг к другу, держались за руки и молча смотрели на зажигающиеся огни рампы. В отличие от других пар, которые делали упор на художественность в своих номерах и вовсю использовали декорации и игру света, эти двое решили исполнить номер с предыдущей недели, который они так и не станцевали тогда. Иоганн Себастьян Бах, Токката и фуга ре минор. Под эту музыку танцевал свою последнюю произвольную программу Изуми, и взять этот трек для Нэоко казалось очень символичным.

Нэоко на репетициях сразу сказала, что ей совесть не позволить издеваться над великой музыкой и под неё нужно просто сделать серьёзный и хороший номер. Их соперники могут делать что хотят, у неё же другое воспитание. Марина Александровна и Сота сочли благоразумным согласиться ещё тогда, в начале работы, а уж теперь, после озвучивания некоторых интересных подробностей «недомогания» Нэоко, и вовсе перестали спорить. Чего зря нервировать женщину, ей и так плохо. Хочешь серьёзный номер, который не стыдно показывать и профессионалам, — пусть будет.

Повинуясь взмаху руки помощника режиссёра, фигуристы выехали на точку, приветствуя зрителей синхронным взмахом рук. Лицо партнёрши выражало сосредоточенность. Впервые за весь проект Нэоко не улыбалась, не ловила взгляды зрителей и тренера. Плечо во избежание эксцессов заморожено, леденец от тошноты только растворился во рту, не проходящий синяк на бедре спешно залечен. Внутренне она была готова к войне.

Её партнёр, к слову, также впервые за весь проект был настроен на победу, словно это шоу что-то поменяло в нём. А последние события, когда он по настоятельной рекомендации организаторов якобы застрял на острове, оставив свою подопечную отдуваться одну, сломали его отношение к этому проекту в принципе. Он уяснил для себя, что участвует в телевизионных шоу в первый и последний раз, — нет у него столь необходимой подлости и принципиальности.

Первые звуки органа трубно провозгласили начало. С места в карьер тут не пуститься, музыка тяжеловесная, можно сказать, несколько громоздкая, несмотря на кажущийся быстрым темп, а потому первым элементом для оценки решили сделать поддержку. Разгон, замах, толчок, взлёт. Нет страха, что партнёр не удержит, непонятно почему, но нет. На первой тренировке этой недели обе женщины в их команде сказали странную фразу Bog prostit, и больше не заговаривали на эту тему. Было и было.

Нэоко гордо летит на плече мужчины, а потом хитросочинённым движением спускается вниз. Этот спуск она, как обычно, увидела на соревнованиях пар и принеслась с видео к тренерам. Так родился не один номер — она приходила, рассказывала, что хочет выучить, её в два голоса убеждали, что это физически нереально выучить за короткое время, а потом новый элемент вставлялся в программу.

Вот идёт новая музыкальная фраза, и из параллельной дорожки пара выходит на прыжок. Двойной сальхов, ойлер, ещё один сальхов. Как следует эту связку Нэоко начала прыгать только вчера утром, но в номер поставила без колебаний. Кто не рискует, тот… сами понимаете. Зрители аплодируют, а пара идёт уже на новую поддержку — и вновь высокая, после которой она заходит на вращение. То самое, которое учили с самой первой недели, с вертикальным шпагатом и заклоном партнёрши. Дорожка, вновь прыжок, на этот раз тулуп, где Нэоко зашаталась на выезде. «Стоять!» — раздался в голове голос мужа. Сота бросает тревожный взгляд на партнёршу, но она улыбается одними глазами: всё в порядке, я не упаду. Не сегодня.

Последнее совместное вращение, и органная буря утихает. Слышен последний скрип лезвия, и наступает тишина. Нет, она не была похожа на то безмолвие, что воцарилось в полуфинале после сольного номера. Зрители пришли в себя и, повинуясь начавшей неистово хлопать в ладоши Марине, обрушили на пару свои восторги. Топот ног, крики «браво», флаги Японии и России, перевязанные ленточкой, букеты цветов, летящие на лёд, — Нэоко и Сота, вновь держа друг друга за руки, купались во всём этом великолепии и наконец позволили себе расслабиться. Всё.

Можно вернуть любимую жену нервничающему у бортика мужу и получить от него в кои-то веки благодарный взгляд. Больше никаких ночных тренировок и ранних побудок. Не будет споров, бесконечных термосов с чаем и горячих бутербродов из буфета. Можно выспаться, сходить в кино на новинку, которую уже все видели и сдерживаются с трудом, чтобы не рассказать тебе сюжет. Можно даже съездить на горячие источники и подлечить сорванную спину. Сота негромко рассмеялся от растерянности. Нэоко обернулась.

— Впервые вижу тебя искренне улыбающимся. Рад, что всё закончилось?

— Рад. Что всё закончилось достойно. Мы перепрыгнули всех по сложности номера на голову. Если вы не встанете на пьедестал, я очень огорчусь.

— Мы, Сота. Мы! Сейчас-то мы точно пара.

Нэоко с искрящимся смехом втянула Соту в обнимашки, а потом, когда устала его тормошить, обернулась к до сих пор беснующимся зрителям. Взяв партнёра за руку, она прокрутилась и выехала на поклон. И так ещё три раза. Ей самой было уже наплевать, выиграет она или нет. Она победила себя, организаторов. И обстоятельства не выдержали её напора — сложились так, как нужно.

Ведущий шоу пытался успокоить зал, но зрители никак не унимались. Уже ушла со льда пара, уступив место работникам, устанавливающим пьедестал. Уже судьи были готовы озвучить свои комментарии и объявить победителей, а зрители всё аплодировали. Нэоко, стоящая рядом со своими мужчинами на площадке за камерами, недоумённо глядела на это безумие и хлопала глазами. Марина Александровна во весь голос хохотала.

— Идите на поклон, чудики. — Изуми легонько подтолкнул пару обратно на лёд. — Они так не успокоятся и только разозлят судей. Давайте. Сделайте последнюю поддержку и ещё раз поклонитесь.

Сота протянул руку Нэоко, и зрители взревели, поняв намерение фигуристов. Пара выпорхнула на лёд, приветственно размахивая руками, поехала по кругу, разгоняясь, и Нэоко вновь взлетела вверх. АРЭЭ! МАА! Восторги зрителей пошли на второй круг. Танцоры улыбнулись, переговариваясь без слов, и зашли на каскад, отлично получившийся в начале программы. Сальхов! Ойлер! Сальхов! Зал слился в едином возгласе и наконец начал успокаиваться.

— Мы рады, что можем объявить результаты. — Ведущий сделал ещё одну попытку вернуть себе контроль над залом, и сейчас ему это удалось. Зрители стихли и сели обратно на свои места. Все семь пар-финалистов встали возле бортика в ожидании, кого вызовут. Работники дворца заглушили свет, оставив только дорожку от пятачка, где размещались участники, до пьедестала. Судьи вышли из-за своего стола и присоединились к ведущему. Они торжественно улыбались, ни единым жестом не показывая, за кого они проголосовали и кто победил.

Нэоко опустошённо прислонилась к плечу своего партнёра. Мыслей в голове не было, только глупая улыбка нет-нет да появлялась на лице. Она была уверена, что первое место им не дадут, разве что произойдёт что-то сверхъестественное, но уже хотелось отпраздновать с любимым мужем окончание проекта и немного отдохнуть.