Наталья Способина – И возродятся боги (страница 21)
– Это он смеялся тогда?
Альтар рассеянно улыбнулся.
– Порой его забавляют неожиданные вещи, – произнес он, и я вдруг вспомнила, что спасение мира в списке планов Сумирана значилось после возвращения Альтара.
– Что было дальше? – прервала я повисшее молчание.
– Когда Гаттар исчез, Харим перестал его чувствовать, поэтому долгие годы мы считали его погибшим и тщетно искали того, в кого перешла стихия Земли. Ведь Святыня просто не смогла бы вместить все. К тому времени мы многое попробовали и уже знали, что Силу стихии можно передать любому, нужен лишь обряд. Но передадутся лишь крохи. По-настоящему Сила может перейти только в потомка.
– Вы… родственники? – с удивлением спросила я, указав на Альгидраса.
Альтар кивнул и усмехнулся:
– Впрочем, я не возьмусь сказать, в каком колене.
– Выходит, когда Будимир, или Гаттар, если угодно, говорил, что вы специально создавали четверку людей, он имел в виду, что они все – ваши потомки?
Альтар снова кивнул.
– И при этом он так спокойно говорил об их смерти?
На этот раз Альтар пожал плечами:
– Когда долго живешь, перестаешь ценить чужие жизни. Особенно когда на кону стоит твоя собственная.
– И что же вам угрожает?
– Старость, девочка. Гаттар ее боится. Они с Харимом близнецы, но, когда один из обрядов пошел не так, Харим разом подряхлел. Тогда-то Гаттар и понял, что мы в конечном счете, может, и не смертны, но точно теряем мощь. Существовать немощным старцем – это не для него. Он всегда был гордецом. Поэтому он придумал дерзкий план: повторить то, что удалось однажды аэтер, – перенести себя в новое тело.
– А это возможно? – обалдело спросила я, понимая, что каждый раз, когда кажется, что стать бредовее эта история уже не сможет, им удается меня удивить.
– О да, – очень серьезно произнес Альтар. – Однако только такой безумец, как Гаттар, мог поставить на кон все, включая свою жизнь и жизнь того, кто несет парную стихию.
Было странно слышать, что Альтар оценивал Харима в первую очередь как носителя парной стихии Гаттара, а не как его брата-близнеца. Неужели родство вправду перестало для них что-либо значить?
– О своем истинном плане он не поведал никому, даже Хариму. Оказавшись в твоем мире после того разрушительного землетрясения, он отыскал Дарима. Не знаю, как прошла их встреча, но в наш мир Гаттар вернулся воодушевленным и стал твердить о том, что нам просто необходимо вновь объединить стихии и аэтер. Их с Даримом план выглядел прекрасным со всех сторон: Дарим переходит с Изнанки в наш мир, Гаттар выпускает из каменного плена, который вы называете Девой, аэтер, и Дарим принимает ее Силу в себя. Ткань миров перестает рваться, ибо больше ничто не зовет стихии с Изнанки, Дарим разумно управляется с аэтер, и все счастливы.
– Ма-а-аленькая неувязочка, – улыбнулась я. – А чем бренное тело Дарима отличается от тела Рамины, которое не смогло удержать в себе аэтер и та начала рассеиваться?
– Она нравится мне все больше, – Альтар улыбнулся Альгидрасу, но тот даже головы не повернул. – Все так, милая. Именно поэтому Дариму нужен был сосуд, который оказался бы рядом в момент высвобождения аэтер из Девы.
– Вообще, ваш Гаттар – молод
Альтар усмехнулся и покачал головой:
– Истинная аэтер – сама жизнь, а жизнь нельзя заключить в неживое. В прошлый раз Гаттар обратил в камень деву из плоти и крови. На этот раз тоже нужен был живой сосуд, к тому же уже содержащий крохи аэтер, чтобы Сила наверняка устремилась по этому пути: подобное к подобному. Иначе, вырвавшись из темницы в мире, полном живых существ, она могла пойти неведомо куда.
– Но где Дарим собирался взять живого человека, содержащего аэт… Потомок! – перебила я сама себя. – Но как?
– А как появляются потомки? – Альтар преувеличенно серьезно посмотрел на меня, потом туда, где сидели Альгидрас с Димкой.
– Ну допустим, – торопливо сказала я, не желая сворачивать обсуждение в эту сторону. – Аэтер выходит, влетает в сосуд. А Дариму с этого какой прок?
– Мне кажется, в ваших школах учат чему-то подобному, – с усмешкой сказал Альтар. – Энергия. Или как-то так. Аэтер выходит, часть неизбежно рассеивается, часть оседает в сосуде. Таким образом, в сосуде ее становится меньше. А как я уже говорил, с частью справиться легче, чем с целым.
– Да, но аэтер в сосуде, а не в Дариме! – с нажимом произнесла я, все еще не видя никаких плюсов в этой сомнительной затее.
– А дальше сосуд убивают, аэтер снова частью рассеивается, а частью входит в Дарима.
– Душевный план, – пробормотала я. – И на каком этапе Гаттар обзаводится новым телом?
– Разумеется, в плане с Даримом речи об этом не шло. Думаю, Гаттар вовсе не собирался проводить Дарима в наш мир. Ему только нужно было заручиться его поддержкой и заполучить потомка, несущего в себе частичку аэтер: сосуд, который должен был быть отправлен в наш мир с Изнанки в оговоренный срок.
– А зачем Гаттару этот сосуд, если он изначально не собирался следовать вашему плану? – спросила я.
Не то чтобы я верила в эти россказни, однако проблема была в том, что в это верили они. И не просто верили, но и не гнушались во имя своей веры убивать.
– Он хотел получить новое тело от своего потомка и от потомка аэтер. Но его потомок все испортил, убив нужную девочку.
Я непонимающе повернулась к Альгидрасу, и тот пояснил:
– Ему нужен был сын Всемилы и княжича. Во Всемиле была аэтер.
– И он собирался перенести свой разум в тело этого ребенка? – нейтральным тоном уточнила я.
Альгидрас и Альтар синхронно кивнули.
– Понятно. – Я посмотрела на катавшего машинку Димку, на калитку, хозяйственно прикрытую Альгидрасом, и прикинула, насколько велики наши шансы на спасение, если учитывать, что мы сидим бок о бок с человеком, одержимым безумной идеей.
– То есть Всемила тоже попала в Свирь из нашего мира? – произнесла я, чтобы потянуть время.
– Нет, – мотнул головой Альгидрас. – Она родилась там в семье воеводы.
– В этом месте небольшая несостыковочка. Впрочем, в остальных местах их тоже полно, так что не будем придираться, – успокаивающе махнула рукой я.
– Сосудом для обряда с Даримом должна была стать ты, – будто и не слыша моих слов, заявил Альтар. – Что же до Гаттара, то теперь для него лакомый кусочек – твой сын. В нем Сила трех стихий и аэтер.
Кажется, пора было откланиваться, потому что разговаривать с нездоровыми на голову людьми нужно уметь, а я такими навыками не обладала.
– Боюсь, что нам пора, – как можно более дружелюбно улыбнулась я.
– Аэтер перешла к твоему сыну от тебя, а к тебе от твоей матери, – глядя мне в глаза, негромко произнес Альтар.
Я, не удержавшись, рассмеялась и встала из-за стола. Надо же, а ведь в какой-то момент я даже успела во все это поверить. Что я, по сути, увидела? Незнакомого мужчину, который заявил, что он – обладатель Силы стихий, но тут она не работает. Удобненько.
– Спасибо за чай и интересную историю, но нам правда пора.
Спустившись с террасы, я остановилась напротив Альгидраса. Он тут же вскочил с земли.
– Можешь не провожать, – с улыбкой сказала я и, понизив голос, добавила: – И даже не вздумай появляться рядом с моим сыном. Вы оба психи!
Налетевший ветер подхватил прядь моих волос и больно хлестнул меня по щеке. Альгидрас бросил встревоженный взгляд на Альтара, а я неверяще оглянулась. Альтар смотрел прямо перед собой, обеими руками сжимая кружку с чаем.
– Для того, что я сделал сейчас, мне понадобилось потратить много сил. И главное, Дарим, где бы он ни был, почувствует это. Впрочем, прятаться от него дальше смысла нет. – Альтар не выглядел озабоченным. Наоборот, казалось, именно этого момента он ждал. – Вернись за стол, девочка!
Я беспомощно оглянулась на Альгидраса. Он выглядел напряженным и, кажется, немного испуганным.
– Мам, я могу еще поиграть? – звонким голосом уточнил Димка, и я невольно вздрогнула.
– Можешь, мой мальчик, – ласково улыбнулся ему Альтар. – Мы с твоей мамой пока поговорим.
Альгидрас прошептал: «Прости, придется сделать, как он говорит» – и легонько подтолкнул меня к веранде. Поняв, что помощи ждать неоткуда, я на негнущихся ногах направилась к столу.
Глава 7
Нам с Альгидрасом пришлось вернуться к столу. Заняв свое место, я судорожно вздохнула, стараясь собраться с мыслями. Нужно придумать способ отсюда сбежать. Если Сила Альтара здесь вправду ограничена, то у нас с Димкой есть шанс.
– Твое недоверие все усложняет, девочка. Впрочем, ты имеешь на него право, – буднично произнес Альтар, – но от того, поверишь ли ты, зависят твоя жизнь и жизнь твоего сына. Если Гаттар добьется своего, мы все обречены. Я долго не хотел верить своим видениям, полагая, что это все безумие. Однако вскоре Харим признался мне, что Гаттар вдруг стал его избегать. А избегать парной стихии ох как сложно. Значит, ему нужно было что-то скрыть. Харим все же добился правды, пусть и ценой страшной ссоры. Харим был, пожалуй, самым честным из нас. Самым чистым.
Альтар посмотрел на Альгидраса. Тот сидел, сжав кружку, и вглядывался в нее так, будто всерьез собирался гадать по чаинкам.