Наталья Способина – И возродятся боги (страница 12)

– Милый Альгидрас, – он, конечно, не вздрогнул, но я отметила, как на миг расширились его глаза. Наверное, ему тоже было странно услышать свое настоящее имя, – я зарабатываю достаточно для того, чтобы покупать своему сыну все необходимое.

– Сыну – да. А себе?

Я раздосадованно махнула рукой, отвернулась к кастрюле, удивилась, что вода до сих пор не кипит, и вспомнила, что так и не зажгла газ.

– Вот эта кнопка подает искру сразу во все конфорки, – четко произнесла я.

Альгидрас шагнул ближе, встав почти вплотную ко мне. Я чувствовала его за своим плечом, и меня это жутко нервировало, однако я сочла за лучшее просто не подавать виду.

– Нужно утопить и повернуть тот рычаг, который отвечает за нужную тебе конфорку.

– Ты не ответила, – его голос прозвучал неприятно близко. – Если ты захочешь купить что-то себе?

– Если я что-то захочу и вдруг не смогу себе позволить, мне это купит мой мужчина, – беззаботно пожала плечами я. – Пробуй.

Слева от меня произошло какое-то движение, и я по инерции шагнула в сторону. Альгидрас умудрился втиснуться между мной и плитой. Я заставила себя не отступить еще дальше и посмотрела в сузившиеся глаза. Прямо на прицел взял. Надо же.

– У тебя есть мужчина? Мужчина, который за тебя платит?

– Тебя удивляет наличие мужчины или то, что он за меня платит?

– Насколько я понял из разговоров здесь, если мужчина платит за женщину, то, по вашим законам, он считает ее своей, так?

– У тебя несколько непривычная формулировка, – усмехнулась я, – но в общем ты прав.

– То есть у тебя есть мужчина, которому ты принадлежишь?

– Тебе удобно так стоять?

– Ты не ответила.

– На ужин у нас сегодня ты? Газ зажигаем?

Альгидрас дернулся, будто вправду ожидал, что конфорка за его спиной заработает, сделал шаг в сторону, нахмурился, потом потер переносицу и взъерошил волосы.

– Зажигать будешь?

Ничего не ответив, он развернулся к плите, глубоко вздохнул, а потом быстро и четко сделал все, как я объяснила. Газ зашипел, вспыхнуло пламя. Взгляд Альгидраса тоже вспыхнул – восхищением.

– Здесь все так невероятно. Никак не привыкну, – пробормотал он словно сам себе.

Я пожала плечами, потому что комментировать это было глупо. Было вообще непонятно, как он до сих пор оставался в своем уме.

– Что должен сделать другой мужчина, чтобы изменить ситуацию?

Я удивленно на него уставилась:

– Мужчина здесь вообще ни при чем. В данном случае это мое решение.

На его лице отразилась такая озадаченность, что я бы рассмеялась, если бы мне не было так тошно в этот момент. Получается, ему все же что-то нужно. Не я нужна, а что-то от меня.

– Когда будет пирог? – спросил вбежавший Димка, и хванец быстро от меня отпрянул.

– Мыть руки. Оба.

Сын рванул в ванную. Альгидрас ушел следом, а я оперлась руками о столешницу и медленно выдохнула. Надо же, как причудливо порой сбываются мечты.

Димка болтал ногами и без умолку рассказывал то про репетицию дня осени в саду, то про праздник с пиратами. Альгидрас слушал его очень внимательно, улыбаясь уголком губ. Он ничего не говорил. Только в самом начале чаепития похвалил мой пирог, а я поймала себя на мысли, что впервые его чем-то угощаю и, главное, мне это нравится.

Ребенок допил чай, отнес свою чашку в раковину и даже стер со стола крошки от своего куска пирога. Меня неизменно умиляла его хозяйственность; что по этому поводу подумал Альгидрас, я не знала.

Ожидала, что хванец распрощается и уйдет, однако стоило Димке убежать в комнату, как он откинулся на спинку стула и произнес:

– У тебя правда есть мужчина?

Я против воли вспыхнула.

– Тебя это не касается. Ты предпочел два года жить в свое удовольствие, не спеша брать на себя ответственность ни за меня, ни за сына. Так что извини, – я хотела произнести это небрежно, однако мой голос предательски дрогнул. К счастью, Альгидрас этого, кажется, не заметил.

– Есть кто-то, кто эту ответственность взял? – прищурившись, спросил он.

– Есть, – ответила я, думая о Павле Николаевиче.

Наши с ним отношения были непонятными мне самой, но они определенно были, поэтому я даже не врала сейчас.

– Хорошо. Я снова спрошу: как мне это изменить? – Альгидрас смотрел в упор, и под его взглядом мне было очень неуютно.

– А я спрошу, зачем ты на самом деле здесь? Ты хочешь забрать Димку?

Я понятия не имела, что буду делать, если он ответит «да». Альгидрас вздохнул и обхватил чашку с чаем обеими руками.

– Не лги мне, – попросила я, и мой голос снова дрогнул.

– Он вернется в наш мир. Все, что я могу сделать, – это не позволить ему оказаться там на их условиях.

– Зачем он им? – прошептала я.

Не поднимая взгляда от своей чашки, он ответил:

– Потому что в нем есть Силы стихий и аэтер. Такого не было ни у кого прежде. Даже у основателей. Но дело не только в этом. Останься он здесь, миры погибнут. Впрочем, это может случиться не скоро, но ему будет сложно здесь. Он будет тосковать…

– Подожди. Ты еще в кафе сказал эту странную фразу про то, что добавил в этот мир аэтер, переправив нас с Димкой.

– Потому что и в тебе, и в нем есть аэтер.

Он наконец поднял на меня взгляд, и я поняла, что он не шутит.

– Это тоже твой обряд? – обреченно уточнила я.

– Нет. Во мне этой Силы нет. Я не мог тебе ее передать.

– И я должна поверить на слово? – рассмеялась я.

– Надя, мне жаль, но ты не просто так попала в наш мир. Тебя отправил туда Альтар.

– Опа! Уже не Дева, нет? – издевательски уточнила я. – И аэтер в меня тоже Альтар заселил? Ветром надул?

– Надя, – вздохнул Альгидрас.

– Я не собираюсь больше участвовать в вашем бреде. Я несу ответственность за жизнь и здоровье своего ребенка. Тебе этого, конечно, не понять. – Меня начало трясти, и я не знала, от чего больше: от злости или от страха. – Ты не имеешь никакого права объявляться вот так в нашей жизни и заявлять, что Димка какой-то там особенный и поэтому его надо забрать. Я не отдам тебе сына!

– Мне жаль, – произнес он, разглядывая заварочный чайник. – Если бы я мог это изменить, просто оставить вас в покое и позволить жить, как вы хотите, я бы это сделал.

Я горько усмехнулась. Вот, значит, как? Он понял мою усмешку по-своему и поднял на меня взгляд.

– Клянусь, я бы сделал все так, как ты хочешь, но я не могу. Он все равно окажется там.

– Ты же здесь обычный человек. Как ты можешь видеть, что он окажется там?

– Я – человек, но Альтар – нет. Даже с крохами своей Силы он может здесь многое. И я прошу тебя встретиться с ним. Просто поговорить. Я не позволю ему ничего сделать с вами. Обещаю. Вы просто поговорите, и ты вернешься сюда. Ты же хочешь ответов? Он может их дать.

– Я подумаю.

– Это можно будет сделать в ближайшие выходные.

– Я сказала, что подумаю. Не дави на меня. Я тебе не верю и не собираюсь бросаться делать все, что ты пожелаешь.

– Прости, – он поднял руки.